И 6
Шрифт:
Ну да…
Узнав о судьбе погибшего лагеря, я погнал Хорхе на новый виток добычи информации, велев ему меньше платить и больше угрожать, заодно дав ему в подкрепление перехватившую несколько часов сна Ссаку. Они вернулись с нужной мне инфой, и я окончательно убедился в своих подозрениях.
Ладно… с этим разберемся позже. А пока что – здравствуй, Дохлый Херро.
Мы вошли в него через задницу. Целый ряд разнокалиберных дверных проемов буквально приглашал заглянуть, как мы и поступили. Главные двери находились посреди длинного фасада, украшенные длинным широким бетонным козырьком, что заставляло думать о том, что изначально этот «утюг» планировался как отель для избранных. Но каковые бы ни были изначальные планы, как только я попал в широкий холл с двумя лифтовыми дверями – на четыре то этажа – и двумя широкими
Оглядевшись, я коротко кивнул и задумчиво замер рядом с напряженно сопящими калеками недомутами, нервно сжимающими оружие. Никаких скидок на их слабость, неумелость и трусость я делать не стал. Мало подорвать жопу в ответ на чьи-то зажегшие тебя слова. Огонь угаснет быстро, а шагать дальше надо по любому, таща жопу по выбоинам судьбы. Вот и притащили. Стоят с тревожно крутящимися в орбитах выкаченными глазами, в пыльном сухом воздухе заброшенного холла медленно расходится острый запах пота напитанного гормонами адреналина. Недомутов корчит от рвущего их на части застарелого страха. Они жмутся друг к другу, и я уверен – влети сейчас сюда одинокий кропосос или забеги хотя бы крупная желтая крыса… и вся эта группа с визгом ломанется к выходу. Страшный Дохлый Херро…
Пока я наблюдал за трясущимся хвостом отряда, по двум лестницам двинулись две группы – Рэк и Ссака со своими выводками. Они поднимались медленно, осторожно ступая по заваленным всякой хренью ступеням, давя кости и жестяные банки, хрустя стеклом и бетонным крошевом. Опустившись на колено рядом с одной из лишенных отделки колонн, я замер, оглядываясь пристальней и пытаясь прочесть по интерьеру хоть немного о прошлом. Стены в частых дырах – тут стреляли, причем стреляли ожесточенно, долгими бездарными очередями, выводя в узорной штукатурке длинные зигзаги. Кое-где у пола эти зигзаги вдруг обрывались, а затем, спустя метр или полтора, продолжались еще чуток. И сразу ясно – длинной очередью стрелок пытался поразить бегущего врага и наконец достал его несколькими пулями, а затем по запалу еще полоснул чуть дальше. Затем вернул прицел и выдавил из патронной ленты остатки, часть пуль всадив в пол, а часть все же в цель. Тут работал тяжелый пулемет и в двух шагах от меня вижу следы крепления в полу. Там стояла высокая тренога, а вот остатки подковообразной баррикады из кирпичей и блоков. Тут между двух колонн находилось пулеметное гнездо. Вряд ли дежурил лишь один пулеметчик. Скорее целый расчет. Я бы поставил минимум троих. Лучше четверых. Пулеметчик с помощником и пара рыл с автоматами, пистолетами пулеметами или хотя бы дробовиками. И судя по следам на полу, стенах и колоннах рядом с бывшим пулеметным гнездом, там хватало бойцов, что не проспали внезапный штурм и дали бой. Еще дальше, у главных дверей, я отчетливо видел следы достаточно мощного взрыва, что не был опасен для монолитной конструкции, но при этом буквально нашпиговал стены широкого входного коридора поражающими элементами. Кто-то чужой ворвался внутрь и… превратился в потеки кровавой каши на стенах.
Что за херня?
Если собрать воедино все мои наблюдения, то получается, что мутатеррское зверье атаковало огромной массой. Вон у того входа почти нет пулевых отметин на стенах, а вон там все покрыто дырами… Это говорило о том, что твари Мутатерра вламывались в пару входов сплошной лавиной, буквально захлестнув холл, снеся палящих стрелков и вдавившись в лестничные проемы, понесшись выше… Борозды от когтей на стенах и колоннах, причем некоторые на высоте трех гоблинских ростов. Необычно…
Резко прозвучали выстрелы и я медленно поднялся, рявкнул на испуганно загомонивших недомутов:
– Тихо!
– Проклятое здесь место… – слезливо пробубнил недомут с раздутым животом, удерживаемым сложным набором подтяжек и стяжек – Умирают здесь…
– Ага – буркнул я и, вытащив из кобуры револьвер, приставил его к потному лбу недомута – Уверен?
Щелкнув взведенный курок.
– Я…
– Да?
– Я молчу… – просипел пузатый.
Удовлетворенно кивнув, я увел револьвер чуть в сторону и выстрелил. Пуля прошла между заоравшими недомутами и поразила здоровенную желтую крысу. Рухнув, та забилась, вспарывая воздух семью когтистыми лапами – седьмая росла из центра груди и больше походила
– Давайте туда – скомандовал я, прислушавшись и убедившись, что стрельбы сверху больше не доносится.
Зашипевшая рация доложила голосом Ссаки:
– Завалили трех кропосов. Слева до третьего этажа чисто.
– Справа чисто – прорипел Рэк – Идем на четвертый.
– Принято – произнес я и пнул замыкающего в жирную задницу – Че отстал, упырок?!
– Неспешно идущие проявляют мудрость и… ОЙ! Таро Манаро! Смелости мне! Смелости!
– Картечный букет тебе в анус, сука! – улыбнулся я – Преподнести прям щас?!
– Пустите меня вперед, братья! Не хочу быть последним! Чувствую раж! Че встали, жопы тухлые?! Командир сказал шагать! Шагать! Шагать!
– Заткнись! – рявкнул я.
– Есть заткнуться! – пропыхтел недомут, с трудом увернувшись от приклада впередиидущего и, протиснувшись мимо, заторопился вдоль стены, сдирая с нее пыль пластиковым старым наплечником.
Мы снарядили их всем еще нераспроданным и не обменянным Хорхе хламом, что остался лежать грязной кучей на полу. Я поднял всех за два часа до выхода, заставил хорошенько пробежаться вокруг Форта Славы, вызывая чуть ли не истеричный хохот сначала от охранников на наблюдательных башнях, а затем и еще у целой оравы мутов, что поднялись на крыши бараков или административного здания ради этого зрелища. Я быстрым шагом двигался за едва ковыляющими недомутами, не реагируя на насмешки, но внимательно сканируя лица всех наблюдателей. В первую очередь меня интересовали те, кто не заходился от хохота, а просто смотрел, оставаясь при этом в задних рядах. Ну и так называемых местных козырных тузов я тоже высматривал – и высмотрел. Одни вышли на балкон главного здания Форта, другие появились на краю крыши. Смотрят свысока, одеты причудливо, их прикрывают охранники, а некоторые стоят в тени мощных зонтов с длинными рукоятями, что уперты в пол – их тоже удерживает охрана.
Сделав четыре круга, я загнал недомутов обратно в барак, и они начали неумело снаряжаться. За время, что понадобилось мне для полного облачения и вооружения, когда я уже допивал первый на сегодня кофе, некоторые все еще пытались зашнуровать ботинки. И нет, не потому что они калечные недомуты. Просто они медлительные упырки по жизни. Только жрать быстро умеют, а все остальное у них вяло… Щедро выданный аванс затрещин пробудил в каждом тягу к скорости и вскоре мы уже приседали вразнобой. Немного – по пятьдесят раз каждый. И только затем мы вооружились и выдвинулись, на ходу распределяя роли. Мы – старички – делали все вдвое больше остальных. Они должны увидеть, понять, проникнуться и осознать – очень сука многое зависит от собственного тела! Рефлексы, скорость, выносливость, приметливость. Нельзя ползать куском гнилого теста по Мутатерру и ожидать благополучного исхода.
Дальше все пошло по обычному плану – пока кто-то берет подходящие задания, другие торопливо жрут утреннюю похлебку, а затем меняются ролями. И наконец выход в Мутатерр по одному из старых маршрутов отряда Брунора. Этот путь начинался от Токсоямы и шел к Кишке, а оттуда к Каменной Рвоте…
Тварей по пути почти не встретилось и вот мы уже на третьем этаже Дохлого Херро, а Рэк машет лапой, призывая всех подняться еще чуток выше. Так мы и сделали, оказавшись на верхнем этаже, что кардинально отличался от нижних. Тут уже не было коридоров с редкими дверьми. По сути, весь верхний этаж был поделен на две части, и каждая из них являлась тщательно спланированными просторнейшими апартаментами.
Никаких дверей тут уже не осталось. На центральную площадку выходило две лестницы и все те же две зияющие пустотой лифтовые шахты. На площадке остатки еще одного укрепления – куда более солидного, рассчитанного на десяток стрелков. И снова все стены исклеваны пулями.
– Лид!
Наведясь на зов уже успевшей углубиться во внутренние помещения наемницы, я зашагал по почти чистому коридору, мельком заглядывая в частые самопальные комнатушки – некогда огромные залы перегородили перегородками, создавая личное пространство. Стены тонкие, чаще всего из пластика, с практически нулевой звукоизоляцией. Да и посрать на шум – главное спокойно полежать и жопу почесать, зная, что тебя не сверлит при этом чей-нибудь любопытный взгляд, надеющийся, что просто чесанием ты не ограничишься.