И в горе, и в радости...

Аспер

А вот мой сын как раз является тем, кто сможет рассказать об убийстве ученика профессором, оказавшимся оборотнем. В общем, директор, я хочу увидеть своего родственника. Потрудитесь предупредить вашу медиведьму, чтобы она открыла камин.

Сказав это, барон фон Корф развернулся и вышел, оставив Альбуса негодовать на наглого немца, который лезет не в своё дело. Снейпа придётся отпустить на лечение и ему, Альбусу, остаётся только надеяться, что зельевар не сорвётся с крючка.

Злость на неизвестного благодетеля, поспособствовавшего браку Снейпа с этой Корф,

заставила Альбуса исходить желчью. Как этот брак был не вовремя и родственники оказались сильным и многочисленным родом, которому было плевать на его борьбу со злом. Чистокровные фанатики, не понимающие Альбуса и не желающие прислушиваться к нему.

Ему с трудом удалось привязать к себе Снейпа, сделать обязанным и он был уверен, что тот, коря себя за смерть подруги, будет послушным орудием в его руках. Появление у зельевара жены никак не входило в планы Альбуса.

Все фигуры были расставлены, оставалось только ждать, упиваясь собственным умом и, хоть для него и было это мелко, радоваться тому, что от него зависит жизнь человека, предок которого когда-то отказал Альбусу, разбив его первое, нежное чувство.

***

Появление фон Корфа в больничном крыле прошло почти незаметно. Двое гриффиндорцев, по самые уши накачанные успокоительными зельями, спали, лишь иногда вздрагивая во сне. Авроры, уже забрав тела Рона Уизли и Ремуса Люпина, а также уведя безучастного ко всему Сириуса Блэка, удалились. Северус лежал в специальной комнатке, которая издавна использовалась для болеющих профессоров.

Именно туда направились оба Корфа, но были остановлены мадам Помфри.

— Профессор Корф, что вы здесь делаете и кто это с вами? — медиведьма перегородила дорогу.

— Я барон фон Корф. Директор знает о моём посещении, я пришёл забрать мистера Снейпа. Будьте добры открыть камин, мой колдомедик уже заждался…

========== Аврор и Пожиратель ==========

Северус очнулся через два дня в собственной спальне собственного же дома в Тупике Прядильщиков. Первое, что он увидел, когда открыл глаза — аппетитную грудь и резко постройневший стан собственной жены, которая как раз в этот момент нагнулась, чтобы поправить ему подушку.

— Кто? — прошептал Снейп, чувствуя, что в горле раскинулась во всю ширь пустыня Сахара.

— Девочка, — улыбнулась Натали, приманив к себе стакан с водой и постаравшись как можно аккуратнее напоить мужа. — Я хотела назвать её Эйлин, но решила подождать твоего согласия.

Во время беременности они не обсуждали вопрос с именем и она выбрала несколько вариантов как для девочки, так и для мальчика, но решение оставалось за мужем. Снейп задумался на миг и произнёс:

— Только если вторым именем… Нет, не стоит, матери оно не принесло удачу…

— Как же тогда? — миссис Снейп замерла, ожидая приговора.

Называть дочь Лили ей совершенно не хотелось, но если Северус так решит, то что ж, так тому и быть…

— Придумай сама, — проговорил зельевар и получил нежный поцелуй от благодарной жены.

— Тогда, может, Эрис? И надо второе имя, да? У нас-то второе не дают, указывают имя отца…

— Ну, у

нас принято давать как минимум два имени, — произнёс зельевар. — Эрис мне нравится…

— А вторым Присцилла?.. — поинтересовалась Натали, вспомнив, что прабабку Северуса звали именно так.

— Эрис Присцилла Снейп?.. Хорошо, давай так и назовём, — согласился Северус и попытался пошевелиться, не желая более лежать в кровати.

Он не привык показывать слабость ни перед кем, даже перед собственной женой. Надо было встать и пойти посмотреть на дочь, а также провести ритуал имянаречения, чтобы она могла появиться на родовом гобелене. Это мог сделать и дед, как глава рода, но Северус уже давно настоял на том, что это его прерогатива.

Попытка подняться на ноги не увенчалась успехом. Ног Северус почти не чувствовал…

— Северус, успокойся, — поспешила сказать Натали, увидев отблеск паники, мелькнувший на мгновение в глазах мужа. — Всё нормально, функции спинного мозга уже восстанавливаются и скоро ты сможешь ходить. Аурелиус, по рекомендации колдомедика Корфов варит тебе специальное зелье и ты уже идёшь на поправку. Полежи спокойно, а я принесу тебе Эрис…

— Что случилось? — Снейп вспомнил, что произошло в хижине, и многолетняя привычка присматривать за поколениями оболтусов дала о себе знать. Тем более, участниками событий было Золотое трио.

— На тебя напали ученики… — начала Натали, не зная, как сказать о произошедшем.

— Это я помню! Как всегда, отличилась троица безмозглых идиотов, — перебил её Северус.

— Ты сильно ударился головой и спиной, получив сотрясение и перелом. Фридрих забрал тебя от бдительной, но несколько некомпетентной в вопросе твоего лечения мадам Помфри и перенёс в наш дом. С тобой хотят побеседовать авроры… и Альбус приходил пару раз…

— Почему авроры? Неужели Альбус решил наказать отчислением своё нежно лелеемое трио за нападение на меня?

— Дело в том… — Натали решилась. — Люпин обратился… Дети пытались его остановить… Блэк тоже пытался, но дементоры…

Снейп, окаменев, ждал, что скажет жена дальше. Неужели он не смог сберечь несносного мальчишку, защита которого была навязана ему Альбусом? Единственное напоминание о Лили и о его, Северуса, прегрешении…

— Люпин убил Рона Уизли, а подоспевший Родерик убил оборотня, спасая остатки Трио. Ни Поттер, ни Грейнджер физически не пострадали, чего нельзя сказать о психическом состоянии. Сейчас, насколько я знаю, мадам Помфри присматривает за ними.

У них нервный срыв и магическое истощение, Министерством рассматривается вопрос о некоторой корректировке воспоминаний. Блэка поцеловал дементор, а Альбус временно отстранён от должности, но, сдаётся мне, что он вывернется…

Новости, рассказанные женой, были ужасны. Всё-таки директор заигрался со своим ручным волком и последствия его поступков вызывали шок. Если уж Дамблдор совершенно не озаботился безопасностью того, кому спускал все шалости и хамство, то что можно говорить о простых волшебниках, чьи жизни Альбус, не задумываясь, положит на алтарь гипотетической победы.