Игра Эндера
Шрифт:
В дверь постучали. Прежде чем Эндер успел ответить, дверь распахнулась. Эндер ожидал увидеть кого-нибудь из своих, но на пороге стоял майор Андерсон. А из-за его спины выглядывал полковник Графф.
— Эндер Виггин, — сказал Графф.
Эндер поднялся на ноги:
— Здесь, сэр.
— Та сцена, что ты сегодня устроил в боевой комнате, была проявлением неповиновения. Впредь такое не должно повториться.
— Так точно, сэр.
Что касается Боба, он по-прежнему не испытывал желания повиноваться и, видимо, считал, что Эндер не заслужил
— А мне казалось, что вам давно пора было узнать, что мы думаем о ваших грязных делишках, — встрял он.
Но взрослые не обратили на него внимания. Андерсон протянул Эндеру бумагу. Большой лист. Не маленький клочок, какие ходили внутри Боевой школы, а полновесный приказ. Боб понял, что это значит. Эндера переводили из школы.
— Ты выпускаешься? — спросил Боб. Эндер кивнул. — Чего это они так задержались? Тебе ведь уже почти десять. Ты умеешь ходить, говорить, шнурки завязывать. Чему еще тебя можно научить?
Эндер покачал головой:
— Я знаю одно: игра окончена. — Он свернул бумагу. — Вовремя, ничего не скажешь. Могу я объявить об этом своей армии?
— Нет времени, — ответил Графф. — Челнок отбывает через двадцать минут. К тому же тебе лучше не встречаться с ними. Так будет легче.
— Им или вам? — спросил Эндер.
Ответа дожидаться он не стал. Повернулся к Бобу. Взял его руку, пожал и направился к двери.
— Подожди, — остановил его Боб. — Куда тебя загнали? В тактики? Навигаторы?
— В Командную школу, — ответил Эндер.
— Начальную Командную?
— В просто Командную, — ответил Эндер и исчез за дверью.
Андерсон шагнул за ним. Боб ухватил Граффа за рукав:
— Но никто не попадает в Командную, пока ему не исполнится шестнадцать!
Графф стряхнул руку Боба, вышел и закрыл за собой дверь.
Боб стоял посреди пустой комнаты, пытаясь понять, что все это значит. Никто не попадал в Командную школу, не проучившись три года в Тактической, Навигационной или Начальной Командной. И никто не выпускался из Боевой школы меньше чем через шесть лет. Эндер уложился в четыре.
Вся система летит к чертям. В этом не может быть сомнений. Либо кто-то наверху сошел с ума, либо с войной что-то неладно. С настоящей войной, с войной против жукеров. Иначе зачем гробить собственную систему подготовки? Зачем портить игру? С чего назначать мелкого мальчишку командиром армии?
Боб размышлял об этом, пробираясь коридорами в свою комнату. Свет погас, как только он опустился на койку. Боб в темноте разделся и запихнул комбинезон в невидимый шкафчик. Он чувствовал себя ужасно. Сначала думал, что это просто страх — страх не справиться с собственной армией. Но нет. Он знал, что будет хорошим командиром. Бобу хотелось плакать. А плакал он только в самые первые дни — от тоски по дому. Потом перестал. Он пытался дать название чувству, которое стояло комком в горле и заставляло всхлипывать против воли. Он укусил руку, чтобы подавить это чувство, заменить его болью. Не помогло. Он больше никогда не увидит Эндера.
Вот она,
Перебираясь в челнок, Эндер впервые заметил, что у майора Андерсона теперь другие нашивки.
— Да, он стал полковником, — подтвердил Графф. — С сегодняшнего дня майор, вернее, полковник Андерсон распоряжается Боевой школой. У меня теперь другие обязанности.
Эндер не стал спрашивать какие.
Графф уселся через проход от Эндера и пристегнул ремни. В челноке был еще один пассажир — спокойный человек в штатском, которого представили как генерала Пейса. Пейс держал дипломат, багажа у него не было, как и у самого Эндера. Почему-то мальчику было приятно, что они путешествуют налегке. В пути Эндер заговорил лишь однажды.
— Почему мы летим на Землю? — спросил он. — Я слышал, что Командная школа где-то на астероидах.
— Так и есть, — ответил Графф. — Но корабли дальнего следования не могут пришвартоваться к Боевой школе. Так что нам предстоит короткий отпуск на Земле.
Эндер хотел спросить, значит ли это, что он сможет повидаться с семьей. Но почему-то мысль о возможности такого свидания испугала его, и он не стал спрашивать. Просто закрыл глаза и попробовал уснуть. Краем прикрытого глаза он видел, что генерал Пейс перегнулся через спинку кресла и внимательно рассматривает его. Эндер не понимал почему.
Они приземлились прямо в жаркое солнечное флоридское утро. Эндер так долго жил вдали от солнечного света, что едва не ослеп. Он щурился, чихал и очень хотел попасть обратно под крышу. Все было таким чужим. А почва под ногами вместо того, чтобы загибаться вверх, как в Боевой школе, почему-то уходила вниз. Эндеру казалось, что он стоит на вершине горы. Сила тяжести прижимала его к земле. Он шел шаркая и еле передвигая ноги. Ему было плохо. Он хотел назад, домой, в Боевую школу, в единственное место во Вселенной, где он был нужен.
— Арестован?
— Вполне логичное допущение. Ведь генерал Пейс на самом деле глава военной полиции. А в Боевой школе произошло убийство.
— Мне не сказали, повышен наш полковник или передан военному суду. Просто сообщили, что он переведен на другую должность и должен явиться лично к Полемарху.
— Это хороший знак или дурной?
— А кто ж знает? С одной стороны, Эндер Виггин не просто выжил, он преодолел очень важный рубеж. Да, он покинул школу в отличной форме, и этим мы обязаны старине Граффу. С другой стороны, в челноке был и четвертый пассажир. Тот, что путешествует в ящике.