Идея
Шрифт:
— Чем я проекцию делать буду? Пальцем? В отличие от тебя мне никакой аппаратуры не давали. И о каком разделе ты говоришь? Я же человеческим языком сказала, что два дня просидела в пустой комнате! Там не было никаких разделов.
— У тебя нет интерфейса? — поразился Артём и решил проверить. — Назови моё имя. Только местное.
— Физик какой-то. Извини, цифры я не запоминала.
Артём озадаченно почесал голову. У девушки определенно не было интерфейса. Не было глазного протеза. Её привезли в институт два дня назад и сразу же закинули в подземку на поиски необычных камней. Так вот почему таких как она называют «мясо»? Потому
Что-то внутри Кучаев дёрнулось. Привитое отцом неприятие несправедливости вышло наружу и требовало действий. Физик понимал, что всех спасти он не сможет, да и не собирался. Здесь себя бы обезопасить. Зато в его силах сделать так, чтобы Лиза вернулась наверх живой и относительно здоровой.
— Ладно, продолжим работать вместе. Я действительно не являюсь членом местной шайки, тебе придётся в это поверить. И да, прежде чем пойдём дальше, ты должна знать основы. Без них нам тяжело будет общаться.
У Кучаева ушёл целый час, чтобы описать основные принципы жизни закрытого института. Вначале Лиза с сомнением слушала о чудесах, творящихся в институте, но после нескольких проекций стена недоверия пала и девушка превратилась в информационную губку, впитывая новые знания с чудовищной скоростью.
— Тогда я совершенно не понимаю логику похитителей, — задумчиво произнесла Лиза, как только Артём закончил свой рассказ. — Если им так нужен энергон, почему они отправляют за ним неподготовленных людей? Признай — даже ты со всеми своими протезами не очень приспособлен для здешнего окружения. Почему не затащить сюда несколько сотен профессиональных копателей? Сильных, выносливых. Для чего сгонять учёных, многие из которых за свою жизнь ничего тяжелее ручки не поднимали? Это же непрактично. И глупо.
Артём с удивлением посмотрел на Лизу. Девушка действительно умела работать с информацией. Она озвучила то, что сам Кучаев только чувствовал, но никак не мог сформировать в законченную мысль.
— Вот вернёмся обратно, у тебя появится возможность самой спросить. Идём, пора приступать к поискам, — Артём даже руку подал, чтобы помочь девушке подняться. Вот только в тишине удалость пройти всего несколько минут. Лиза нагнала Кучаева и, запыхаясь, попросила остановиться.
— Подожди, что-то не сходится. Ты сказал, что энергона добыли меньше рисового зёрнышка, так? Хотя этим занимаются уже десять лет. Это что получается — народ сюда гоняют вхолостую? Только для того, чтобы где-то продержать нас целую неделю?
— Я же рассказывал про глыбу, — напомнил Артём. — Её нашли где-то здесь.
— И назвали очередной пустышкой, если ты правильно запомнил слова. Ключевое слово «очередной». Ты не думал о том, что изначальная постановка задачи может оказаться неверной?
— Хочешь сказать, что местные учёные такие дебилы, что десять лет добывали искажающие камни, хотя на самом деле им нужно было искать что-то инертное?
— Как вариант, — Лизу ничуть не смутил неприкрытый сарказм в голосе Артёма. — Вот ты сам это проверял?
Девушка со стоном облегчения сбросила с плеч рюкзак и, потратив какое-то время на изучение приборов, остановила свой выбор на вольтметре, подключённым к пальчиковой батарейке. Простейшая электрическая цепь работала с горем пополам — стрелка постоянно дёргалась из-за близости к искажающим камням. Если следовать логике тюремщиков, как только вольтметр окончательно сойдёт с ума, а батарейка взбухнет, значит цель достигнута.
— А может ты и прав…, — вздохнула девушка и убрала прибор. — Как-то же они добыли то зёрнышко. Значит, знали, что делали…
— Нет, погоди, в этом что-то есть, — слова Лизы смогли породить в Артёме то самое чувство, которое привело его к раскрытию тайны левитации. Закопавшись в своём рюкзаке, он вытащил непонятное устройство с лампочкой. При приближении к камням та начинала мерцать.
— Ты же геолог, да? Знаешь, что это за булыжники?
— Обычный гранит, один из распространённых материалов земной коры.
— Получается, мы ищем что-то, отличное от гранита. Визуально это можно как-то определить?
— Не при таком освещении, — ответила Лиза после недолгого раздумья. — Синий свет все забивает, так что отличить гранит, скажем, от гнейса, практически невозможно. Сюда бы пару сканеров…
— Сама же понимаешь, что они не будут работать. Все, хватит валяться! Если и проверять твою теорию, то на свободном пространстве. Как я понял, сюда таскали вообще любые камни, что оказывали хоть какое-то воздействие на приборы. Нужно добраться туда, где нет насыпи. Вот там-то мы все и проверим!
Возбуждение от решения сложной задачи пьянило. Артём помог девушке подняться и, несмотря на тяжёлый воздух, помчался вперёд. Лиза отстала практически сразу — бег с препятствиями давался ей тяжело. Кучаева это не смущало. Он вообще забыл обо всем на свете — лишь пустой пятачок в полукилометре представлял для него ценность. Добравшись до места, Артём вытащил прибор и начал водить им из стороны в сторону. Лампочка мигала и рябила, но экспериментатор не отчаивался. Выбрав направление, он мелкими шашками двинулся вперёд, проверяя пространство лампочкой. Лишь спустя час запыхавшаяся Лиза настигла Артёма. Девушка рухнула, судорожно глотая воздух. Силы окончательно её покинули.
Вот только Артём никуда спешить не собирался. Он стоял на коленях и, боясь даже вдохнуть, смотрел на яркое ровное свечение лампочки. Она не мигала. Лиза с трудом разлепила глаз и из последних сил протянула вперёд свой прибор. Артём его подхватил и положил рядом со своим устройством. Стрелка замерла на значении полтора вольта.
— Инертный материал существует, — произнёс Кучаев, причём сделал это больше для себя, чем для девушки. Лиза в ответ промычала что-то нечленораздельное. Артём подивился её слабости, после чего отцепил от рюкзака кирку и без особого размаха нанёс удар. Раздался пронзительный звон, словно столкнулись два металла, брызнули искры, приборы отбросило в разные стороны, из-за чего они вновь начали сходить с ума, но главное было достигнуто — откололся небольшой осколок. Артём сгрёб его в карман халата и ещё раз приложил приборы к аномалии. Они работали без нареканий. Переведя взгляд на карту, Кучаев оставил метку с текущим местоположением. Для будущих поколений. Убрав в сторону приборы, Артём принялся безжалостно уничтожать кирку. Плотность найденного камня оказалась невероятной. Дошло до того, что в какой-то момент острие кирки сплющилось, а ещё через несколько ударов металл раскололся, превратив инструмент в бесполезный кусок железа. Артём прекратил оглашать округу оглушительным звоном и с удивлением уставился на обломок в руках.