Игра в реальность

Калугин Алексей Александрович

– Допустим, ты прав, – сказал я, глядя не на Витьку, а на глупых голубей, суетящихся возле скамейки, чтобы успеть склевать падающие на землю крошки чипсов. – Что из этого следует?

– Одиссей с Агамемноном пытаются загнать нас в ловушку, – уверенно заявил Витька.

– Реальность меняется постоянно. – Я задумчиво постучал пальцами по колену. – Мне кажется, в нашем времени работает не один и не один десяток клипперов.

– По-моему, это мерзко, – с отвращением произнес Витька.

– Что именно? –

не понял я.

– То, что эти парни из будущего пытаются решать свои проблемы за наш счет.

– Ну, в какой-то мере это и наши проблемы. Они наши потомки. И это мы создали для себя настоящее, а для них прошлое, которое, как выясняется, никого не устраивает.

– Ты так думаешь?

– Слушай, кончай говорить загадками. – Я недовольно глянул на Витьку и замер с раскрытым ртом, забыв, что хотел сказать.

Должно быть, выражение моего лица было настолько необычным, что в глазах Витьки мелькнул испуг.

– Что случилось?

– С каких это пор ты носишь бороду? – спросил я.

Витька поднял руку и провел пальцами по жиденькой шкиперской бородке, обрамляющей его узкое лицо. Вид у него с этой бородкой был настолько идиотский, что я бы непременно запомнил, если бы видел его с ней прежде.

– Не знаю… – растерянно произнес Витька. – Не помню…

Я тряхнул головой, на мгновение прикрыл глаза рукой и уже по-новому посмотрел на своего приятеля.

Да нет же, конечно, я уже видел его с этой бородкой. Он начал отпускать ее недели три назад. Я просто задумался о чем-то своем, глядя на голубей, и забыл, что Витька теперь носит бороду.

– Все в порядке, – умехнулся я чуточку натянуто. – Просто никак не могу привыкнуть, что ты теперь носишь бороду.

– Да не ношу я бороду! – крикнул Витька так громко, что двое ребятишек, рассматривавших какой-то альбом на соседней скамейке, испуганно покосились в нашу сторону. – Не ношу я бороду! – уже спокойнее, чтобы не пугать детей, повторил Витька. – И никогда не носил!

Он ухватил щепотью волосы на подбородке и дернул их с такой силой, словно и в самом деле был уверен, что борода у него ненастоящая и отклеится, если ее как следует потянуть. Болезненно поморщившись, Витька оставил бороду в покое и схватил меня за плечо.

– Неужели ты не понимаешь, что происходит? – горячо зашептал он, глядя на меня возбужденно блестящими глазами. – Реальность меняется настолько быстро, что мы успеваем это заметить!

Я вновь тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Я должен был убедить себя в том, что с реальностью все в порядке. Просто Витька даже сейчас не мог остановиться. Вместо того чтобы посмотреть на происходящее со всей серьезностью, он продолжал сочинять свои дурацкие истории о таинственных преследователях и вселенских заговорах.

– У тебя есть телефонная карточка? – задал

очередной неожиданный вопрос Витька.

– Кому ты собрался звонить? – поинтересовался я, сунув руку в карман за бумажником.

– Одиссею, – ответил Витька так, словно собирался звякнуть своей подружке, сообщить, что сегодняшняя встреча отменяется.

Я изобразил удивление:

– Ты знаешь, как до него дозвониться?

– Думаю, что да.

Витька выдернул телефонную карточку из моих пальцев и, перепрыгнув через скамейку, бодро зашагал по направлению к таксофонам, стоявшим на углу дома. Снедаемый любопытством, я последовал за ним.

Витька сунул карточку в приемную щель синего таксофона и, прижав трубку к уху плечом, начал набирать номер.

– Это же мой номер! – изумленно воскликнул я.

– Естественно. – Витька скосил на меня насмешливый взгляд. – А где еще, по-твоему, можно застать Одиссея?

Я с сомением покачал головой:

– Вполне вероятно, что Одиссей ждет нас у меня дома, но в таком случае трубку снимать он не станет. Он же прекрасно понимает…

Витька знаком велел мне умолкнуть – на другом конце линии кто-то поднял трубку.

– Алё! – радостно крикнул в трубку Витька. – Что?..

Лицо его в один миг изменилось и приобрело выражение глубочайшего удивления. Он как-то странно посмотрел на меня, после чего очень робко произнес в трубку:

– Да.

Удивление на лице Витьки уступило место выражению полнейшего смятения.

– Да, конечно, – еще раз произнес он в ответ на вопрос своего собеседника, после чего со словами: – Это тебя, – протянул трубку мне.

– Одиссей хочет говорить со мной? – спросил я.

– Это не Одиссей. – Витька с прискорбием наклонил голову и, глядя на серый асфальт, совсем тихо добавил: – Это твоя жена.

– Что?! – Я не знал, следовало ли мне удивиться или же возмутиться, а потому попытался совместить в своем возгласе и то и другое. – Какая еще жена?!

– Твоя жена, – все так же тихо повторил Витька и, насколько хватало длины шнура, вытянул руку с зажатой в ней телефонной трубкой.

Он словно боялся, что из трубки может выскочить какое-нибудь мерзкое создание, и, чтобы обезопасить себя, подставлял под удар меня.

Я машинально взял трубку в руки. И в тот же миг понял, насколько глупым и необоснованным было мое возмущение. Я и сам не мог понять, чего ради заявил, что у меня нет жены. Неужели же я пытался обмануть Витьку, который был свидетелем у меня на свадьбе? Правда, Люська его недолюбливала. Мы даже как-то раз серьезно поругались с ней, когда она потребовала, чтобы я больше не приглашал Витьку к нам домой. Но все равно… Как-то глупо.

Я поднес трубку к уху и медовым голосом произнес:

– Люся, это ты?