Идентификация Борна

Ладлэм Роберт

Да, он прошел через первое испытание. Сейчас он поверил в инстинкты и знал, что и когда нужно сказать или сделать. Час назад у него еще не было конкретной цели, кроме главной – попасть в Цюрих. Теперь он еще знал, что необходимо предпринять для этого.

– Что-то меня ждет? – прошептал он.

«Вы не беспомощны. Вы должны найти свой путь».

Прежде чем завершится этот день, он должен подготовиться к встрече с человеком, который сумеет достаточно профессионально переделать паспорт, для того чтобы с ним можно было передвигаться через границы. Это был первый конкретный шаг, но для него требовались

деньги. Две тысячи франков, которые ему дал доктор, недостаточная сумма для подобного предприятия. Надо как-то добыть деньги. Он должен об этом подумать.

Переодевшись, он долго лежал на песке, уставившись в небо, которое с каждой минутой становилось все светлее. Зарождался новый день, и он возрождался вместе с ним.

Он бродил по узким, мощенным камнем улицам Ла Сьоты, заходя в разные магазины скорее для того, чтобы просто поболтать с клерками и продавцами. Человек помнил совет капитана и старался говорить по-французски более гортанно, что делало его неприметным в человеческом потоке, двигающемся через город.

Деньги…

Он очутился в той части Ла Сьоты, которая предназначалась для состоятельных клиентов. Магазины были чище и товары в них более дорогими, рыба более изысканная, а куски мяса покрупнее, чем в других районах. Здесь даже овощи выглядели иначе: большая часть их была импортирована из Северной Африки или Среднего Востока.

Деньги…

Он зашел в мясную лавку, уверенный, что ее владелец будет попросту равнодушен к нему, так как его облик не давал повода принимать его за солидного клиента. Продавец сопровождал парочку среднего возраста, весь облик которой говорил о том, что это домашняя прислуга из ближайшего загородного имения. Они были весьма настойчивыми и требовательными.

– Телятина на прошлой неделе была едва сносной, – говорила женщина. – Дайте нам получше, чтобы нам не пришлось заказывать ее в Марселе.

– А прошлым вечером, – добавил мужчина, – маркиз жаловался, что отбивные слишком тонкие. Я повторяю – полных полтора дюйма.

Хозяин вздыхал и пожимал плечами, произнося извинения и заверения. Но резкость голоса женщины не уменьшилась.

– Дождитесь, – обратилась она к своему спутнику, – пока продукты будут упакованы, и отнесите их в машину. Я буду у бакалейщика, так что встретимся там.

– Хорошо, моя дорогая.

– Вот так каждый день, Марсель, – вздохнул мужчина, обращаясь к продавцу.

– Отбивные действительно были тонкими? – спросил тот.

– Бог мой, конечно, нет! Но она чувствует себя лучше, когда я с ней соглашаюсь, ты же знаешь это, – ответил мужчина, доставая сигареты.

– А где же сейчас маркиз?

– Здесь неподалеку, ждет проститутку из Тулона. После обеда я должен отвезти его домой. Он будет в стельку пьян. Для этих занятий он пользуется комнатой Жан-Пьера, расположенной над кухней. Да ты знаешь об этом.

– Слышал, слышал.

При упоминании имени Жан-Пьер пациент доктора Восборна отвлекся от витрины с дичью. Это был автоматический рефлекс, но движение привлекло внимание продавца.

– Что вы хотите?

Наступило время показать знание французского языка.

– Мне рекомендовали вас мои друзья из Ниццы, – его произношение напоминало сейчас бульвар Орсо, а не «Ле Бок де Мер».

– О! – Владелец

магазина быстро произвел переоценку посетителя. Среди его клиентов, особенно молодых, очень часто попадались такие, для кого высшим шиком было выглядеть прямо противоположно своему положению. Обычные туристские шорты считались особенно роскошным нарядом. – Вы тут впервые, месье?

– Моя яхта требует небольшого ремонта, поэтому мы не смогли добраться до Марселя всей компанией. Но нам понадобится около дюжины уток и, скажем, дюжины полторы отбивных.

– О, конечно! Всегда к вашим услугам.

– Прекрасно. Чуть позже я пришлю нашего кока прямо к вам, – пациент доктора переключил внимание на мужчину средних лет, беседовавшего ранее с хозяином лавки.

– Между прочим, я мог ослышаться. Ради бога, извините меня. Этот маркиз, которого вы упоминали, это случаем не болван де Шамбо? Мне кажется, что у него где-то здесь должно быть имение?

– О нет, сэр, – доверительно сообщил ему продавец, – это не он.

– Я служу у маркиза де Шамбо, – гордо произнес слуга. – Замечательный человек, но со своими маленькими слабостями. Неудачная женитьба, сэр, очень неудачная. Это не секрет, об этом знают все.

– Шамбо? Да, мы, кажется, с ним встречались. Слегка полноватый и невысокого роста?

– Нет, сэр. Напротив, он достаточно высок. Я бы даже сказал, что он немного похож на вас.

– В самом деле?

Бывший пациент доктора Восборна быстро и тщательно изучил входы и внутренние помещения небольшого двухэтажного кафе. На первый этаж вела лестница со стороны главного входа. Внутри находилась служебная лесенка, которая шла на второй этаж. Ее, вероятно, использовала прислуга. Еще было окно, которое позволяло видеть всех, кто пользуется этой лесенкой.

Он решил подождать. А пока разглядывал автомобили перед главным входом, пытаясь угадать, который из них принадлежит маркизу.

Деньги…

Женщина появилась приблизительно в час дня. Ее светлые волосы развевались на ветру, грудь туго обтянута блузкой, а загорелые ножки были просто чудесными. Шамбо имел слабости, но у него определенно имелся вкус. Через двадцать минут он увидел через окно, как девушка поднялась наверх по служебной лестнице. Менее чем через минуту в оконном проеме появилась другая фигура и точно так же поднялась наверх. Это был мужчина. Пациент отсчитывал минуты. Он надеялся, что у маркиза должны быть часы.

Придерживая парусиновый рюкзак за лямки, пациент доктора двинулся по каменным плитам тротуара ко входу в кафе. Войдя внутрь, он повернул налево в сторону фойе, пропустив перед собой пожилого мужчину, идущего по направлению к служебной лестнице. Поднявшись на второй этаж, прошел мимо туалетов и направился в тот угол, где по его представлениям на первом этаже должна находиться кухня. В этом месте была дверь. Немного подождав, когда пожилой мужчина пройдет в туалет, он инстинктивно и без раздумий приподнял рюкзак и прижал его к центру дверной панели. Он уверенно удерживал его вытянутыми руками, затем отступил назад и нанес мгновенный удар плечом по рюкзаку, одновременно опуская правую руку вниз, чтобы успеть ухватить дверь, не позволяя ей врезаться в стену при ударе. Никто на первом этаже не услышал этого приглушенного налета.