Идея
Шрифт:
— В рассыпную! — послышался приказ командира, в то время как сам даже не двинулся, продолжая удерживать Кучаева и Берген на мест. Бойцы бросились прочь, но успели не все — Нильс справился с тканью и открыл крышку. Пространство тут же заполнилось синим светом и грохотом падающих тел. Энергон уничтожал мгновенно.
— О да! — прошептал Нильс, не сводя возбуждённого взгляда с небольшого радужного шарика. — Он работает! Он действительно работает! Я чувствую это!
— Мои люди мертвы, — раздался глухой голос командира наёмников.
— И что? Наберёшь новых! — Нильс захлопнул крышку, отключив смертельное влияние энергона. — Зато теперь я
Глава 6
Порой в жизни наступает такой момент, когда ты готов принять помощь даже от самого заклятого врага. Артём до последнего не верил, что Нильс Бор исполнит своё обещание. Физику казалось, что руководитель 4-го корпуса просто шутит и, как только их доставят в его личную лабораторию, тут же развяжет и посмеётся вместе со своими новыми коллегами. Однако этого не происходило. Артёма и Лизу приволокли в комнату Нильса и приковали наручниками к стене. Кучаеву стало даже любопытно, чем таким занимается местный руководитель, что у него в помещении вмурованы специальные скобы, но интерес довольно быстро оказался удовлетворён. В кабинет пришёл ещё один учёный с таким безжизненным взглядом, что Артём вздрогнул.
Йозеф Менгеле.
(Информация закрыта)
— Что нужно? — спросил Йозеф. В его голосе не было даже намёка на эмоцию.
— Хочу знать все, что произошло с ними в подземелье, — приказал Нильс. — С мужчиной аккуратней, он ещё нам пригодится. С девушкой делай всё, что хочешь.
— Понял. Принял. Приступаю, — Йозеф посмотрел на физиков как на неживые объекты. — Они расскажут все, что знают…
Несколько помощников притащили стол со страшными инструментами. Пилы, щипцы, иглы, что-то совершенно непонятное. Йозеф деловито закатал рукава, взял одно из устройств, похожее на дрель с длинным сверлом и подошёл к прикованным физикам. Те пытались докричаться до разума безумца, но тщетно. На них просто не обращали внимания.
— У меня нет к тебе ничего личного, — все тем же мёртвым голосом произнёс мучитель, заставив умолкнуть пленников. — Я выполняю свою работу. Прежде чем мы начнём, хочу, чтобы вы знали, что будет за неправильные ответы. Приступаем.
Леся заорала от невероятной боли — сверло вклинилось в ногу и добралось до костей. Несколько секунд спустя орал уже Артём. Йозеф действовал без эмоций и суеты. Все просьбы, мольбы и угрозы проходили мимо его ушей. Имелась лишь цель, необходимая хозяину. Если её достичь, то ему подгонят так необходимое «мясо» для экспериментов. И изыскания, наконец-то, достигнут цели. Жизнь сотен в обмен на жизнь миллиардов. Достаточно разумный размен.
— Я задам один короткий вопрос и, надеюсь, у тебя найдётся не менее лаконичный ответ. Почему этот человек находится у стены? Пять секунд.
Для Артёма эти слова раздавались словно из другой вселенной. В ушах все ещё стоял гул дрели, боль из ноги не уходила, перед глазами отплясывали красные круги. Йозеф знал своё дело — жертвам было больно, но они оставались в сознании.
— Х-хозяин! Но как вы… — послышался заикающийся голос Нильса. — Они хотели скрыть энергон! Такое нельзя оставлять безнаказанным!
— Три секунды…
— Я хотел выудить информацию, что доставить её вам в лучшем виде! Не хотел вас беспокоить!
—
Раздался взрыв и во все стороны разлетелись ошмётки плоти. Лишившееся головы тело бывшего руководителя 4-й лаборатории рухнуло на пол, но голос хозяина этого ужасного места не умолкал.
— Йозеф, прямо сейчас твои услуги не понадобятся, но далеко не уходи, кто знает, куда завернёт наш разговор. Я передам, чтобы тебя снабдили всеми необходимым.
— Благодарю, Хозяин, — поклонился палач и все с тем же безразличием, с которым он сверлил свои жертвы, начал протирать инструменты. По спине Артёма пробежали капли холодного пота. Он прекрасно понял, для чего здесь остался Йозеф. Одна часть Кучаева кричала о том, что нужно срочно складывать лапки и выполнять любые требования хозяина, другая — что даже думать о том, что Михаил Игнатов, премьер-министр России, является его хозяином, уже преступление. Нужно сделать все, чтобы сбежать и поведать всему миру о тех ужасах, что здесь творятся. Только так можно остаться человеком, на которого не стыдно смотреть в зеркало. Две противоборствующие стороны столкнулись друг с другом, борясь за власть над сознанием, а масло в огонь борьбы подлили слова премьер-министра:
— Физик одиннадцать восемь три семь, мне нужна полная информация о том, что произошло в подземном мире. На основании этого я решу, как с тобой поступать дальше.
Йозеф демонстративно провёл точилом по похожему на вилку устройству пыток и именно это склонило чашу весов в сторону одной из сторон сознания Кучаева. Если прямо сейчас не отстоять границы, в будущем бороться за них окажется невозможно и ни о каком побеге можно даже не заикаться. В горле пересохло — тело ужасалось принятому решению, но мозг взял вверх над страхом.
— Меня зовут Кучаев Артём, и кто такой Физик одиннадцать восемь три семь я понятия не имею. Если нужна моя помощь в работе с энергоном — я готов обсудить условия. Если нужна информация о том, каким образом мы с моим партнёром обнаружили залежи артефакта, что поняли о нём всего за пару часов работы — я готов обсудить условия. Если вам вообще что-то от меня нужно — я готов это обсудить. Если же нет… Запускайте своего палача. Может что-то из нас вытащить сейчас и получится. Но обещаю — при первой возможности я последую за Нильсом и возитесь с энергоном сами. Может, другие учёные окажутся более сговорчивыми. Но уже без меня.
С вашего счета списано 3 кванта. Причина: повторное неуважение к хозяину.
Баланс: 37 квантов.
Повисла пауза. Из динамиков отчётливо слышалось дыхание премьер-министра, даже Йозеф прекратил начищать инструменты и безучастно стоял как манекен, ожидая решения Игнатова. Пауза затягивалась. Артём успел даже подумать о страшной каре, что настигнет его за опасные слова, но ни о чем не жалел. Лучше так, чем торчать в этой тюрьме остаток долгой жизни. Неожиданно помощники эмоционального импотента бросились развязывать Артёма и Лизу с такой скоростью, словно сдавали тест на смену шин в Формуле-1.