И навсегда
Шрифт:
— Нет, имеет! Я хочу всегда быть рядом с ним!
— Впрочем, — продолжала Джоли, — известны случаи, когда инкарнации продолжали контакты со смертными. Я сохранила отношения с инкарнацией, хотя и превратилась в призрак, а Луна Кафтан любит воплощение Смерти.
— Следовательно, у меня есть надежда, — обрадовалась Вита. — На должность какой инкарнации он рассматривается?
У Джоли ответа не было.
— Я… я думаю, на любую. Каждая так важна, что ошибки недопустимы.
Вита смутилась.
— Мы заставили его согрешить — и теперь он может не пройти испытания? —
— Рок не грешил! — запротестовала Орлин. — Может быть, мы поступили плохо, но он не виноват. Он вел себя достойно, хотя в конце концов оказалось, что он всего лишь человек, и я рада, что все так вышло.
— Вопрос заключается в том, как он сам ко всему относится. Если считает, что согрешил, значит, в его душе есть зло, которое ему повредит.
— Пожалуй, тебе следует спросить самого судью, — предложила Орлин.
Джоли вздохнула, понимая, что трудного разговора не избежать.
Она заговорила с судьей, когда они на ковре летели в город.
— Насколько я поняла, во время моего отсутствия девушки вели себя довольно активно, — сказала Джоли.
— Более чем, — признался он. — Я уверен, вы знаете, что у меня была связь с девочкой, а не с женщиной, несмотря на все ожидания.
Он не сделает ни одного ложного шага, чтобы защитить себя!
— Что вы собираетесь предпринять?
— Я сообщу о своем поступке в комиссию по этике, что приведет, как я подозреваю, к неизбежной отставке.
Как раз этого Джоли и боялась.
— Рок, я покинула вас, считая, что затевается нечто неправильное. Но я ошибалась. Ни о каком принуждении не может идти и речи, вы не давали никаких обещаний — была лишь любовь между мужчиной и женщиной. Да, очень молодой женщиной, но достаточно опытной, чтобы принимать решения такого плана. Я не считаю, что вы должны являться с повинной в комиссию по этике.
— Закон в данном вопросе сформулирован предельно четко и ясно, а я поставлен его охранять. Когда я нарушаю закон, я должен нести ответственность.
— Комиссия начнет расследование, обязательно вызовут Виту, а она заявит, что не произошло ничего плохого. Чем тогда закончатся слушания?
— Неужели она скажет неправду?!
— Девушка молода, но имеет весьма разнообразный опыт. Вита знает, что произойдет с вами и, кстати, с ней, если она признается в том, что вы занимались сексом. Неужели вы думаете, что она приговорит вас?
— Шантаж!
— Нет, разумные доводы. В глубине души вы совершенно точно знаете, что не совершили преступления. Подавая рапорт, вы обрекаете на страдания Виту и себя. Интересно, как же вы определяете понятие правосудия?
— Вы рассуждаете, как дьявольское создание.
— А я и есть любовница Сатаны.
Рок задумался.
— Девушка должна покинуть мой дом. Только тогда мы можем быть уверены в том, что нашим отношениям положен конец.
— Нет! — воскликнула Вита.
— Она вас любит, Рок.
— А я люблю ее. Но так должно быть.
Джоли вздохнула:
— Вы хороший человек, судья Скотт. Ваши стандарты выше, чем наши. Мы покинем ваш дом, как только у нас появится возможность.
— Нет!
— Молчи, глупый ребенок! — прикрикнула на нее Орлин. — Джоли что-то задумала.
— Благодарю вас, Джоли, — с грустью проговорил судья.
— Не могу принять вашей благодарности.
Он не удержался от улыбки:
— Я думаю, для нас всех будет лучше, если вы возьмете на себя контроль над телом до самого вашего отъезда.
Джоли кивнула. Судья Скотт действительно был хорошим человеком.
6. СМЕРТЬ
Джоли, попросив у судьи его личный ковер, отправилась в контору Луны; ковер вернется к хозяину самостоятельно, когда они доберутся до места и отпустят его.
— Ну и что ты придумала? — потребовала ответа Вита. — Ты не забыла, тело принадлежит мне; тебе не удастся вечно не подпускать меня к Року!
— Удастся до тех пор, пока я сохраняю контроль, — ответила Джоли. — Но не бойся, я на стороне любви, поскольку сама ее спровоцировала. Судья должен был поступить так, а не иначе; должен был пойти на компромисс после того, как я заявила, что ты ответишь на вопросы комиссии по этике. Рок понял, что, раз уж не может сполна расплатиться за содеянное, он обязан сделать все, чтобы подобное не повторилось. Поэтому он не станет сообщать о случившемся, а ты покинешь его дом. Слышишь, дом — а не жизнь! Уверена, что пройдет совсем немного времени, и мы увидим его снова.
— Когда? Как?
— Это определится очень скоро. А пока, Орлин, мне кажется, пришла нам с тобой пора вернуться к решению проблемы твоего ребенка. Ты обрела равновесие души и теперь можешь существовать как призрак, не погружаясь в Ад.
— О, Джоли, конечно, я так хочу… Но…
— Но ты тоже влюбилась в Рока, и тебе не больше Виты хочется с ним расставаться.
— Правда. Я не забыла Нортона и не собираюсь мешать Вите, но…
— Все нормально, Орлин! Я чувствую себя гораздо лучше, когда ты рядом. Без тебя Рок ни за что не согласился бы отправиться со мной в отпуск. И даже когда ты мне позволяла заниматься с ним любовью, ты тоже была с нами, помогала мне, чтобы я не выглядела полной дурой. Без тебя я снова села бы на АП; я знаю, вы с Джоли помогаете мне отвыкнуть от него, а втроем это намного легче, чем в одиночку. Ты мне очень нужна! Я тебя совсем не ревную; ведь ты часть того, что Рок находит во мне привлекательного.
— Получается, нам придется остаться втроем, — подытожила Джоли. — Будем работать вместе, чтобы добиться исполнения ваших желаний и моих.
— И твоих?
— Рок Скотт произвел на меня очень сильное впечатление, и не только в том смысле, в каком вы, подружки, его рассматриваете. Мне кажется, он подходит на роль инкарнации, и я хочу повнимательнее за ним понаблюдать, чтобы сделать подробный отчет, когда придет время. Так что моя работа вполне совместима с вашими интересами; мы будем к нему присматриваться, иногда встречаться и вместе попытаемся вернуть тебе твоего ребенка. Естественно, нам придется действовать по очереди.