Хрустальное яблоко
Шрифт:
В конце концов Игорь просто устал от разговоров – да и хозяева тоже. Мальчишка увидел, для чего они здесь обычно собирались – песни и танцы, бесхитростные, но вполне даже симпатичные, просто веселый треп, а также подготовка к нелегкой местной жизни. Участвовать в поединках Игорю уже никто не предлагал – все тут признавали преимущество землянина, – но в тренировке по стрельбе он-таки поучаствовал, и даже непривычное оружие – в основном гаусс-пистолеты разных марок – не помешало ему взять верх с солидным преимуществом, а вот в метании кинжалов в цель отличились почему-то местные девчонки. В конце концов Вайми, явно раздосадованный тем, что ему не удалось обставить землянина в стрельбе, предложил Игорю гонку на
Как оказалось, правила у гонки были довольно веселые – надо было первым добраться до видной издалека приметной башни, не поднимаясь выше уровня крыш – то есть миновать целый лабиринт заброшенных цехов, не сбившись с дороги и не врезавшись во что-нибудь. Это было совсем даже непросто. Вайми знал этот маршрут как свои пять пальцев и ничуть не сомневался в успехе. Вот только Игорь вовсе не собирался уступать – уступать он просто не умел и учиться этому не собирался.
Свупы им дали одинаковые, одной марки – чтобы все было по-честному, – и после сигнального выстрела мальчишки одновременно сорвались с места.
В первые же секунды Игорь едва не повернул назад – стремительно летевшая на него сеть спутанных колоссальных балок, труб, свисавших кабелей казалась совершенно непроходимой, но сразу же взял себя в руки. Он совершенно не знал, куда двигаться, но доверился своей интуиции, надеясь лишь на то, что она не подведет его – влететь на такой скорости в тупик означало попросту разбиться. Но все же он не представлял себе всей трудности задачи – бьющий в лицо твердый, как доска, ветер, верткий, как блоха, непривычный свуп, который то и дело пытался выпрыгнуть из-под него, летящий навстречу черно-зеленый трехмерный лабиринт, непрерывные прыжки из темноты в косо падающие сверху столбы солнечного света, мгновенно слепившие глаза…
Игорь казался себе мухой, залетевшей в заброшенный город гигантов – невероятные нагромождения кое-где уже рухнувших конструкций подавляли одним своим размером. Вайми скользил в этом лабиринте легко и плавно, словно ехал по невидимым рельсам, и землянин поначалу стал отставать.
Игорь быстро ощутил, что боится потерять соперника из виду, и эта мысль привела его в себя – он понял, что ему предстоит поединок с собой, а не с противником. Сжав зубы, мальчишка резко бросил свуп в сторону, нырнул в узкий проем в толстенной металлической стене, обогнул громадную трубу, чуть не врезался в широкую стальную балку, уже в последнее мгновение вывернув свуп в какую-то сумасшедшую вертикальную свечу и мертвой петлей бросил его вниз, уже из-под самой крыши – между каких-то колоссальных машин, прямо в смутно черневшее у самого дна отверстие туннеля, где едва синели смутные сигнальные люминофоры…
И в какой-то миг Игорь понял, что ему безумно нравится этот сумасшедший полет, состоявший почти из одних избегаемых в последний миг столкновений, когда свуп с дикой силой вырывался из-под него, а от перегрузок темнело в глазах. Вправо, влево, вверх, вниз – он стал одним целым с этим трехмерным лабиринтом, безошибочно угадывая – нет, чувствуя! – путь, то и дело переворачиваясь вниз головой, молниеносно проскакивая, казалось бы, глухие тупики, зажмуриваясь в столбах падавшего сверху ослепительного света, задерживая дыхание в колоннах поднимавшегося снизу густого, как молоко, пара, такого горячего, что он попросту сварился бы, если бы летел чуть помедленнее…
И вдруг все кончилось – он вылетел в залитое жарким солнцем огромное круглое пространство, посреди которого в зенит вздымалась темная громада башни. Почти в один миг домчавшись до нее, мальчишка поднял свуп на дыбы, словно норовистую лошадь, моментально погасив скорость, и мягко опустился на служивший финишем приметный уступ, лишь потом оглядевшись.
Вайми нигде видно не было. Вначале Игорь с испугом подумал,
Подлетев к нему, Вайми ловко спрыгнул на пол и подошел к землянину. Вид у него был несколько обалдевший – казалось, он не может поверить, что видит его здесь. Игорь явственно ощущал его злость и досаду, но это ничуть его не трогало. Он знал, что победил честно, а если мьюри решит это оспорить – что ж, пусть попробует!
Вайми на минуту замер, оглядывая его – как-то по-новому и очень внимательно. Лицо у него было хмурое.
– Я сдохну или стану таким, как ты, – наконец сказал он. Это прозвучало как клятва – да, пожалуй, и было ей.
– Попробуй, – спокойно ответил Игорь. – Многие, кстати, подыхают – совсем не фигурально выражаясь. Это совсем не так просто – стать даже отчасти таким. Это не хвастовство, Вайми, поверь.
– Я не верю, я знаю. – Вайми вдруг улыбнулся. Потом протянул Игорю руку – как друг, – и тот пожал ее.
11. Душа-птица
То, что на обратном пути Игорь решил завернуть в клуб, было чистой случайностью. После гонки он чувствовал настоятельное желание размять ноги, да и перекусить – поэтому, увидев сверху первую же световую рекламу, спикировал на нее коршуном. Свуп, конечно, пришлось оставить на платной стоянке – она имелась рядом с этим клубом. Одернув и проверив мундир на предмет аккуратности, мальчишка проследовал внутрь так, словно был входящим в свое имение принцем.
Внутри оказалось людно… э… мьюрно, усмехнулся Игорь. Как видно, заведение пользовалось популярностью. Но свободный столик нашелся – нашелся сразу, причем Игорь мог бы поклясться, что столик сделался свободным, когда он к нему направился. Подошедшая девушка-официантка приняла заказ, уверенно заявила, что у них ни за что не осмелятся подать клиенту ничего «ненастоящего» (Игорь сомневался, поняла ли она сказанное – он-то имел в виду еду из хороших продуктов), и исчезла.
Клуб был, как понимал Игорь, типичным для Йенно Мьюри – полутемный зал со столиками, громкая неприятная музыка, залитая кислотным мигающим светом сцена, на которой две девушки глупо и смешно изображали страсть вокруг какой-то металлической трубы. Наверное, довольно приличным – вдоль стен в нескольких местах стояли явно не клиенты, молодые крепкие парни в неброской одежде внимательно оглядывали, точнее ощупывали взглядами весь зал. Заказ – странную на вкус землянина комбинацию из жареного мяса, местных овощей и специй, к тому же тщательно завернутую в какие-то местные съедобные листья – принесли очень быстро, и Игорь уже почти все прикончил, как вдруг тягостные мотания этих несчастных вокруг шеста закончились, свет сменился на однотонно-ровный, музыка тоже изменилась и стала вполне приятной и негромкой, а на сцену вышла еще одна девушка.
Она была в национальном костюме мьюри – цельном куске густо затканной серебром темно-синей ткани, обернутом вокруг тела. На босых ногах и запястьях посверкивали золотые браслеты. Подойдя к самому краю сцены, она отстранила плавающий перед лицом микрофон. Игоря удивило, какой у нее безразличный взгляд – словно бы она находилась где-то не здесь… а что верней – ей просто было наплевать на зал.
Но еще больше мальчишка удивился, когда она запела. Во-первых, это была живая песня, не под запись, как тут «пели» чаще всего. А во-вторых… Игорь уже привык к тому, что у мьюри «песнями» называются совершенно бессмысленные или слащавые тексты, а «музыкой» – технические звуки разной частоты и высоты. Здесь же было совсем-совсем иное, и он бессознательно оперся локтем на столик, чтобы оказаться к девушке ближе…