И все заверте...

Тымшан Людмила

— Вы меня не так поняли, — выдавил из себя Снейп, — просто он должен был поставить в известность директора, тот его магический опекун. Он волнуется.

Гарри тяжело вздохнул. Он вспомнил, как Дамблдор буквально заставил его вернуться в дом Дурслей, упирая на какую-то защиту. Но про камень-то он наврал. Может и с защитой то же самое?

— А чего он за меня волнуется? — упрямо набычившись проговорил мальчик. — Раньше-то не волновался.

У Снейпа потемнело в глазах.

— Мистер Поттер! Вы … вы отвратительный зазнавшийся сопляк, не способной оценить хорошего отношения…

— Хватит! — заставила его умолкнуть синьора. —

Мне противно вас слушать. Синьор Дзакконе, мы вернемся позже. Гарри, мы уходим!

— Мадам!

Но было уже поздно. Синьора Руджиери резко кивнула хозяину лавки, взяла Поттера за руку, и они вышли за дверь. Звякнул колокольчик, и послышался хлопок аппарации.

Снейп замер. На него с насмешливой улыбкой смотрел синьор Дзакконе. Настроение было испорчено, желание копаться в редких ингредиентах совершенно пропало. И все из-за проклятого мальчишки! Тролль бы его подрал! И где его теперь искать? Вряд ли кто-нибудь выложит ему адрес синьоры Руджиери. Да если и выложит… В голове мелькнула мысль сообщить Дамблдору, но Северус эту непрошеную мысль тут же изгнал. От отпуска и так всего ничего осталось, столько всего запланировано, а директор наверняка заставит искать подходы к синьоре и ловить Поттера по всей Италии. Синьора же тоже может на каком-нибудь острове жить. Да даже если и не на острове. Мало ли, какая там защита. И так уже опозорился. В конце концов, с Поттером точно все в порядке: одет, обут, накормлен и доволен жизнью. Вот если в школу первого сентября не явится, тогда и будем решать.

— Вы что-то хотели, синьор Снейп? — спросил Дзакконе.

Итальянец говорил понятно, но с сильным акцентом.

— Благодарю вас, я зайду позже.

— Как вам будет угодно.

Аппарировать Снейп не решился, он не очень хорошо знал координаты гостиницы. Так что снова пришлось воспользоваться услугами гондольера. Сбоку появились жуткие отверстия, служившие источниками света и бывшие истинным проклятием для заключенных тюрьмы Поцци. На Северуса дохнуло холодом. Даже в Азкабане до такого изуверства не додумались. Страшно даже представить, что переживали узники в залитых водой камерах. Хотя на чердаке под свинцовой крышей было не легче. Все-таки интересно, почему лавка помещалась именно в этом месте? Только ли в близости к Дворцу Дожей было дело? Или в чем-то еще? Напоминание колдунам, чтобы не зарывались? Или узники служили материалом для опытов? Об этом не хотелось даже думать. Ладно, он сейчас перекусит, прогуляется по городу и подумает о своих дальнейших планах. А там будет видно…

Результатом размышлений и плотного обеда стало письмо.

«Уважаемая синьора Руджиери!

Прошу меня извинить за недостойное поведение. Косвенным оправданием может служить только то, что на поиски мистера Поттера было потрачено много времени, сил и нервов. Не окажите ли Вы мне честь, позволив принести извинения лично? Возможно, я мог бы объяснить Вам существующее положение вещей.

С искренним уважением и надеждой на встречу,

С. Снейп».

Арендованная в гостинице сова ухнула и вылетела в окно. Теперь оставалось только ждать.

========== Глава 7 ==========

— Это от твоего профессора, — сказала синьора Руджиери, — он извиняется и просит о личной встрече. Гарри, что между вами произошло?

— Я не знаю, — ответил Гарри, — он меня просто не любит. Причем с самого начала, даже когда в первый раз меня увидел. И частенько

поминает моего отца, а я ведь папу совсем не помню. Хотя… — Гарри решил быть честным до конца, — я тоже не прав. Я все время подозревал профессора, что это он хочет украсть Философский камень. А он мне жизнь спас. И я его даже не поблагодарил.

Последнюю фразу мальчик проговорил совсем тихо. Синьора Руджиери покачала головой.

— Давай сделаем так, — предложила она, — я сейчас напишу твоему профессору и приглашу его в гости. Думаю, что поговорить с ним стоит в любом случае. Он может многое знать о том, что творится в Хогвартсе. А если ты не захочешь, то можешь с ним не разговаривать.

Гарри кивнул. Это был великолепный план. Так что сова вернулась в гостиницу с короткой запиской и порт-ключом.

Снейп несколько минут мрачно смотрел на небольшой металлический стержень и наконец решился. И через секунду материализовался в кабинете синьоры Руджиери.

— Добрый день, — поднялась на встречу гостю синьора.

Тот в ответ поклонился. Уселся в предложенное кресло. Домовичка принесла поднос с запыленной винной бутылкой, бокалами, фруктами и сыром.

— Прошу!

Северус сунул нос в бокал с вином и блаженно втянул восхитительный запах. Тролль побери, итальянцы всегда знали толк в хорошей кухне и винах.

— Большое спасибо, что согласились принять меня, — проговорил Снейп, — я еще раз прошу прощения, что был настолько несдержан. Вряд ли меня что-то может извинить, но поиски Гарри Поттера могут довести до белого каления любого.

Синьора насмешливо улыбнулась.

— Должна заметить, что Гарри на меня произвел приятное впечатление, как и на моих друзей Фламмелей и на фею Бефану.

Снейп бросил на нее косой взгляд.

— Извините мое любопытство, но как вы познакомились с Поттером?

— Все очень просто, он написал письмо.

— Вам?! — удивился Снейп.

— Нет, не мне, Фламмелю. А почему вас это интересует? По-вашему, мне нельзя написать письмо?

— Нет, что вы! Я не это имел в виду. Просто Поттер никогда не интересовался ничем кроме квиддича, и я удивился, что он мог узнать о вас.

— Гарри написал Николасу письмо с извинениями. Он был уверен, что из-за него пришлось уничтожить Философский камень. Это очень мучило мальчика. Я была в гостях у своих друзей, когда пришло это письмо. Николас страшно удивился, и мы все отправились к Гарри. Оказалось, что его обманули самым подлым образом. Кроме того, ребенку пришлось убить одержимого. Вы не могли бы мне объяснить, почему никто из руководства Хогвартса не озаботился этим? Гарри не мог спать из-за постоянных кошмаров.

Снейп вздохнул. Честно говоря, он и сам об этом не подумал. Со своими проблемами он всегда справлялся самостоятельно, а Поттер вызывал в нем слишком много противоречивых чувств и грустных воспоминаний, чтобы думать о его душевном состоянии.

— В свое оправдание могу сказать только то, что Поттер учится не на моем факультете. У него есть свой декан, да и директор является его опекуном. А все необходимые зелья для него я приготовил.

— Не сказала бы, что ваш директор хорошо справляется со своими обязанностями опекуна, — заметила синьора.

— Отобрать у него Поттера вряд ли получится, — Снейп положил в рот кусочек сыра и запил его глотком вина, — у Дамблдора на счет мальчишки большие планы. В которые он, впрочем, никого не посвящает.