И все заверте...
Шрифт:
Все, что необходимо для школы, купили в Риме, мантии сшили по прошлогодним, а за книгами послали сову в «Флориш и Блотц». Конечно, у Гарри не было ключа от сейфа, но синьора сказала, что это не страшно. Гарри вернет ей деньги, когда сможет. И тут же пригласила его погостить и на следующий год.
— Готов? — спросила синьора.
— Ага, — кивнул Гарри.
И они перенеслись в дом Дурслей. Как ни странно, им были рады. Загоревшая, довольная жизнью, с каким-то светящимся взглядом тетя Петуния пригласила всех к столу. Постройневший
Синьора Руджиери презентовала бутылку ликера La Strega мистеру Дурслю и большой флакон волшебного удобрения для цветов — миссис Дурсль. С удовольствием напилась чаю, полюбовалась на виды Джерси, где отдыхали Дурсли, похвалила пирог с ежевикой, договорилась, что Гарри будет ей писать, а следующим летом вновь приедет в гости, и отбыла.
Гарри подарил тете фарфоровых Коломбину и Арлекина для ее коллекции и большую коробку конфет. Довольная тетя в ответ преподнесла племяннику … настоящий джерсийский свитер.
— В Шотландии зимой холодно, — оправдала она свое расточительство.
Дядя и Дадли отнеслись к ее поступку совершенно спокойно. Похоже, что фея Бефана была права. Они еще немного посидели в гостиной, рассматривая фотографии, и отправились спать. Завтра начинался новый учебный год.
Кто знает, что еще могло бы случится этой ночью, если бы Северус Снейп не огрел Конфундусом Арабеллу Фигг, внушив ей, что она уже сообщила Дамблдору о возвращении Дурслей. А еще он попросил Люциуса Малфоя организовать хорошенькую проверку отчетности Хогвартса силами Попечительского Совета, в результате чего директор с трудом добирался до кровати, да и то — практически в невменяемом состоянии. Так что времени на Гарри Поттера у него просто не было.
========== Глава 11 ==========
На вокзале Кинг-Кросс все было как всегда. Вернон привез Гарри пораньше. Они вполне доброжелательно распрощались, Гарри прошел через зачарованный турникет и занял место в купе. Народу было еще мало. Гарри прилип к окну и наблюдал, как постепенно прибывают знакомые ребята. Вон мелькнула белобрысая макушка Малфоя, дреды Ли Джордана. Вон Невилл с бабушкой. А вот и Гермиона.
— Гермиона! — замахал рукой Гарри.
Девочка подошла поближе.
— Гарри? — удивленно спросила она. — Это ты?
— Я. Просто я очень изменился за лето, — улыбнулся Гарри, — давай помогу с вещами.
— Но где ты был? И почему не отвечал на письма?
— Я был в Италии.
— В Италии?! А что ты там делал?
Гарри не успел ответить, как дверь купе отъехала в сторону. На пороге стоял Рон Уизли. Из-за него выглядывала рыжая и конопатая девочка.
— Уф! Привет, Гермиона! Ты Гарри не видела?
— Привет, Рон! — радостно улыбнулся Гарри.
Тот попятился.
— Э-э-э-э-э… то есть…
— Я это! Я! Ну, изменился, подумаешь! Твою крысу зовут Короста, у тебя в палочке волос единорога, ты выиграл в гигантские
Рон выдохнул.
— Ну ты даешь! И где твои очки? И шрам?
— Нету, — улыбнулся Гарри, — меня вылечили.
— Вылечили? А, точно, Дамблдор говорил, что тебе надо лечиться.
Гарри помрачнел.
— Ладно, дружище, заходи! Я как раз собирался рассказывать где был и показывать альбом. А кто это с тобой?
Рон обернулся.
— Это? Это моя сестра, Джинни. Джинни, познакомься: это мой друг Гарри Поттер, а это — Гермиона Грейнджер.
Девочка исподлобья оглядела купе.
— Ты не Гарри Поттер! — решительно заявила она.
— Чего? — обалдел Рон.
— Ты не Гарри Поттер! Все знают, что у Гарри Поттера есть шрам на лбу! Ты врешь!
Гарри удивленно смотрел на маленькую фурию. Та топнула ногой, развернулась и убежала.
— Во дает… — пробормотал Рон.
— А по-моему, так гораздо лучше, — тихо проговорила Гермиона.
Гарри вытащил обещанный альбом.
— Вот, — сказал он, — это синьора Руджиери, она и пригласила меня в гости.
— Это знакомая Дамблдора? — спросил Рон.
— Нет, — покачал головой Гарри, — это знакомая Фламмелей. Я мистеру Фламмелю письмо написал, чтобы попросить прощения. А он страшно удивился и пришел к нам в гости. С женой. А синьора у них в гостях была. Ну, мы поговорили, мистер Фламмель мне рассказал, что Философский камень в полном порядке. Его вообще нельзя отдавать в чужие руки. Очень удивился, что Дамблдор нас обманул. А мне тогда такие кошмары снились… Про профессора Квиррела, как он горит и кричит. Ну, синьора Руджиери меня в гости и пригласила. Заодно и показала меня местным целителям. Меня вылечили в госпитале святых Козимо и Дамиана. А еще я купался, загорал, в разных интересных местах был.
Гермиона закусила нижнюю губу.
— Ты уверен? — спросила она.
— Уверен, — ответила Гарри.
— Да ну, не может быть! — заявил Рон. — С чего бы это Дамблдору нам врать?
— Понятия не имею, — отрезал Гарри.
Гермиона покачала головой.
— Ну, я не знаю. Все-таки опрометчиво было с твоей стороны писать это письмо. Вдруг его перехватили? И это был вовсе не Фламмель?
— А кто? — обалдело спросил Гарри.
— Какой-нибудь враг Дамблдора. Он мог даже помочь тебе, чтобы ты только перестал доверять нашему директору.
— Во! — согласился Рон. — Она дело говорит! Небось поэтому тебе шрам и удалили.
Гарри завис. То, что Фламмели были самые настоящие, мог подтвердить профессор Снейп, но говорить об этом было нельзя. Но с Рона станется и его объявить ненастоящим.
— А при чем тут мой шрам? — спросил Гарри. — Его удалили, когда мне глаза лечили. Я теперь отлично вижу.
— Просто без шрама ты какой-то ненастоящий…
— Рон, не шрам красит человека! — строго проговорила Гермиона. — Удалили и удалили. Тут дело в другом.