И в горе, и в радости...
Шрифт:
— Но сэр, мы не прогуливаем, у нас нет урока…- попыталась оправдаться Грейнджер.
— Неужели, мисс Грейнджер? — ухмыльнулся Снейп. — Как же так, у вас и вдруг нет урока? Хроноворот сломался или его пришлось вернуть директору, во избежание, так сказать? Но вы, несомненно, читали в какой-нибудь из книг, что те события, у которых было много свидетелей, невозможно изменить. Хотя я и жалею об этом… Если бы я мог, я бы изменил события так, чтобы вас исключили из школы ещё на первом курсе. Вы двое опасны для общества…
Поттер, всё это время стоял, молча сжимая кулаки, и Натали смогла оценить выдержку мальчишки.
— Это вы виноваты в их гибели! — заорал мальчишка и Натали порадовалась, что её муж сумел быстро отгородить их группу чарами отвлечения внимания.
Она оказалась неправа. Мозг у Гарри, видимо, отсутствовал…
— Это из-за вас погиб Рон, а моего крёстного поцеловал дементор! Вы Пожиратель и вы ненавидели их, и ненавидите меня, потому что мой отец спас вам жизнь!
Грейнджер с ужасом смотрела на приятеля, закрыв ладошкой рот, понимая, что влезь она сейчас и баллы с их факультета посыпятся как листья осенью. О более серьёзной опасности она не задумывалась.
— Я, Поттер? Вы утверждаете, что во всём виноват я?! — на Снейпа было страшно смотреть, его лицо исказила гримаса, в которой боль смешалась со злобой.
Заткнув ученика невербальным Силенцио, он решил высказать ему всё, что накопилось в его душе за те три года, в течении которых ему капали на мозги, напоминая о том, что он должен охранять это безмозглое создание. Со стороны Снейпа это было, возможно, непедагогично, но на это ему всегда было плевать.
— Ваш дружок был бы жив, если бы вы не выкрали у меня крыса, которого я хотел проверить на анимагию, да и в Хижине я первым делом обездвижил именно его. И если бы вы не напали на меня, то я смог бы спасти и вас, и ваших безмозглых друзей от такого же безмозглого оборотня, забывшего выпить антиликантропное зелье, которое, опять-таки, варил ему я! Значит, и в этом я виноват?!
Поттер, заткнутый Силенцио, молча хлопал глазами, а Натали с удивлением смотрела на своего мужа, понимая, что теперь, после того, как с ним поработал Аурелиус, Северус уже не будет тем безропотным исполнителем, который в конце пьесы молча подставит горло убийце, до конца играя свою роль и не ожидая признания и оваций.
— А Долг Жизни вашему отцу я отдал ещё на вашем первом курсе, когда не дал вам убиться, свалившись с метлы, хотя кое-кто мне старательно мешал, — продолжил Снейп, снимая заклятие с Поттера и глядя при этом на Гермиону, после чего, будто резко потеряв интерес к разговору, вошёл в замок.
— Кстати, мисс Грейнджер, мистер Поттер, не забывайте, что вы двое чуть не стали убийцами. Вам повезло, что профессор остался жив, отделавшись, если можно так сказать, переломом позвоночника. Как хорошо, что мы маги и мой муж не сидит сейчас в инвалидном кресле. И благодарите Мерлина, что профессор Снейп не стал подавать на вас жалобу в аврорат. Если бы он погиб, я бы не была так милосердна.
Вы ещё не взрослые, но уже и не дети, и должны осознавать свою вину и ответственность. В лучшем случае вас бы исключили из Хогвартса, в худшем — я бы настаивала на Азкабане. Учитесь думать головой, это очень нужное в жизни умение, — Натали внимательно посмотрела на гриффиндорцев, гадая, осознали ли они сказанное.
Так
========== Заботы и радости ==========
До конца учебного года в Хогвартсе не произошло больше ничего, заслуживающего пристального внимания. Со слов и Родерика, и Северуса Поттер с Грейнджер ходили притихшие. Заучка даже перестала тянуть руку, а Поттер старался не перечить Снейпу на уроке, молча варя зелья под руководством подруги.
Но по злым взглядам, бросаемым на профессора в ответ на ехидные замечания, можно было понять, что ничего не изменилось и, возможно, уже в следующем сентябре следовало ожидать возобновления противостояния.
Хотя Натали и надеялась, что вдалеке от волшебного мира подростки всё же смогут проанализировать действия всех вовлечённых в это прискорбное событие, но на это было мало надежды. А уж если Поттера, несмотря ни на что, пригласят в гости к Уизли, то неприязнь к зельевару у него снова достигнет предельного уровня.
И Натали, понимая, что контроль ребёнка со стороны Дамблдора не ослабнет, махнула рукой на действия мальчика-у-которого-нет-мозгов. У неё хватало и своих забот.
Дочь занимала большую часть её времени, хотя следовало признать, что помощь домовиков и тётушки Сильваны была очень кстати. В бытность Натали обычной маглой ей пришлось одной справляться со всеми трудностями, возникающими у женщины, имеющей детей.
Двое сыновей-погодков требовали много внимания, то маясь животами, то не желая спать, а уж лезущие зубы и борьба за её внимание вообще оставляли без сил. Те годы она вспоминала как кошмарные, хотя счастливых моментов тоже хватало. Да и муж, хоть и приходил с работы уставшим, старался ей помочь. Правда, любовь к детям не помешала ему через несколько лет уйти из семьи…
Натали и сейчас часто вспоминала своих детей, которые к моменту её, так сказать, раздвоения личности были уже подростками. Ей было интересно, как та она, оставшаяся, справляется с проблемами, возникающими в этом возрасте, как мальчики учатся, как взрослеют.
Но весь этот интерес был какой-то отстранённый, без переживаний о том, что она никогда не сможет к ним вернуться, такой, как будто она думала о жизни соседей или даже книжных персонажей.
Видимо та, что назвалась Лили, что-то сделала с её восприятием этой ситуации, чтобы волнение за оставшуюся семью не сводило с ума. А здесь и сейчас она и её дочь были окружены заботой и вниманием, и Натали не уставала до слёз или до желания плюнуть на всё и завалиться спать.
***
Спев дочери колыбельную, Натали уложила её в кроватку, собираясь оставить под присмотром Минки, которая с удовольствием нянчилась с Эрис.
В их домик в Хогсмиде было решено отправить, кроме Минки, ещё одного эльфа и миссис Снейп с радостью согласилась, когда эльфийка, нервничая и выкручивая себе уши, предложила взять Типси. Он, как оказалось, числился другом Минки и домовушка похвасталась, что тот превосходно готовит, а также может помогать хозяину с зельями.
Посмотрев на заснувшую Эрис и с улыбкой поправив ей одеяло, Натали обернулась, услышав шорох. В дверях стоял Северус и, как показалось Натали, в его глазах на миг мелькнуло нечто, напоминающее нежность, но в следующее мгновение муж снова выглядел как обычно строго.