Игра Льва
Шрифт:
Удовлетворенный тем, что выполнил свой долг, Халил продолжил свой путь по незнакомой земле, окруженный врагами и неверными.
А затем он вспомнил древнюю арабскую военную песню «Кровная месть» и пропел:
Он скакал один, нагоняя ужас на врага,И помощницей была ему йеменская сабля,Украшали которую не узоры,А боевые зарубки.Глава 21
Джек
— Я только что говорил с экспертом-криминалистом, работавшим в аэропорту Кеннеди. Они составили предварительный отчет, — он положил бумаги на кофейный столик, — об осмотре места преступления в самолете и клубе «Конкистадор». И еще я говорил с Джорджем, который попросил перевести его из ОАС и вообще из Нью-Йорка.
Сделав небольшую паузу, Кениг спросил Кейт:
— У тебя нет такой просьбы?
— Нет.
Теперь уже Джек обратился только к Кейт и ко мне:
— Вы двое, можете предположить, что произошло на борту самолета перед посадкой?
— Детектив у нас Джон, — ответила Кейт.
— Ну, излагай, детектив, — предложил Кениг.
Тут надо отметить, что сотрудники ФБР называют следователем того, кого полицейские именуют детективом, так что я даже и не понял, оказана мне честь или продемонстрировано снисхождение. Но как бы там ни было, меня и брали на работу в качестве детектива, а в этом деле я хорош. Кениг не стал делать тайны из того факта, что только что получил некоторые ответы на интересующие его вопросы. Поэтому я не стал строить из себя дурака, а спросил:
— Наверное, они обнаружили в шкафу два кислородных баллона?
— Да, обнаружили. Но, как ты сам знаешь, клапаны открыты в обоих и содержимого в них практически не осталось. Конечно, в лаборатории смогут выяснить, что находилось в каждом из баллонов, но уже до этого мы можем предположить, что в одном был кислород, а в другом — нет. Продолжай.
— Ладно. Примерно за два часа до прилета в Нью-Йорк пропадает радиосвязь с рейсом один семь пять компании «Транс-континенталь». Значит, в это время парень с двумя медицинскими кислородными баллонами, сидевший, вероятно, в салоне бизнес-класса…
— Совершенно верно, — оборвал меня Кениг. — Его звали Юсуф Хаддад, место два-А.
— Понятно. Значит, этот парень… как, вы сказали, его звали?
— Юсуф Хаддад. Имя наверняка вымышленное. На регистрации он предъявил иорданский паспорт и два медицинских кислородных баллона, сославшись на то, что страдает эмфиземой легких. Паспорт, вероятно, фальшивый, как и его эмфизема и один из кислородных баллонов.
— Так, хорошо. Юсуф Хаддад, иорданец, бизнес-класс, место два-А. Этот парень дышит настоящим кислородом, затем открывает клапан второго баллона. Газ вытекает и проникает в систему кондиционирования самолета.
— Верно. А какой газ?
— Какой-то смертельный, вроде цианида.
— Ладно, скорее всего это был гемотоксин, а может, и специальная форма боевого цианида — пассажиры умерли от удушья.
Как я сказал,
Кениг посмотрел на меня и спросил:
— Но объясни мне, как избежал смерти Халил?
— Ну, я не уверен в последовательности событий, но… Думаю, в то время, когда был выпущен газ, Халил находился в туалете — воздух там оказался менее токсичным, чем в салоне.
— На самом деле это не так, — возразил Кениг. — Исходящий поток воздуха из туалета сразу выводится из самолета, поэтому пассажиры салона даже не чувствуют запаха, когда кто-то сидит на унитазе. Мне как-то пришлось лететь мексиканским рейсом, где подавали обед, состоявший из двадцати четырех различных блюд из бобов и фасоли. Тогда я очень удивился тому, что самолет не взорвался прямо в воздухе.
— Значит, Халил старался дышать как можно меньше и, возможно, закрыл лицо мокрым бумажным полотенцем, — предположил я. — А Хаддад поспешил ему на помощь и отдал либо свой кислородный баллон, либо один из тех маленьких кислородных баллонов, которые имеются на борту для медицинских целей.
Кениг кивнул, но ничего не сказал.
В наш разговор вмешалась Кейт:
— Но я не могу понять, как Хаддад и Асад Халил узнали о том, что самолет запрограммирован на посадку с помощью автопилота.
Ей ответил Кениг:
— Мне тоже непонятно, но мы постараемся это выяснить. — Он посмотрел на меня: — Продолжай.
— Итак, в течение десяти минут на борту в живых остались только двое — Асад Халил и его сообщник Юсуф Хаддад. Хаддад находит у Питера Гормана ключи от наручников и освобождает от наручников Халила. Отравляющий газ постепенно выветрился, и уже минут через пятнадцать они могли снять кислородные маски. Мы с Кейт нигде не видели штатный самолетный кислородный баллон, поэтому я предполагаю, что Хаддад или Халил вернул его туда, где он обычно хранится. А затем Хаддад убрал в шкаф свои баллоны, где мы их и обнаружили.
— Да, — согласился Кениг, — они хотели, чтобы после посадки самолета в аэропорту все выглядело нормально. Можно предположить, что Питер или Фил умер возле туалета, а они оттащили его тело назад в салон. Продолжай, Кори.
— Халил, должно быть, убил Хаддада не сразу, поскольку его тело было теплее других. Значит, эти двое прибрали за собой, обшарили карманы и «дипломаты» Питера и Фила, забрали пистолеты, а затем, возможно, осмотрели другие салоны и убедились, что все мертвы. Все, сообщник Халилу уже не нужен, и он сломал Хаддаду шею, как определила Кейт. Потом усадил труп Хаддада рядом с Филом, надел на него наручники и маску для сна. — Я помолчал и добавил: — В какой-то момент Халил отрезал большие пальцы у наших агентов.