Игра Льва

Демилль Нельсон

— Иди на кухню.

Женщина повернулась и, пошатываясь, направилась через прихожую на кухню, находившуюся в задней части дома. Халил следовал сзади. Оглядев большую кухню, он увидел две тарелки и две кофейные чашки на столе рядом с большим окном.

— Иди вниз, в подвал, — приказал Халил.

Экономка послушалась, а Халил двинулся следом.

Подвал оказался заставленным какими-то ящиками и коробками. Оглядевшись, Халил заметил дверь, которая вела в небольшую бойлерную. Он кивком приказал женщине

следовать туда, и когда она переступила порог бойлерной, выстрелил ей в затылок. Женщина умерла еще до того, как упала на пол.

Халил закрыл дверь бойлерной и поднялся в кухню. Отыскав в холодильнике молоко, он выпил его и швырнул пакет в мусорное ведро. Затем вытащил из холодильника два йогурта и, взяв со стола чайную ложку, быстро съел их. Он даже не подозревал, насколько он голоден, пока не почувствовал запах пищи.

Вернувшись в прихожую, Халил приладил на место держатель цепочки, маскируя следы взлома. Дверь он оставил запертой, но цепочку навешивать не стал, чтобы генерал с женой могли свободно войти в дом.

Далее Халил обошел первый этаж — кроме кухни, здесь располагались просторная столовая, гостиная и маленький туалет. Затем он поднялся по лестнице на второй этаж, который почти весь занимала огромная гостиная, и Халил сразу увидел, что здесь никого нет. Третий этаж занимали спальни, и он проверил каждую. Две явно предназначались для детей генерала — девочки и мальчика, и Халил пожалел о том, что не застал их спящими. Еще одна спальня предназначалась, видимо, для гостей, а самую большую занимали хозяева.

На четвертом этаже размещались просторный кабинет и маленькая спальня — видимо, комната экономки. Он оглядел обитый деревянными панелями кабинет, обратил внимания на предметы, связанные с военной службой хозяина.

Под потолком на нейлоновом шнуре висела модель штурмовика «F-111», самолет смотрел вниз, как будто пикировал на цель. Под крыльями модели Халил заметил четыре серебристые бомбы. Сняв модель со шнура, он сначала изломал её руками, затем швырнул на ковер и принялся топтать, воскликнув при этом:

— Будьте вы прокляты, гореть вам всем в аду!

Однако через некоторое время он взял себя в руки и продолжил осмотр кабинета. На стене висела черно-белая фотография: восемь мужчин стояли перед штурмовиком «F-111», имелась и подпись: «Лейкенхит 13 апреля, 1987 г.». Халил прочитал несколько раз. Дата не совпадала с датой налета на Ливию, но внезапно Халила осенило: имена пилотов и их задания были засекречены, поэтому генерал умышленно исказил цифры на фотографии. Конечно, эти трусливые собаки не заслужили почета за то, что они натворили.

Подойдя к большому столу из красного дерева, Халил осмотрел его и отыскал ежедневник генерала. На странице с датой 16 апреля имелась всего одна надпись: «Церковь, 8.15». Похоже, других выходов

из дома у генерала сегодня не намечалось, так что его отсутствие заметят только тогда, когда он не появится на службе.

Халил перевернул страничку. В понедельник у генерала была запланирована встреча в 10.00. А к этому времени еще один член их эскадрильи будет мертв. Он вернулся к листку с датой 15 апреля, годовщиной авианалета, и прочитал: «9.00, позвонить сослуживцам».

Халил кивнул. Значит, они продолжают поддерживать связь между собой. Это может создать проблему, особенно когда они начнут умирать один за другим. Но Халил предвидел такую возможность, и если он будет действовать быстро, то они не успеют очухаться, как все будут мертвы.

Рядом с телефоном лежала записная книжка генерала, и Халил, быстро просмотрев ее, отыскал имена тех, кто был изображен на фотографии. Халил удовлетворенно кивнул, заметив возле фамилии полковника Хамбрехта пометку «умер». И еще заметил, что адрес человека по имени Чип Уиггинз перечеркнут красным карандашом, а рядом с фамилией стоит вопросительный знак.

У Халила мелькнула мысль забрать записную книжку, однако ее отсутствие могла обнаружить полиция и как-то связать ее пропажу с мотивом убийства. Вернув книжку на место, Халил вытер ее и ежедневник носовым платком.

Затем, порывшись в ящиках стола, обнаружил пистолет 45-го калибра. Проверив, что магазин снаряжен полностью, Халил передернул ствол, дослав патрон в патронник, и сунул пистолет за пояс. Уже подойдя к двери, он остановился, тщательно собрал все обломки модели штурмовика и сложил в мусорную корзину.

Вернувшись на третий этаж, Халил обшарил каждую спальню, собирая деньги, ювелирные украшения и часы. Прихватил даже несколько наград генерала. Все это он сложил в наволочку и спустился со своей добычей на кухню. Здесь он достал из холодильника пакет апельсинового сока и сел за стол.

Настенные часы показывали пять минут девятого. Генерал и его жена вернутся домой в половине десятого, если они действительно привыкли к пунктуальности. А в девять сорок пять они оба будут мертвы.

Глава 26

Мы пересекли Потомак по мосту и въехали в город. В воскресный день в половине девятого утра машин было мало, но мы увидели любителей бега трусцой, велосипедистов и несколько семей туристов — их дети выглядели недовольными, что их вытащили из постелей в такой ранний час.

Впереди показалось здание Капитолия, и я подумал, не собрался ли уже в полном составе конгресс. Когда всплывает куча дерьма, исполнительная власть любит ставить конгресс перед фактом и испрашивает его благословения. Насколько я знал, боевые самолеты уже направлялись к Ливии. Но это не моя проблема.