ID
Шрифт:
Еще через сорок лет интенсивной американизации, в 1976 году то же самое реформистское движение, которое вначале видело себя мостом к ассимиляции, начало демонстрировать свое критическое отношение к окружающей культуре и желание отдалиться от нее: «Получающая все большее распространение угроза свободе и духовная пустота значительной части западной культуры заставляют нас предпочесть ценностям нашего общества вечные и непреходящие ценности иудаизма». Что же касается Израиля, то реформистское движение объявило о своей вечной связи «с этой землей и возрожденным еврейским государством».
К 1997 году реформистский иудаизм утверждал «Именно наш древний Завет и наша уникальная история являются доказательствами наличия Господа».
Как и другие религиозные течения, реформистский иудаизм постепенно переходил от страха поддержки отдельной, сепаратной identity
Идея еврейской identity как легитимной части общеамериканской identity, как части пояпьной гражданственности сыграла огромную роль в создании мощного движения за освобождение советских евреев Солидарность евреев со своими братьями за железным занавесом была сильна во многих странах, но нигде она не была так связана с базовыми ценностями самой страны Нигде евреи не были готовы так открыто связать борьбу за советских евреев с защитой основополагающих интересов и ценностей государства, в котором они жили. В борьбе за советских евреев их американские собратья выражали свои пересекающиеся identities одновременно как американцы они боролись за базисные права человека, которые воспринимаются в демократическом обществе как само собой разумеющиеся и в которых Советы отказывали своим гражданам: свободу слова, вероисповедания, собраний и, конечно же, свободу эмиграции. Как евреи, они проявляли солидарность со своими братьями по крови. Участие в борьбе за освобождение советского еврейства стало для них настолько же американским, как и участие в маршах движения за гражданские права афроамериканцев, акции протеста против апартеида в Южной Африке или призывы прекратить геноцид в Судане Они нисколько не стеснялись своего еврейства, не старались его скрыть — наоборот, почти каждая синагога и культурный еврейский центр превратились в поле битвы, которая затем переместилась в конгресс. Сенат, Белый дом, то есть в самое сердце американской администрации. Зто была двадцатипятилетняя борьба, в которой участвовали сотни тысяч людей, борьба, которая помогала не только советским евреям, но и тем, кто за них боролся.
Еврейская пословица гласит: «Больше, чем евреи хранили субботу, суббота хранила их». Борясь за права советских евреев, их американские собратья в каком-то смысле обретали самих себя.
После освобождения из тюрьмы я колесил по всей Америке: наконец-то у меня появилась возможность поблагодарить американских евреев за их поддержку. Но во время каждой встречи я слышал одно и то же не вы, а мы должны благодарить вас — вы придали смысл нашей жизни и нашему иудаизму. Наблюдая, как я играю со своей маленькой дочкой возле нашего дома в Иерусалиме, моя соседка, бывшая жительница Нью-Йорка, со вздохом высказала ту же мысль: «Как было хорошо, когда ты был в тюрьме, это было такое замечательное для нас время — столько эмоций, встреч, энергии и активности, такая бурная общинная жизнь…» Мне захотелось извиниться за то, что в конце концов я оказался на свободе.
Финальным актом этой двадцатипятилетней борьбы стала массовая демонстрация в Вашингтоне, которая состоялась во время первого визита Горбачева в США 7 декабря 1987 года. Это было время больших надежд на окончание «холодной войны» и сближение с СССР Некоторые из лидеров еврейских организаций проявляли нервозность не будет ли расценена эта демонстрация как открытый вызов советскому лидеру в момент улучшения отношений, не будет ли она выглядеть как провокация по разжиганию «холодной войны»?
Я был категорически не согласен с ними — я был уверен, что именно сейчас наступил самый правильный момент для того, чтобы оказать давление на советских лидеров и заставить их согласиться на свободную эмиграцию советских евреев из СССР Тогда в ход пошел другой довод функционеры еврейских организаций убеждали меня, что в декабрьский мороз в Вашингтоне соберется максимум несколько тысяч человек, не больше. Тогда я вместе с Авиталь и нашей только что родившейся дочкой Рахиль на четыре месяца фактически переехал в США и посетил более тридцати городов с тем, чтобы мобилизовать еврейство Америки на поддержку этой демонстрации.
Рядовые американские евреи, у которых не было никаких проблем с самоидентификацией и которые с
Все опасения, что демонстрация будет расценена как антиамериканская, немедленно испарились Еврейские конгрессмены говорили мне на следующий день, что это был великий момент в их политической карьере, что их коллеги на Капитолийском холме поздравляли их с огромным успехом и с тем, что они показали пример всем американцам: так нужно защищать свои принципы Identity и демократия не находились в состоянии войны, они были по одну сторону баррикад, укрепляя друг друга в борьбе против режима, который отрицал и то и другое. И мощь их союза оказалась решающей: используя демократические методы во имя демократических ценностей. identity сумела завоевать огромную симпатию.
Когда Горбачев попросил Рейгана отказаться от требований свободы эмиграции. Рейган, указывая на массовую демонстрацию у Белого дома, сказал: «Американский народ не позволит мне этого».
С точки зрения американцев, identity не является угрозой общественной жизни до тех пор, пока она выражается добровольно и не навязывается властями. В качестве свободного выбора проявления identity, как правило, завоевывают общественную поддержку. Когда в 2006 году городской совет Форт Коллинс (штат Колорадо) запретил установку ханукального светильника на городской площади, жители города, в большинстве своем не евреи, в знак протеста стали зажигать светильники в своих домах, а местный паб предоставил часть своего внутреннего дворика для установки ханукии.
Понятно, что евреи — не единственный случай отличной от других identities Различные потоки эмиграции в Америку всегда старались держаться своих этнических общин и наряду с американизацией и отчасти ассимиляцией продолжали сохранять свою, только им присущую identity. Такие группы, как амиши, прилагали особые усилия для того, чтобы продолжать вести почти полностью закрытую общинную жизнь и обучать своих детей особым, присущим только им обычаям. Но большинство этнических групп активно участвует в американской жизни через газеты, клубы, образовательные инициативы и политические кампании. В двадцатые годы XX века многие американцы ирландского происхождения активно поддерживали борьбу Ирландии за независимость. Рузвельт жаловался Сталину на влияние польско-американского лобби, кубинские эмигранты постоянно поддерживают эмбарго против Кастро и в цепом влияют на политику администрации в отношении Кубы.
Но американцы также продемонстрировали, что там, где демократические нормы и identity сталкиваются, identity должна уступить. Несмотря на все усилия мормонов. Юта не становилась американским штатом на протяжении пятидесяти лет до тех пор, пока полигамия, процветавшая среди мормонского населения, не была официально осуждена их церковью Еще один пример — строгое соблюдение законов о запрете ранних браков, которое тоже далось не без борьбы. Жесткие требования предъявляются тем, кто хочет стать гражданином США не только в вопросе владения языком и знания гражданского права, но также и в демонстрации лояльности американским принципам демократии.
Индейцы и афроамериканцы остаются символом неудачи Америки в деле интеграции некоторых групп населения Обе эти группы не прибыли в Америку добровольно: первые находились здесь всегда, вторые были привезены насильно. При всем при том они являются не правилом, а исключением: успешный опыт Америки в интеграции вновь прибывших не имеет себе равного.
Мусульмане также заметно лучше интегрируются в США чем на старом континенте. Европейским сторонникам запрета хиджаба стоит обратить внимание на то, что происходит это несмотря на намного больший либерализм американских законов о свободе слова и вероисповедания по сравнению с европейскими. Опрос исследовательской организации «Центр Пью» в мае 2007 года среди 1000 американских мусульман показал, что 76 % удовлетворены местом своего проживания и работы, а процент тех, кто был в целом доволен ситуацией в США был даже выше среди американских мусульман по сравнению с остальными гражданами Америки. В то время как среди британских и немецких мусульман соответственно 81 и 66 % определяли себя в первую очередь как мусульмане, в Америке этот процент был равен только 47. что ближе к аналогичным показателям среди американских христиан.