Хром
Шрифт:
* * *
На следующий день после обеда Хром уже чувствует себя настолько хорошо, что мы можем поговорить с Самантой о нашей проблеме с зачатием детей.
Ненадолго к нам заскочила Энн и забрала Киа с собой. Малышке надо немного отвлечься и хорошенько поесть. Мы обе на самом деле заснули в объятиях Хрома, и поэтому я чувствую себя выспавшейся наполовину.
Сейчас Саманта сидит на стуле с одной стороны кровати, а я с другой, Хром держит мою руку.
Саманта
— Если вы хотите детей, мы поищем способ. Я могу попытаться соединить семенные канатики, но не могу гарантировать, что это сработает и сосуды по прошествии стольких лет всё ещё проходимы. Для искусственного оплодотворения, к сожалению, у нас тут возможности нет.
Хром прочищает горло:
— Допустим, это сработает… Что на счёт мутаций?
— Никто не знает, как будут выглядеть ваши дети и будут ли они здоровы. Но я могу быть вашим сопровождающим врачом в этот период. Хотя здесь у меня нет таких возможностей, как в Уайт-Сити, я смогу увидеть, всё ли в порядке с малышом во внутриутробном периоде. У нас есть старый аппарат УЗИ, который всё ещё отлично работает.
Интересно, думали ли Саманта и Джекс о том, чтобы завести детей? Не похоже. Очевидно, они счастливы и так. Эти двое действительно нашли друг друга. Так же, как Хром и я.
Он выглядит настроенным несколько скептически, и я не могу его в этом винить. Он не смеет верить в свою удачу.
— Спасибо за помощь, — говорим мы почти одновременно.
Саманта кивает, улыбаясь:
— Оставляю вас одних, мне нужно зайти ещё к одному пациенту. Я загляну позднее.
Когда Саманта встаёт, заходит Джекс. На нём чёрные брюки карго и белая футболка. Судя по взгляду и улыбке Саманты, она находит своего Воина чертовски сексуальным. Однако, когда Джекс не улыбается в ответ, а только целует её в щёку, она спрашивает:
— Плохие новости?
— К сожалению, — отвечает он.
— Проклятье. Поговорим позднее, мне срочно надо идти к пациенту.
— Я сейчас приду к тебе, — говорит он, и Саманта выходит из комнаты.
Хром садится на кровати:
— Что случилось?
Джекс опускается на стул, на котором до этого сидела Саманта.
— Хочешь услышать сначала плохую или очень плохую новость?
— Сначала ту, что получше, — отвечает Хром, и я задерживаю дыхание.
— Та новая деталь для фильтрации тяжёлых металлов, которую Соня установила в очистное сооружение, не справляется с объёмом воды, который нужен Резуру. То есть, нам и дальше надо очень экономно тратить питьевую воду, или мы снова будем зависеть от пополнений запасов. Но сейчас это меньшее зло, по крайней мере, сейчас у нас достаточно чистой воды для всех. — Он глубоко вздыхает и чешет лоб. — Настоящая головная боль — это новости от Марка. Он позвонил сегодня утром.
— У него начались проблемы? — Хром потирает лицо.
Ах ты господи, я совсем об этом забыла. Марк действительно очень рисковал!
Джекс мотает головой:
— К счастью, никто ничего не узнал о его действиях, но это было чертовски близко. К нему приходил один из Воинов.
— Вот
— Он его пациент, и они хорошо ладят. Что опасно для него, но хорошо для нас. От него Марк узнал, что солдаты готовятся к атаке. Через несколько дней два подразделения отправятся в Резур. Это будет война.
— Вот дерьмо, — снова бормочет Хром, а меня бросает то в жар, то в холод.
Война? Пожалуйста, пусть это будет неправдой! Мы только что избежали этого кошмара, выжили на плантациях, и теперь снова не можем наслаждаться нашим счастьем? И что будет с Резуром и всеми его жителями? Я уже представляю город лежащим в руинах, и всё лишь потому, что мы восстали против режима.
Джекс встаёт и подходит к окну, поворачиваясь к нам спиной.
— Нам чертовски быстро нужно что-то придумать.
Хром морщит лоб:
— О чём ты думаешь? Я вижу, как в твоей голове крутятся шестерёнки.
Джекс засовывает руки в карманы и смотрит наружу.
— У меня большое желание наподдать режиму под зад, но речь идёт о наших братьях, которые попадут под огонь. Я не хочу драться с ними.
Хром вздыхает:
— Я тоже. Кроме того, у нас нет шансов против такой мощи. Мы уже потеряли несколько хороших человек на плантациях, а перетянуть на свою сторону всех пленных Воинов не реально. Не известно, кому можно доверять.
Джекс кивает.
— Кроме Рока я не знаю никого из них лично.
Я могу только беспомощно слушать их обоих, и понятия не имею, как предотвратить катастрофу.
— Нет никакого способа избежать войны?
Джекс поворачивается к нам:
— У меня есть одна идея.
— Я так и знал, — бормочет Хром, ухмыляясь.
— Мираджа… — Джекс садится в изножье кровати. — Хром как-то рассказывал мне о вашем плане, как он изначально хотел вытащить тебя из тюрьмы.
— Вероника. — Я тяжело сглатываю, понимая, о чём пойдёт речь.
— Точно. — Джекс бросает взгляд на Хрома. — Надо похитить эту женщину и выдвинуть угрозу убить её, если на Резур нападут.
Я представляю Веронику до смерти напуганной, потому что её похищают два здоровых детины.
— Сейчас это единственный способ избежать войны, который приходит тебе на ум? — Почему меня так мучает совесть? Ведь я уже согласилась на этот план! Но тогда я сама была в безвыходной ситуации, и сделала бы ещё худшие вещи, чтобы вырваться из тюрьмы. Но сейчас речь идёт о благополучии многих людей.
Джекс проводит рукой по подбородку.
— Если только у тебя нет идеи получше.
Тяжело вздохнув, я качаю головой, но потом у меня появляется одна мысль:
— То видео, о котором вы говорили, в котором Джулиус объясняет, что здесь снаружи происходит. Если бы можно было показать его людям Уайт-Сити…
Джекс соглашается:
— Марк действительно прилагает все силы, чтобы сделать это. Если бы у него получилось, у нас был бы хороший шанс.
Хром подмигивает мне, словно говоря, что гордится моей идеей. Мне становится жарко. Не могу дождаться, когда он вернётся домой.