Хронокосмос
Шрифт:
— А они не пытались?..
— Нет. У них был строгий приказ: разведать обстановку и выставить буйки. Правда, один из солдат говорит, что его весло будто бы наткнулось под водой на какую-то твердую гладкую поверхность, но ничего странного они так и не увидели. Как бы там ни было, это напугало их, и они возвратились.
Твердая гладкая невидимая поверхность на небольшой глубине…
— Насколько там глубоко? — спросил Мерфи. — Я имею в виду — около острова.
— Максимальная глубина озера — около пятидесяти футов. На отмели, там, где побывали разведчики, футов
Проклятие, подумал Мерфи. Разведчики были совсем рядом, они могли бы дотронуться до «летающего блюдца», если бы захотели, но даже на таком расстоянии не сумели ничего разглядеть!
— До постройки дамбы, — продолжал Огилви, — здесь был обычный сельскохозяйственный район, так что остров, возможно, просто вершина небольшого холма. Если бы сукин сын не налетел на него, он мог бы уйти глубоко под воду.
— Именно этого и добивался пилот НЛО?
— Не исключено. Вот только зачем?
— Но ведь его преследовал истребитель, так что… — Мерфи пожал плечами. — Нет. не знаю. Пожалуй, следует подумать над этим. Когда у меня появятся какие-то соображения, я вам обязательно сообщу.
Огилви кивнул и некоторое время молчал.
— Знаете, доктор Мерфи, — сказал он наконец, — у вас, похоже, котелок варит, хотя вы и из УПИ.
— Что вы имеете в виду, полковник? — осторожно поинтересовался Мерфи.
— Зовите меня просто Бэйрд.
— А меня — Зак.
— Хорошо, Зак… — Они пожали друг другу руки. — Вы ведь нормальный ученый, верно?
Нормальный ученый… Как будто бывают нормальные ученые!..
— Я астрофизик, если вы об этом спрашиваете.
— Похоже, я в вас не ошибся, Зак. Вы не строите предположения, а задаете вопросы. Вы не торопитесь с выводами и не подгоняете факты к теории, которая вас больше всего устраивает в данный момент. А взгляните, к примеру, на мисс Мередит…
Он не договорил, но отступил в сторону, как бы приглашая Мерфи самому вынести суждение. Мередит Синтия Луна уже вполне оправилась после перелета и, взгромоздившись на стол для пикников, села в позу «лотоса»: ладони покоились у нее на коленях, голова была откинута далеко назад, глаза закрыты. Несколько солдат даже остановились, чтобы поглазеть на нее, но проходивший мимо офицер приказал им вернуться к работе.
— Я спросил, что это она делает, — вполголоса пояснил Огилви. — И она ответила, что пытается войти в единение. Даже не в контакт, а именно в единение…
В единение, подумал Мерфи. Значит, она еще и последовательница Шрайбера… Боже, только этого не хватало!
— Она не из моего отдела, — сказал он сухо. — Если ей что-то понадобится, дайте ей это. Мне совершенно все равно, что она делает, только держите ее от меня подальше.
— Значит, вы не думаете, что она может чем-то нам…
— …помочь? Вряд ли. Но и избавить вас от нее я тоже не могу.
— Я примерно так и подумал. — Огилви немного помолчал, потом снова заговорил, на этот раз совсем тихим голосом:
— Откровенно говоря, мои люди относятся к вам, гражданским специалистам из УПИ, без особого уважения. Таких, как вы, мы обычно
— Я польщен, Бэйрд, но это не так.
— Видите ли, для нас всех такие дела в новинку, и вы наш единственный эксперт в подобных вопросах. — Огилви глубоко вдохнул. — Покуда мы будем действовать сообща, все будет нормально. Агент Санчес со своими коллегами уже решают, как сделать так, чтобы сохранить это происшествие в тайне как можно дольше. Пока нам везло: никто не видел, как эта штука спускалась, и полиция успела блокировать район, но шила в мешке не утаишь. Очень скоро о появлении НЛО пронюхают зеваки и корреспонденты, и тогда…
— Как скоро?
— Через шесть — двенадцать часов, максимум — через сутки, так что времени у нас мало. Я уже давно мог бы вызвать сюда дополнительные силы со специальным оборудованием, но прежде нам надо узнать, с чем мы имеем дело. Как вы думаете, доктор Мерфи, вам удастся это выяснить?
Интонация Огилви была вопросительной, но Мерфи хорошо понимал, что, по сути дела, это никакой не вопрос. И у полковника, и у него самого было свое начальство, перед которым придется держать ответ, а начальство, как известно, не любит слышать «нет».
— Да, я смогу это сделать, — ответил Мерфи.
Время неизвестно
— Прости, Том…
Фрэнк бережно сложил руки Хоффмана на груди, потом накрыл тело простыней. Еще несколько мгновений он молча стоял рядом с ним на коленях, потом встал и, осторожно ступая по сильно наклоненной палубе, поднялся к двери пассажирского отсека.
Он только что вышел в коридор, когда раздался какой-то тупой удар. Фрэнку показалось, что стучат снаружи, и он, напряженно прислушиваясь, на мгновение замер у переборки, но удар не повторился.
Он стоял в коридоре до тех пор, пока из командной рубки не раздался голос Меца:
— Эй, Фрэнк! Иди сюда! У нас тут проблема.
Если бы одна, не без горечи подумал Фрэнк и стал пробираться по темному коридору к люку командной рубки. Люк был открыт, но палуба так сильно накренилась, что Фрэнку пришлось опуститься на четвереньки, чтобы пробраться внутрь.
Мец, сидевший в пилотском кресле, казался тенью на фоне неярких ламп аварийного освещения. Большинство экранов работали в информационном режиме, сообщая о повреждениях, и только один показывал, что происходит за пределами корабля.
— О Боже!.. — вырвалось у Фрэнка. — Откуда они взялись?
На экране он увидел трех солдат, подплывших к «Оберону» на небольшой резиновой лодке. Один из них держал в руках древнего вида винтовку, второй водил из стороны в сторону старомодной видеокамерой, третий осторожно греб длинным пластмассовым веслом. Первые двое то и дело оборачивались на гребца, который испуганно всматривался в воду под лодкой.
— Я не видел, как они подплыли, — сообщил Мец шепотом, словно боясь, что солдаты могут его услышать. — Я чинил одну штуку под пультом и не знал, что они здесь.