Хрустальный лабиринт

Алферова Марианна Владимировна

– Этих господ пригласил Крто… Но я… не могу их оставить ни на минуту.

Имма внимательно посмотрела на гостей. Что она испытывала при этом, какие эмоции – не понять. Маска все скрывала. Но что-то испытывала. Потому что застыла в своем кресле на пороге неподвижно, и лишь переводила взгляд с сержанта на археолога и вновь на сержанта.

– Может, ты угостишь нас пивом? Да и перекусить неплохо, а то мы оголодали, – заявил Стато, хотя они ели пару часов назад.

– Ах да, конечно.

А у вас есть с собой гостевой взнос?

– Гостевой взнос? – Атлантида сунул руку в карман и извлек несколько пластиковых жетонов. Меж ними застрял пропуск. Имма тут же его выхватила.

– Это пропуск, мой пропуск… – Профессор Рассольников вспомнил строгие наставления архонта.

Имма несколько секунд внимательно рассматривала голограмму.

– Я вижу, – сказала она, наконец, по-прежнему не отрывая глаз от пропуска. – Вижу и… проверяю. Я же – страж.

– Все в порядке?

– Виза таможни присутствует. Голограмма Службы Безопасности тоже.

Она небрежно махнула рукой сверху вниз, бросила Платону пропуск, а у него из пальцев все так же ловко выхватила пару пластиковых жетонов. И тогда, наконец, впустила гостей.

Весь центр внутреннего помещения занимал огромный бассейн. Слева располагались какие-то комнатки, отгороженные кожаными занавесками. Справа вдоль бассейна помещался длиннющий стол. За стол хозяева и гости усаживались прямо в своих креслах-антигравах, так что сидений вокруг стола опять же не нашлось. Людям пришлось стоя пить пиво и заедать какими-то копчеными коричневыми кусочками. Если судить по запаху – морепродукты. Но очень даже съедобные.

– Мы будем вести раскопки на шельфе острова Волка, – сообщил Дерпфельд. – Говорят, там много развалин.

– Остров Волка? Мерзкое место! – Имма передернула плечами совершенно по-человечески. – Мерзкое… Из эгейцев постоянно там никто не живет.

Ее космолингв был великолепен, даже лучше, чем у Крто. Хотя акцент все же чувствовался.

– Стато, будь добр, принеси пиво, – попросила она и похлопала эгейца по затылку.

Стато тут же помчался на кухню. Кухня была за одной из кожаных занавесок.

– И долго вы пробудете на планете? – спросила она, понижая голос так, чтобы страж не услышал.

– У нас разрешение на два месяца работ, – невольно профессор Рассольников тоже заговорил шепотом. – Это очень мало. Но таков договор.

– И все время на острове Волка?

– Немного там… немного здесь… Хотим осмотреть шельф возле Вдохновения, – Платон старался говорить с легкой небрежностью, как будто предстоящие работы мало для него значили. Так, рутина, и все проводится для галочки. Ну, придумали обмен… Ну, выполняют договор… а зачем? Скажите на милость – зачем?

– А еще где? –

Имма едва слышно шевельнула губами.

– Я бы покопался вокруг Дальнего… – продолжал профессор. – Но Крто запретил…

Она спешно опустила голову, так что черные локоны парика засыпали лицо.

– Нет, туда – нет… Не надо… – шепнула она. И вдруг схватила археолога за руку. Что-то в этом жесте было совершенно неожиданным.

– Если вы проникнете на Дальний, вас убьют.

– Убьют? Кто?

– Стадо… там появляется стадо… – прошептала Имма, по-прежнему не поднимая головы, будто боялась взглянуть Атлантиде в лицо. Что может означать подобная манера поведения эгейцев?

– Вранье! – заявил Дерпфельд довольно громко. Имма вздрогнула и оглянулась. – Стадо опасно лишь во время гона. А до этих дней еще далеко. Я теперь это знаю.

– Да, далеко… но… – Она глубоко вздохнула. – Есть другие… они откололись от стада и живут… там… и могут убить. В любое время.

«Врет, сочиняет буквально на ходу, – решил Платон. – Но зачем?»

– Да не пойдем мы на Дальний, не волнуйтесь… – пообещал археолог. – Нельзя, так нельзя…

Имма явно еще что-то хотела спросить, но не успела: наружная дверь со скрипом поднялась, и в комнату влетел Крто на своем стульчаке-антиграве. Тут только Платон вспомнил, что хозяин их не приглашал. Однако профессор не растерялся, воскликнул радостно:

– Рад, что мы вас дождались! Осматривали дворцы принца, ну и к вам заглянули. Уж больно люблю стиль космического модерна. Не могу пройти мимо. Не могу и все. Когда у меня будет дом на Старой Земле, то непременно именно в стиле космомодерна!

«Разве это космомодерн?» – было написано на физиономии Дерпфельда. Он даже рот открыл, чтобы спросить. Но промолчал. И сунул в рот кусок морепродукта. И даже что-то изобразил губами. Кажется, улыбку. И тут же кинулся льстить:

– Восхитительный дом! Только истинный художник мог создать такое! Я потрясен. Клянусь Галактикой, я потрясен!

Несомненно, в первую секунду Крто, увидев гостей, готов был зарычать от возмущения. Но лесть его обезоружила – маслом разлилась по волне гнева, и наместник лишь буркнул:

– Надеюсь, дорогая, гости не все пиво вылакали?

– Пива еще три бутыли, – заявил Стато, выползая с кухни, держа бутылку под мышкой. – А рыбка у Иммы восхитительная. Как всегда.

– Я восхищен… – вновь попытался подольститься сержант.

– Рад, что вы оставили мне немного, – буркнул Крто и, подлетев к бассейну, выпрыгнул с кресла прямо в воду, окатив гостей фонтаном брызг.

– Они не просто так, они гостевой взнос внесли! – крикнул Стато, наклоняясь над самым бассейном.