Хроники Севера
Шрифт:
Рассказ становился все фантастичнее. Райсен слушал повествование охотника и прикидывал, сколько процентов в нем может быть от реальных событий, а на сколько приукрасила народная молва. Если хоть что-то подобное существовало, то должны были остаться какие-никакие следы — тех же городов, к примеру, о чем он и не преминул спросить:
— А что-то от тех времен сохранилось?
Дирен вздохнул, прерванный на самом интересном месте:
— Города, говорят, сохранились, только все под воду ушли.
— А что же случилось? Неужели все так и ушли, и на земле ничего не осталось?
— Может, и осталось, да потом землей все занесло, —
Райсен уточнять не стал, поняв, что от рассказчика ничего толком он не добьется, и приготовился слушать, может, хоть капля информации позволит напасть на след истинных событий тех давних времен.
— Но потом, откуда неизвестно, появились у них враги-завистники, — продолжил Дирен. — Как водится, не понравилось кому-то, что людям хорошо живется. Силой тот народ было не победить, вот и стали строить против них всяческие козни.
Те враги тоже были магами, только другими. Исподволь они стали изменять землю за пределами Великих Стен. От их магии зеленеющие поля превращались в пустыни, а чистые озера в зыбкую трясину, испускающую миазмы неведомых доселе болезней. Рыба уходила от тех берегов, дикие и домашние животные умирали или сходили с ума. Люди стали болеть и голодать. И воззвал тогда князь к своим сородичам: «Доколе мы будем терпеть, как уничтожают людей, поверивших нам?! Встанем как один! Уничтожим бездушных тварей в человеческом обличии, как делали наши предки!» Но не было единства в их рядах, не все захотели идти в бой ради людей, чуждых им по крови. «Мы выживем под защитой Стен в наших заколдованных замках, — думали они, — а остальным пусть помогают боги! И выберем князя среди своих, если не вернется нынешний». И решили они сделать так, чтобы князь не вернулся и не узнал про их подлость и малодушие.
Князь и верные ему сородичи вышли из-под защиты Стен и вступили в схватку с врагами. Месяц шел за месяцем, год за годом, а битва не стихала. Враги прятались в глубинах земли, но маги находили их и там; они поднимались в горы, прячась среди облаков, но птицы докладывали князю, где притаился неприятель, и тени погибших карайнов преследовали врагов по пятам, не давая им покоя даже в мире теней. И падали горы, и реки уходили в открывавшиеся провалы земли, и горело небо, и морская вода становилась черной как ночь. Люди бросили свои города и прятались в лесах и холмах, как дикие звери. Во множестве гибли враги, но и ряды магов-защитников таяли день ото дня.
Но оставшиеся под защитой Стен были недовольны, что битва не закончена и живы обе противоборствующие стороны. Предатели стали опасаться, что если победят враждебные маги, то они и будут править на завоеванной земле, а территория внутри Стен все же была довольно мала. И тогда предатели решили столкнуть обе стороны в последнем бою и послали вести к обеим, чтобы свести их в выбранном месте.
Противники встретились на краю мира. Что происходило там, не ведомо никому. Видать, были пущены в ход заклятия такой страшной силы, что ткань мира порвалась, и то место упало за его предел, где пребывает и ныне.
Но недолго предатели радовались своей находчивости. Увидев, что было сотворено, боги прокляли не только врагов этой земли, оставшихся в живых, но и рода всех изменников до скончания времен. А потом боги ушли. И остатки древнего народа стали угасать из поколения в поколение, потому что те, кто мог править ими, оказались прокляты, а достойные
Дирен кашлянул и отер пот со лба; видно, давно не приходилось ему держать столь длинную речь. Райсен, увлеченный повествованием, в котором явно прослеживались отголоски каких-то реальных событий, вздохнул:
— Неужели все закончилось так плохо?
— А чего было ожидать? — сказал нахмурившийся Дирен. — Даже среди людей предательство марает род до семнадцатого колена. Хорошо хоть боги вообще не уничтожили мир, а всего лишь покинули его.
— Но как же люди и остальные, кто не имел отношения к предателям? Да и у защитников наверняка остались семьи, они же не виноваты…
— Так-то оно так, да кто богам указ… Правда, люди бают, — на минуту оживился охотник, — дескать, князь обладал такой силой, что вышел из того места, которое исчезло из мира, и отправился с заступничеством за оставшихся тут к самим богам. И те, мол, дали за это миру второй шанс, но возвращаться князю сюда запретили. Но так то ж люди бают… Им вечно подавай, чтобы кто-то за них просил и заступался, а иные и за соседа не вступятся, если его бьют двое, не то чтобы мир спасать…
Дирен, похоже, сам расстроился от собственного рассказа, но Райсен решился задать наудачу последний вопрос:
— А что за Великие Стены и где они находятся?
— Где-то на крайнем севере и недоступном юге, только для обычных людей они неощутимы. И вообще, это только сказка, — пробурчал охотник.
На этом разговор и прервался.
Ранним безоблачным летним утром Рада шла по одной из мощеных улиц Сейгала невдалеке от порта, еле переставляя ноги и думая, что ее погибшему брату, возможно, повезло все-таки больше. Несчастья начались четыре года назад, когда сначала заболел и умер отец, а за ним и мать. У отца было неладно с сердцем, а что у матери — кто ее знает, все свободные деньги ушли на лечение отца. Шестнадцатилетняя Рада осталась с двенадцатилетним братом без родственников и без друзей. Добро хоть все закрывали глаза на то, что домом владеет несовершеннолетняя.
Девушка решила пойти работать, но все торговцы и конторы в основном вели дело семьями, нанимая со стороны разве что грузчиков. Попытка устроиться хотя бы служанкой в какой-нибудь из зажиточных домов их городка тоже оказалась безуспешной. Возможно, сыграла роль ее внешность? Вообще-то Рада была вполне симпатичной девушкой, коренной доркой, но темные вьющиеся волосы, доставшиеся в наследство от матери, не поддавались никакой укладке и при малейшем дуновении ветра взлетали вокруг ее головы темным ореолом. То ли из-за этого, то ли еще из-за чего, девушку сторонились и раньше, поэтому даже близких подруг у нее не было.
Продавая понемногу домашнюю утварь и еле сводя концы с концами, они прожили полтора года, а потом случилось страшное…
Их небольшой городок не имел крупных храмов, зато славился в округе фанатичной приверженностью культам некоторых древних богов. Их последователи нередко доводили себя до полного исступления, не брезгуя и наркотическими воскурениями в часовнях. Молитвами и жертвами люди надеялись заслужить внимание богов в надежде, что те взамен оградят их от всех ведомых и неведомых напастей. Иногда одурманенная толпа выплескивалась на улицы, и тогда ее жертвой мог стать любой, кто не успеет убраться с дороги. Однажды на пути обезумевшей толпы оказался ее брат…