И 6
Шрифт:
– И что?
– А то, что отряд для тебя – семья. Мобильная родина. И хотя семью не выбирают… родичи бывают разные, да? Сейчас я слышу злость в твоем голосе. Ярость. Отвращение. Брезгливость. Ты не перевариваешь Джоранн и Хвана. Ты уважаешь Каппу. Твой голос дрогнул, когда ты говорила прощальное слово на могиле старого Рокса. Тебе не нравится Кевин – и не потому, что он зомбак, а потому что он ведет себя так, как он хочет. Ты уважаешь Рэка, но не видишь в нем будущего моего зама, потому что он слишком…
– Дебил, наркоман и алкаш! А временами еще и неконтролируемый к херам псих! Я знаю таких!
– Ну да… а ты
– Вроде тебя и больше никому!
– Ты подчиняешься только мне, Ссака – кивнул я – Над тобой я и больше никого. Но Рэк не под тобой.
– Как так?
– Ты не перевариваешь таких как Рэк, а он… он ненавидит баб всей душой. На кой хрен мне сталкивать вас лбами у себя за спиной? Чтобы во время боя ты вцепилась ему в яйца, а он попытался проверить ножом реально ли тебе вырезали матку? Мне это надо?
– Я умею себя контролировать.
– У Рэка есть дар вывести из себя любую бабу. Рано или поздно ты сорвешься.
– Хм… какого черта он так ненавидит женщин?
– Да хер его знает. Мне то что?
– Просто интересно… Он тот еще ублюдок, но то, как он размещает пистолетную кобуру на торсе, как носит броник, как контролирует коридоры и проверяет помещения при штурме… я видела таких прежде. Он бывший коп, да?
– Хер его знает – повторил я.
– А вот ты, лид… иногда ты действуешь как нереально опытный тактик, а иногда… как хитрый и одновременно тупой уличный бандюган, чье детство прошло в перерезании глоток себе подобных. Такого как ты я прежде никогда не встречала, но вот похожих на тебя… о да… трущобы набиты этими злобными тварями…
– Умеешь ты сказать доброе слово…
– Я твоя правая рука?
– Ага.
– А Рэк – левая?
– Ты угомонишься? Обосранный дробовик ударил тебе в голову, наемница… не вдыхай глубоко…
– Отдает нотками аниса… И я просто хочу все прояснить.
– Хорхе – мой личный адъютант, что встал на место Рокса. Ты подо мной. Но не над Рэком. Это же касается и его. Прояснила?
– Да.
– Уяснила?
– И это тоже…
– Тогда разгружай жопу и начинайте чистить все это дерьмо – буркнул я, сбрасывая рюкзак и пару стволов у передних колес броневика – Хорхе!
– Да, команданте – выскочивший из боковой двери бывший консильери был бодр, хотя спал не больше двух часов.
– Хочу кофе.
– Си, команданте.
– Потом помоги Ссаке с разбором трофеев.
– Принято.
– Рэк!
– Тут!
– Бери оружие и пошли – буркнул я, поправляя кобуру с револьвером – Пройдемся опять до каньона… и заодно поищем мне собеседника.
– Флягу с самогоном брать?
– Нет.
Недовольно заворчав, орк начал сборы, а я, забрав у Ссаки винтовку с почти сдохшим глушителем, добавил к ней дробовик, проверил еще раз револьвер и зашагал вниз по темному склону. Еще до утра мне надо получить как можно больше достоверной инфы по Мутатерру, а заодно забить броневик добычей…
Явившаяся по нашу душу третья группа прикатила в легком специализированном танке. Стоило мне увидеть эту модифицированную, изуродованную неумелыми руками и определенными нуждами технику, что все же не утратила своих специфических очертаний, как я вспомнил эту машину.
Это даже не танк.
Танкетка.
Снаффбокс.
Плоский, несуразно широкий, с закругленным
Снаффы, как их прозвали трущобники, были созданы для патрулирования и защиты транспортных коммуникаций. Эти машины с бешеной скоростью мотались по многофункциональным бетонным эстакадам, спускались в подземные туннели для беспилотников и, что самое главное, они идеально помещались в специально оставленном пространстве под железнодорожными путями, что служило дорогой для беспилотных средних транспортных платформ. Отсюда такая сплющенность и отсюда же столь широкое шасси. Идущие в конвое с грузом снаффы отлично справлялись с задачей боевого охранения, шинкуя оголодавших путейных грабителей осколками, пулями и вроде как нейтрализующим газом, что удивительно часто приводил к летальному исходу. А уж сколько трущобных кишок намотано на гусеницы снаффов…
То, что достаточно бодро подкатило и остановилось в отдалении от машин прежних охотников, орудийной башенки уже не имело, а на корпусе появилась стальная клетка с наваренной по низу сплошной стальной полосой в метр шириной. Крыша клетки была закрыта сталью. В целом неплохо сделано – идеально под долгие мотания по близлежащим окрестностям Мутатерра ради сбора и охоты.
Врубив прожектор, снафф осветил машины, пробежался лучом по бетонному крошеву, еще на полминуты завис на окровавленных трупах, сполз на выброшенными нами из салона пустые сумки и прочий мусор. Наконец прожектор поднялся и побежал по нависшим над каньоном зданиям, будто пытаясь заглянуть в черные провалы окон. Все это четко и ясно показало – в танкетке не бойцы. То, как они прямо напрашиваются на выстрел гранатомета, добровольно отказываясь от ночного прикрытия, в то время как ясно видят трупы и следы мародерства…
Будто услышав мои мысли, танкетка погасила огни, рывком откатилась на десяток метров назад и, развернувшись, погнала дальше по каньону, удаляясь от Дублина.
– И какого хера? – огорчился Рэк.
– Они вернутся – ответил я, прислушиваясь к удаляющемуся скрежету камней – Местность эту они знать должны неплохо.
– Решили заглянуть с другого бока?
– Ага. Так что ждем этих и следующих.
– Ждем. Слушай, командир…
– Че?
– Каппа вот ушел…
– Ушел… – обреченно вздохнул я – Слушай сюда, орк. Ты подо мной. Но не над Ссакой. Действуете независимо. Собираете отряды. Дрессируете набранных гоблинов. А я наблюдаю. И делаю выводы. Понял?
– Понял – облегченно выдохнув, Рэк перевалился на спину и взглянул вверх – Херовое у них небо, командир. Наше то получше…
– Потолок – поправил я, глянув мельком на фальшивые звезды – Над нами потолок, орк. Какого хера ты восторгаешься интерьерами тюрьмы?
– Снаружи то я не бывал!
– Ну да…
– И не хочу особо.
– Почему? – удивленно глянув на орка, я опять сосредоточился на сканировании взглядом темных смятых коробок зданий.
Перевалившийся на бок Рэк, повернувшись ко мне спиной, протяжно зевнул и лишь затем ответил: