Хуррит

Рави Ивар

— Помоги, — прозвучало из недр раздавленной машины. Голос был еле слышный, но спутать его с мужским я бы не смог при всем желании. Ада! Через боковой оконный проем невозможно было выйти даже девушке с хрупкой фигурой, я пополз налево, чтобы осмотреть возможность выхода через лобовое стекло. С каждой секундой силы понемногу возвращались — любопытство пересилило желание вытащить девушку. Пошатываясь, я встал на колено, рывком поднимая свое непослушное тело в вертикальное положение. Кругом расстилалась зеленая равнина,

ни одного деревца или кустика, не говоря о городских строениях, глаз не выхватил.

В салоне машины послышался звук: вспомнив об Аде, я начал перетирать стяжку о край оставшегося куска лобового стекла. Дважды порезав руки, я смог перетереть эту пластиковую удавку: кровь хлынула в освобожденные пальцы, заставляя вскрикнуть от чувства распирания.

— Я иду, потерпи секунду, — наполовину втиснувшись в салон военного джипа через проем лобового стекла, осмотрелся. Фигур было три, но только женская подавала признаки жизни. За время, пока я возился со стяжкой, девушке удалось спихнуть с себя одно из тел. Протянув руку, ухватился за ее предплечье левой рукой, правой перехватывая кисть.

— Я сейчас потяну тебя, если будет больно, скажи.

Девушка промычала нечленораздельное, впиваясь ноготками в мою ладонь. Осторожно потянув, остановился:

— Нигде не болит?

— Нет, — хрипло послышалось в ответ. Подтянув ее к проему окна, отполз назад: предстояло самое трудное.

— Отпусти руку, надо убрать осколки стекла, чтобы ты не поранилась.

Отпускать руку Ада не собиралась, пришлось силой отцепить. Обив ногой торчащие куски стекла, снова ухватился за украинку:

— Сейчас вытащу, — старясь тянуть плавно, вытащил Аду наполовину из машины. Увидев, что она почти на воле, девушка сама рванула так, что я едва успел перехватить ее ногу. Не сделай я этого, она бы точно поранилась о кусок гнутого металла, не увиденный мной ранее.

— Все, спокойно, я помогу тебе, — пошатываясь, Ада встала и потеряла дар речи, увидев море травы вокруг. Вопрос застыл в ее глазах, а вместо слов изо рта вырвалось нечленораздельное.

— По-украински не понимаю, — моя шутка прошла мимо ушей девушки, испуганно озиравшейся вокруг.

— Надо посмотреть, выжил ли кто еще, — отпустив дрожащую девушку, встал на колени, собираясь вползти внутрь машины.

— Нет, — Ада вцепилась в мои волосы, оттаскивая меня от машины. Девушка не отошла от шока, ее расширившиеся зрачки делали ее похожей на наркоманку. У меня не было времени утешать, в машине могли оставаться живые. Мы, волею судеб, стали врагами, но сейчас все было забыто, люди могли нуждаться в помощи.

Несильная хлесткая пощечина — и Ада обмякла: беззвучно рыдая, она опустилась на примятую траву.

Первым, кого я вытащил, оказался водитель: парень дышал, хотя был без сознания. Вторым мне удалось вытащить Штика — одного взгляда было достаточно, чтобы понять —

особист отбегался. Дуло автомата пробило его грудь и там и осталось, вызвав обильное кровотечение. Третье тело принадлежало Петро — как и свой босс, украинец в данный момент переправлялся через Стикс, если Харон согласится взять этого увальня в лодку. Не хватало еще одного охранника, я вылез, успел поранить локоть о какую-то железяку. Оставалась одна стороны машины, не увиденная мной до сих пор. Вероятно, последнего охранника, как и меня выкинуло из машины.

Обойдя машину, я замер: с этой стороны был спуск примерно метров в пятьдесят, заканчивавшийся в овраге. Внизу, на самом дне оврага, виднелось что-то белое, неестественное на фоне зеленого моря травы.

— Да чтоб тебя, — невольно вырвалось, как только мозг осознал, что это тоже машина. Двинувшись на спуск, буквально через пару метров наткнулся на четвертого охранника: парень был жив и даже в сознании. Он сидел в густой траве, тупо уставившись перед собой.

— Живой?

Хохол вздрогнул при моем вопросе и тупо выдал:

— Ты кто?

— Дед Пихто! Идти можешь? Внизу машина, в ней могут быть люди, надо им помочь.

— Ты кто? — повторил свой вопрос мой безымянный охранник, но все же встал, едва удержав равновесие. Этот безмозглый идиот даже не потерял свой автомат при падении. Отработанным движением он закинул автомат за спину и сделал первый шаг за мной, дико озираясь:

— Где мы?

— Не знаю, разберемся, вначале посмотрим, есть ли кто в машине, — первой мыслью было как можно скорее оказать помощь. Но увалень за спиной, вооруженный автоматом, не лучшее соседство. Это он сейчас не понимает, что случилось, а пройдет пара минут, не факт, что не решит пристрелить.

— Тебя как зовут? — придержав шаг, дал ему поравняться с собой и, не дожидаясь ответа, провел правый боковой. Парень рухнул, как подкошенный: забрав автомат, вытащил два магазина из разгрузки и быстро обыскал. Кроме перочинного ножа, тоже реквизированного мной, оружия не было. Я на секунду замешкался, думая связать его или оставить до возвращения, когда нокаутированный начал подавать признаки жизни.

«Силен гад», — пронеслось в голове — после такого неожиданного удара, так быстро прийти в себя.

— Очнулся? — на мой вопрос парень замотал головой, пытаясь сконцентрироваться.

— Как тебя зовут? — повторил я свой вопрос, надо же как-то к нему обращаться.

— Андрий, — помогая себе руками, хватаясь за траву, украинец встал на колени. Его глаза зацепились за автомат в моих руках.

— Это мой?! — прозвучало полувопросительно.

— Был, теперь это мой. Если идти можешь, шагай вниз, надо помочь людям.

По его глазам было видно, что он собирается вернуть свое оружие. Отступив на пару шагов, я передернул затвор: