Игорь
Шрифт:
— Что ты имеешь ввиду? — спросил Олег. — Ты что хочешь захватить хазарское царство?
— Почему хазарское царство? — проговорил Игорь. — Южнее хазарского царства, тоже есть земли, которые нам ещё не подчиняются и не платят нам дань. Хотя мысль о хазарском царстве тоже интересная.
Воевода Свенельд кашлянул в кулак и сказал:
— Не всё так спокойно, князь Игорь, как ты говоришь. Например, мне доподлинно известно, что древлянский князь Мал, не оставил своей мечты властвовать в Киеве. Он сейчас ничего не предпринимает, потому, что ты постоянно находишься в Киеве, и в городе есть большое
— Ну, повести войско в поход могу и я, — проговорил Олег. — А Игорь останется в Киеве со своей дружиной, и будет защищать город. У него это очень хорошо получается. Разгромить впятеро превосходящие силы половцев, не каждый сможет. Так что древлянский князь Мал не помеха.
— Да, этот Мал давно воду мутит, — сказал Игорь. — Никак он не угомонится. А главное, он всё время действует из-под тешка. На открытый бой он не выходит. Получается, что и обвинить его не в чем. Ладно, придёт время, я займусь им серьёзно. Сейчас есть дела поважнее. А кого, князь Олег, ты намечаешь взять с собой воеводой?
— Возьму Звенислава, — сказал Олег. — Он проявил себя, как очень хороший полководец во время войны с Византией.
— А вот со Звениславом будут у тебя, князь Олег, трудности, — предупредил Свенельд.
— Какие ещё трудности? — удивился князь.
— Вряд ли он согласится идти в поход, — пояснил Свенельд. — Я говорил с ним. Он после войны с Византией очень изменился. Совсем другим стал.
— Что случилось с воеводой Звениславом? — поинтересовался Игорь.
— Не одобряет он наши правила ведения войны, — проговорил Свенельд. — Говорит, что много бессмысленной жестокости проявляют князья. Он и на пир по случаю празднования победы над Византией не пришёл. Да и в семье у него непорядки.
После этих слов воевода как-то подозрительно взглянул на Братислава. Князь заметил его взгляд и подумал: «Что это Свенельд так странно на меня посмотрел, после того, как сказал о семейных неприятностях Звенислава? Уж не известно ли ему о моих отношениях с Радмилой?». А Свенельд тем временем продолжал:
— В общем, ни тот сейчас у воеводы Звенислава настрой, чтобы идти в поход. Но кроме этих неприятностей, у него появились ещё другие. Вернее сказать, ещё не появились, но, если он не оставит своё новое увлечение, то я думаю, что скоро появятся.
Игорь и Олег недоумевающе переглянулись. Затем Игорь покачал головой и сказал:
— Ты, воевода Свенельд, человек очень умный, поэтому, наверное, и говоришь так сложно, что понять тебя трудно. Ты уж поясни нам, что же такое может скоро появиться у воеводы Звенислава?
— Я имею виду его частые посещения христианского храма в Киеве, — проговорил Свенельд. — Последнее время воевода стал частенько туда захаживать.
— Это тот храм, что на Щековицевой горе? — уточнил Игорь.
— Да, христиане его называют храмом святого Николая, — проговорил Свенельд.
— Да, понастроили в Киеве этих храмов, — недовольно сказал Олег. — Зачем они нам нужны? У нас есть свои Боги, и храмы для них у нас есть. Может, взять да и сжечь эти христианские храмы?
— Ну, это ты, князь Олег, через край хватил, — попытался успокоить его Игорь. —
— И я с тобой пойду в этот храм, — проговорил Олег. — Я уже давно хотел побывать в христианском храме и посмотреть, что же там такого, что наши люди отказываются от веры наших предков, и меняют её на христианство?
— Что ты в Византии христианских храмов не видел? — удивился Игорь.
— Видел, — ответил Олег, — но только сожжёнными.
Все присутствующие в комнате дружно засмеялись. А воевода Свенельд с иронией спросил:
— Уж не хочешь ли ты, князь Олег, чтобы и Киевские христианские храмы тоже ничем не отличались от Византийских?
Эта циничная шутка вызвала вторую волну смеха в комнате. Разговор закончился, почти, под утро. Когда гости уходили, князь Игорь спросил у Братислава:
— Ты едешь с нами на Щековицевую гору?
— Нет, — ответил Братислав. — У меня сегодня ещё много дел. Да и что там интересного в христианском храме?
Воевода Свенельд подозрительно посмотрел на Братислава. Во дворе воевода подошёл к Братиславу, когда они были одни и сказал:
— Не дело ты затеял князь Братислав. Не дело. Смотри, всё может плохо закончиться.
— Ты о чём это? — сделал вид, что не понимает намёка воеводы князь.
— Ты сам знаешь о чём, — проговорил Свенельд. — Только, если воевода Звенислав узнает о твоих отношениях с Радмилой, то будет беда.
— Никогда никого не пугай, воевода Свенельд, и сам ничего бояться не будешь, — строго посоветовал Братислав.
— Я не пугаю, я предупреждаю, — сказал Свенельд. — И боюсь я не за тебя, а за Радмилу. В гневе Звенислав прежде может её покарать. Если у тебя на неё серьёзные виды, то вам лучше уехать из Киева. От беды подальше.
— Я сам буду решать, что мне делать, — гневно произнёс Братислав.
— Ну-ну, поступай, как знаешь, — сказал Свенельд и вскочил на своего коня.
Храм святого Николая располагался на Щековицевой горе. Это было довольно живописное место. Почти до самого верха на холме росли деревья, а на вершине находилось деревянное строение с крестом над куполом. К храму вели четыре дорожки, которые, протиснувшись между деревьев, заканчивались у самых дверей здания. Подойти к храму можно было только пешим. Князья Игорь и Олег, остановились у подножия горы и слезли с коней. Затем они привязали поводья к ветке акации и двинулись вверх по холму. Подниматься пришлось недолго. Когда склон закончился, и они оказались на вершине, случилось неожиданное событие. Из дверей храма вышел воевода Истр. Увидев князя Игоря и князя Олега, он несколько растерялся, и остановился возле храма. Князь Олег подошёл к нему и спросил: