Идея Fix

Никифоров Николай

Рудя понимал. Самая дешевая база сейчас стоила пятьдесят деревянных за три часа, и тут дорога каждая секунда. Он пришел к "фиксам" совсем недавно, и то - ребята его обстоятельно проверяли.

Им как-то не верилось, что этот чернявый толстячок может хорошо играть на басу. Они чуть не подняли его на смех, когда он подошел к ним после дискотеки и спросил, нужен ли им басист.

Тогда он в упор посмотрел на Арлекино и попросил его подключить басуху. За какую-то минуту он настроил ее (Пашина челюсть потихоньку опускалась вниз), и "замочил такой крутой слэп, что даже Леха осел" (примерно так выразился Макс). А слэпом, между прочим, дано играть не каждому начинающему басисту. При всем при том, что ему всего-навсего четырнадцать. И бас - безладовый. Даже Вячеслав Владимирович играл на басухе с ладами. Впрочем, не только на ней - Печерников был замечательным клавишником, мог в случае чего и на ритме посидеть, и солячок подыграть. Одним словом продюссер.

– Братцы, поднажмите! Через четыре дня - Hовый год.

Понятное дело.

Легко сказать - "поднажмите". А если то, чем на струны нажимают, болит и отваливается после четырех часов непрерывной репетиции?

– Ребятушки, ну совсем чуть-чуть осталось, - как бы в такт мыслям ответил дядя Слава.
– Зато как народ порадуется, да и вы поимеете чуть больше, да?

Подборочку песен он тоже придумал - дай бог. И быстрые есть, и медленные, и душевные с ностальгическими. Такое впечатление, что народ как-то менялся - туда иногда захаживали ребята, которые на дискотеки никогда не ходят. То есть, на блатняке с сопливыми любовными песенками их кругозор не заканчивался. Иногда к Паше подходили специально для того, чтобы дать переписать кассетку с неизвестными песнями "Машины времени", старенькими и мало кем слышимыми песнями Шевчука - записями квартирников, неофициальных сэйшенов. Впрочем, у Печерникова "этого добра" тоже хватало, и до кучи дядя Слава прокручивал свои собственные записи тридцатилетней давности: "фиксы" играли и это тоже. Hравилось многим.