И короли бессильны...
Шрифт:
— Друг познается в похмелье, — благодарно булькнул гоблин и надолго припал к прохладному кувшину. Кархи рукавом отер пену и с удовольствием выдохнул. — Кажется, я живой.
— Это легко исправить, — многозначительно прогудел тролль и протянул другу газету. — Сейчас весь Эркалон только и обсуждает скандал в посольстве у гномов. Там какой-то эльф вдруг превратился в гоблина и начал бить морды всем вокруг. Зовут этого героя Кирдаль. Каждый первый горожанин мечтает быть на его месте — это мне разносчик газет сказал. Представляешь, напиться
— И что такого? Подумаешь, отоварил бутылкой одного урода. Он посмел назвать меня дезертиром. Меня, своего настоящего короля…
— Хлебни еще, — посоветовал Урр-Бах. — Ты в своем уме?! Сейчас этого Кирдаля ищет отряд эльфов. Гномов тоже видели, и людей. Все ищут, говорят, золота за него дадут столько, сколько он сам весит.
— Пусть ищут, — Кархи махнул рукой. — Амулет я потерял, так что больше не быть мне принцем. Зато не поверишь, с кем мне довелось провести эту ночь, полную страсти и хитрых поз.
Тролль раскрыл широкий рот и тут же захлопнул, чтобы хлопнуть себя лапищей по голове.
— Корниэль?
— Как догадался? — гоблин довольно заухмылялся. Урр-Бах молча взял газету. "Слава всем богам, принцесса Корниэль не пострадала в потасовке и уже через час блистала красотой на вечернем балу", — прочитал он вслух.
— Если она чем и блистала, так это голым задом, — рассмеялся гоблин. — Что только не придумают эти придворные писаки.
— Ты сильно рисковал, — тролль возмущенно сжал и разжал кулак. — Чем ты думал, когда поперся туда?
— Такой шанс бывает только раз в жизни, — горячо воскликнул Кархи. — Я увидел сестру Кирдаля, двинул в рожу родичу узурпатора и меня отымела… — гоблин запнулся. — То есть я провел ночь с дочерью короля. Кому расскажешь, ни за что не поверят.
— Ты совсем спятил? — Урр-Бах раздраженно рыкнул. — Тебя арестуют за оскорбление короны. И меня, и Марсиэль с Ниррой.
— Знаю, дружище, поэтому никому и никогда не проболтаюсь, — серьезно произнес Кархи. Тролль испытующе посмотрел на беспутного друга и смягчился.
— Хоть это понимаешь, — добродушно проворчал он. — Где этот артефакт посеял? Гоблин пожал плечами.
— Рхыз его знает, наверно, во время драки или когда ломился сквозь толпу. Не до этого было.
— Нам надо на время уехать из Эркалона, — решительно заявил Урр-Бах. Дней на десять. За это время или какая-нибудь певичка родит, или судью застукают в особо дорогом борделе и все тут же забудут о Кирдале. Вчера я хотел тебе рассказать одну интересную заметку, ее тиснули в газете "Один эльф сказал", — оживился тролль. Достав из кармана широких холщовых штанов неровный обрывок бумаги, Урр-Бах прочитал:
"Удивительную находку обнаружили хеммарские власти в доме умершего одноногого старика. В его скромном домишке хранилась ценнейшая коллекция картин известных живописцев,
— И что? — не понял Кархи. — Мы же говорили про отъезд, а ты про картины какие-то читаешь. Урр-Бах вздохнул и принялся растолковывать очевидное не до конца протрезвевшему другу.
— Помнишь, я в Тарзите рассказывал про Рожка? Его моему соседу Клаврису всучили вместо козы и он от скуки научил козла малевать картины. Клаврис был одноруким и одноногим, — многозначительно произнес тролль.
— Ты думаешь, это был он? — изумился Кархи. Он отобрал у напарника заметку и еще раз ее перечитал. — Здесь пишут только про одноногого. Руки у него, стало быть, две.
— Это всего лишь газета, — небрежно отозвался Урр-Бах. — Сам же говорил, что газетчики опускают ненужные подробности.
— Это редактор опускает, — почему-то поправил Кархи. — Сидит в дорогущем кресле и зачеркивает половину текста, чтобы побольше осталось места для платных объявлений и заказных статей.
— Неважно, — поморщился тролль, — главное, есть одноногий старик, картины и домашняя живность. Хеммар всего в одном дне езды, это к северу от Эркалона, старик вряд ли уехал дальше, если задумал продолжить дело на новом месте. Не крестьянам же продавать великого Тризеля, лучше иметь под боком столицу.
— Звучит правдоподобно, — как следует подумав, — согласился гоблин. — Только нам зачем все это?
— Вдруг там еще один козел-художник обнаружится, — с надеждой произнес Урр-Бах. — У нас должен быть богатый выбор современных художников, раннего Хейлора маловато, козел будет рисовать за Брузеля и Тризеля. Слышал, даже свиньи дрессируются, но от них грязи много. А козлика мыть будем почаще, может, старик его уже кастрировал, чтобы техника рисования больше на эльфийскую походила. Кархи уважительно посмотрел на друга. Его упорство в подделке современной живописи внушало уважение.
— Когда едем?
— Вечером, — ответил тролль. — Запрем дверь и скажем девушкам, что уезжаем по делам на несколько дней.
— Козла сам будешь мыть, — предупредил Кархи. — И очень часто.
— Придумаем что-нибудь, — улыбнулся Урр-Бах. — Искусство требует жертв.
— Ни одно искусство не стоит соседства с козлом, — возразил гоблин. — Но ради денег я готов вытерпеть и десять козликов.
— Кажется, ты тоже полюбил современную живопись, — удовлетворенно хмыкнул тролль. — Вставай, пора идти в "Эльфийский дуб".