Идеал
Шрифт:
Сглотнув ком в горле, Дина испуганно вчитывалась в строки.
«Десятого марта по адресу Новокузнецкая пять — двадцать было обнаружено тело молодой женщины со множественными ножевыми ранениями. Пострадавшая находилась на седьмом месяце беременности. Женщина скончалась до приезда медиков, ребёнка спасти не удалось…»
К своему ужасу, Дина узнала на фотографии под статьёй жену Марка. Перед глазами всё поплыло. Воздуха не хватало. Размазывая слёзы по лицу, девушка листала страницы и видела везде лица девушек, голубоглазых блондинок, пропавших в
Глухо рыдая, едва не крича от боли, Дина спрятала папку на место, застегнула сумку и прикрыла её одеялом.
Теперь всё выглядит как прежде.
Кусая губы и заламывая руки, Дина лихорадочно думала, как же ей быть. Что ему сказать? Что делать?
Скрип половицы заставил девушку испуганно затихнуть.
Дом был старым и периодически в нём раздавались всякие странные звуки. Но сейчас это было больше похоже на то, что кто-то поднимался по ступенькам лестницы.
С трудом поднявшись с пола, Дина оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что делать и куда бежать.
— Кто здесь? — девушка схватила тяжёлые часы со стола и замахнулась, готовая нанести удар в любой момент. — Выходи!
Всё произошло в одну секунду. На Дину бросился незнакомый мужчина. Резкий удар по руке, и она выронила часы. Те с дребезжащим звоном разлетелись на куски. Второй удар оказался хрустким, жёстким, он перепал по лицу. Что-то тупое и металлическое с треском прошлось по носу и губам. Вскрикнув, Дина вцепилась в нападавшего.
Удар по голове оглушил её.
С грохотом упав на пол, Дина со стоном смотрела на расплывающийся потолок, понимая, что падает куда-то во тьму. Горячая кровь заливала лицо и стекала на пол. Пряди светлых волос липли к дереву, окрашиваясь красным.
Пытаясь что-то прохрипеть, Дина дёрнулась и затихла.
11) Тайное
Тайное рано или поздно становится явным.
Сократ
Дина со стоном открыла глаза. Голова ещё кружилась. Спёкшаяся кровь на лице неприятно тянула кожу. Жадно облизав пересохшие губы, девушка моргнула и недоумённо посмотрела на потолок.
Кухня. Спинка жёсткого стула неприятно впивалась в лопатки. Руки уже заметно затекли, Дина попыталась пошевелить ими, но тут же пожалела об этом. Что-то пластиковое и очень острое резануло запястья.
Вспомнив, что произошло, Дина испуганно дёрнулась, вздрогнув, будто проснулась ото сна.
Девушка скосила взгляд и осмотрелась. Кто-то крепко привязал её к стулу: руки и ноги были плотно стянуты пластиковыми стяжками. На кухне царил настоящий хаос. Все шкафчики открыты, а их содержимое вывалено на пол. Пачки с крупами выпотрошены, тонкий ковёр сплошь усеян рисом, гречкой, горохом.
Из посуды что могло биться, разлетелось по всему полу крупными осколками. Что не могло разбиться — валялось в углу одной большой горой. Полотенца, скатерти и салфетки комом лежали под столом.
Странный
Облизывая губы, Дина морщилась от противного привкуса крови. Он ей был до ужаса знаком, и тем ужаснее было вспоминать о прошлом, о том, что было.
Живот будто свинцом налился. Но это, наверное, от страха. Прислушиваясь к своему дыханию, Дина пыталась понять, всё ли с ней в порядке, и как чувствует себя малыш. Стоило об этом подумать, и в животе что-то шевельнулось, несильный толчок приободрил девушку. Кажется, с этим всё обошлось.
Тяжело дыша, Дина пыталась понять, что же произошло? Кто этот человек, и что ему нужно?
Паника билась птицей, яростно требуя сопротивления и криков о помощи. Дина даже открыла рот, набрала воздуха и тут же передумала.
Что делал Ренат, когда она так себя вела? Когда боролась и кричала? Он только сильнее злился и взрывался, становился бешеным.
Незнакомец, ворвавшийся в дом, не побрезговал ударить беременную девушку. Это его совсем не остановило. И он ударил её не раз и не два. Гудящая голова и разбитое лицо учтиво напомнили о силе её противника.
Значит, нужно сидеть и ждать. Да, придётся. Мужчина всё предусмотрел: усадил её подальше от окон и остальной мебели. Привязал не верёвкой, а стяжками.
Дина покрутила руками и в очередной раз убедилась, что разорвать такие путы практически невозможно. Острый пластик резал не хуже ножа.
Громкие шаги стремительно приближались. Вот они раздались на лестнице, а теперь уже практически на пороге кухни.
— Очнулась?
Всхлипнув, Дина отвернулась, боясь даже смотреть на незнакомца. Ей вдруг показалось, что сделай она это, то он обязательно её убьёт. Незамедлительно и беспощадно.
Холодные мужские пальцы коснулись её лба, убирая светлые пряди, напитавшиеся кровью с её лица.
Дина лишь сильнее зажмурилась и беззвучно заплакала. Она вжималась в стул, в ужасе не смея даже пошевелиться.
— Пить хочешь?
— Да…
Всё ещё жмурясь и сипло дыша, Дина прислушивалась к тихим и мерным шагам. Вот странное шебуршение, потом звон и хруст осколков. Потом зашумела вода, мелкие брызги звонко тарабанили по нержавеющей стали раковины.
Мокрая тряпка коснулась щёки и Дина инстинктивно дёрнулась. Ласковое поглаживание немного успокоило, но заставило насторожиться. Зачем бить, а потом жалеть?
И тут же непрошеное воспоминание о Ренате чуть не заставило поддаться рвотному позыву. Тот тоже любил поколачивать Дину, будто грушу, чтобы потом говорить ей о том, как же он её любит. Иногда рассыпаясь в такой ласке, что девушка сама соглашалась продлевать своё мучение добровольно. Ей понадобилось много времени, чтобы разобраться и понять, что к чему.
Мокрая тряпка коснулась губ, и Дина, тихо выдохнув, открыла глаза. Её изумление было таким сильным, что вызвало у напавшего громкий смешок.