Игра Герцога
Шрифт:
— Ну что там ещё стряслось? — рявкнул хозяин.
— Ваше сиятельство, к вам господин, по платью видно — иноземец. Он представился каким-то странным званием — обер-камергер, вроде бы. И сказал, что представляет некого герцога, который хочет посетить вас с визитом по одному очень важному делу. Теперь ожидает вас. Я, разумеется, не оставил его одного — с ним сейчас двое, развлекают разговорами. Не знаю, вроде бы всё чисто…
— Проверим, что за гусь. На меня посмотри, — и барин обернулся.
— Всё чисто, ни пятнышка.
— Да я ещё и не начинал. Ладно, посмотрим, кто это осмелился мне так грубо помешать… Приезжий, говоришь, с виду-то? Если какой-нибудь проходимец случайный,
* * *
Фока Зверолов был готов к тому, что в шахте ничего не видно, но надеялся на своё кошачье зрение — этот навык охотник тоже получил от прадеда Протасия. И теперь он осторожно, боясь оступиться, двигался ниже и ниже по покрытым сыпучей извёсткой ступеням и думал: кем же были старатели, пытавшиеся отыскать здесь несколько сотен лет назад золото? Насколько мог знать Фока, что в прошлом, что сейчас орудия у поисковиков драгоценного металла просты: лопата да кирка, а работа сложна до изнеможения. Здесь же, похоже, использовали какие-то невиданные не то что для прошлых веков, но и для века девятнадцатого приспособления. Удивляясь всё больше, Фока уходил в глубину, и в нос ударил едкий запах. Снова тот самый невыносимый тяжёлый дух, отголосок которого Фока Зверолов сумел уловить в далёких снах.
Ружьё держал наготове, и не зря. Лишь ступеньки окончились, и он с эхом от каждого шага двинулся по длинному круглому тоннелю, что-то большое — размером не меньше кошки, проскочило мимо сапог. Он пригляделся: крыса! Или нет? Зверь тоже замер и сидел, напоминая небольшого сгорбленного старика. Их взгляды сошлись, при этом глаза у обитателя шахты горели в полумраке двумя малахитовыми огоньками. Мгновение — и тварь бросилась, в прыжке метя зубами и когтями точно в горло.
Комнатную муху почти невозможно пришибить ладонью — улетит. А всё потому, что по-иному воспринимает время — то, что для нас лишь короткий миг, для неё растягивается намного дольше. Зная языки всех животных, насекомых и птиц, Фока Зверолов давно перенял у простых мух и этот навык. Потому во время прыжка мохнатого зверька он видел, как ощетинилась облепленная комками земли шкурка и напряглись мускулы. Охотник рассмотрел его от острых когтей лапок до кончиков тонких, как проволока, усиков, прежде чем повернул навстречу приклад ружья. Через миг безжизненное тельце отлетело и распласталось у ног охотника. Крыса это всё же, или нет — рассматривать не хотелось, важно другое?
«Что делать любой живой твари в этом диком запущенном месте? — подумал он. — То ли это существа тёмного мира, а может быть, главный привратник этого логова просто выращивает себе их на еду, словно цыплят…»
Фока брезгливо обошёл грязное обрюзглое тельце и продолжил углубляться в шахту. Становилось всё холоднее, тянуло сыростью, где-то вдалеке противно и однообразно капала вода. Охотник всё больше понимал, что зря так самонадеянно рассчитывал на зрение — впереди начиналась кромешная тьма. Нужно было заранее позаботится о каком-нибудь факеле — знаний хватило бы, чтобы сделать его из подручных предметов на входе в шахту. Он огляделся — уже поздно, кругом только земляные стены округлой, тянущейся вдаль шахты, дубовые обломки, проржавевшие изогнутые обручи, и… Фока нагнулся и поднял обломок человеческого черепа:
— Да, весьма странные дела
— Дела творились здесь!!!
И он невольно присел — всё вокруг задрожало, сверху посыпалась земляная крошка, Фока ощутил, как песчинки падают на шею и противно, медленно скатываются за шиворот. Но охотник думал уже не об этом — впереди, в каких-то десяти-пятнадцати саженях длинные кривые когти прорубали новый ход сбоку. Огромное, жирное и будто пульсирующее тело с чавканьем прошло его насквозь. Существо прорывалось, разбрасывая комья размером с конские головы, и выдавливало из себя с кошмарным эхом, так что хотелось заткнуть уши:
— Кродо!
Фока понял, что был на волоске от гибели. Если бы его не задержала эта уродливая крысоподобная тварь, и он не склонился бы потом рассмотреть осколок человеческого черепа, то оказался бы точно в том месте, где только что прошёл этот гигантский крот. Слепой землишник и не заметил бы его, а легко перемолол огромными когтями, точно жито в зернодробилке.
Шахта, до этого напоминающая пустой склеп, вмиг ожила. Фока, как ни напрягал зрение, не мог различить, что делается впереди, но нутром ощущал там какое-то оживление. Что-то подсказало ему — отступай! Огромная масса собиралась воедино, словно кулак, и двигалась на него. Что это было? Может быть, сотни, и даже тысячи таких же крысопобных существ, как он убил только что, теперь медленно наступали на него? Если так, отбиться не было возможности.
Зверолов попятился, и уже через миг повернулся и бежал к выходу. Знал, что задержка хоть на секунду могла означать гибель. И потому мчался, видя перед собой тусклый, мелькающий свет выхода. Фока споткнулся уже на ступеньках, и, сделав сальто, приземлился на снег. Ружьё выпало у самого входа в шахту. Когда охотник обернулся, невольно отпрянул — из круглого узкого входа торчал огромный, покрытый землёй нос крота. Крот так сипло и так сильно вдыхал, что Фоку потянуло потоком воздуха, и он удержался, схватившись за кривоватый ствол сухого дерева. Зверь рычал и продолжал жадно внюхиваться. Своды шахты покачнулись. Фока упал на живот, подобрался ползком и схватил ружьё.
Эхо выстрела разрезало спящую округу. Выстрел донёсся до Петра, Уголёк вздрогнул и разжал.
— Успокойся, милый! — сказал Пётр, хотя ему самому стало настолько не по себе, что едва сдержал желание без оглядки покинуть это проклятое место. — Да что же там твориться такое? Привела же меня нелёгкая! — и он собрал все проклятия.
Пётр привстал, поднёс ладонь ко лбу и посмотрел на тропинку. Только через пару минут он заметил вдали бегущую фигуру. Не дожидаясь, крестьянин стал разворачивать сани. Фока Зверолов стремглав запрыгнул, и они помчались.
— За нами погоня, барин? — спросил Пётр, не оглядываясь.
— Да нет, — попутчик тяжело дышал. — Всё в порядке, не волнуйся. Сейчас это, тише давай, дай ружьё хоть зачехлю.
— Я слышал выстрел.
— Да, ну и что, — Пётр понял, что спутник ищет вариант, как соврать. — В общем, там у шахты был зверь какой-то странный, прятался в тени деревьев, я даже и не рассмотрел. Пальнул в него, и сразу назад.
— А я говорил вам, барин, не след ездить сюда, зря народ говорить не станет!