Игра в реальность
Шрифт:
Продавец протянул мне большую, роскошно изданную книгу «Фэн-шуй для праздников и повседневной жизни». Взяв книгу в руки, я кинул взгляд на лоток. Теперь он был заполнен книгами типа «Как самого себя вылечить от рака» и «Твое счастье в твоих руках». Но попадались среди них и неплохие альбомы по икебане, оригами и ландшафтному проектированию.
– Смотри, что я нашел!
Витька показал мне большого формата книгу с красочной картинкой на обложке. Это оказалось весьма своеобразное издание «Идиота» Достоевского. На каждой странице был помещен превосходно
Я посмотрел на книгу, которую держал в руках. Теперь это был толстенный том «Улисса» Джойса. Быстро пролистав его, я отметил, что роман сопровожден большой вступительной статьей, биографией автора и тщательно откомментирован. Такой том я бы не отказался поставить на полку. Но, к сожалению, я не знал, когда смогу попасть домой. К тому же неизвестно было, во что превратится «Улисс» к тому времени. Поэтому я с сожалением положил книгу на лоток.
– Муторная книжка, – весело подмигнул мне продавец, успевший превратиться в жизнерадостного прыщавого юнца. – Длинная и бестолковая.
– А что вы посоветуете? – спросил я.
– Во! – Парень провел рукой по книжкам Трепищева, которые все в том же полиграфическом исполнении по-прежнему занимали почетное место на лотке. – Классные книжки!
– Чем же они так хороши? – поинтересовался я.
Парень на мгновение задумался.
– Герои крутые и полно секса, – поделился он своим впечатлением от книг Трепищева.
– Ты только посмотри на это! – привлек мое внимание изумленный возглас Витьки.
Он держал в руках сразу четыре, на первый взгляд совершенно одинаковые, книги «Война и мир».
– Ну и что? – не понял я интереса, внезапно проснувшегося у Витьки к творческому наследию Льва Николаевича.
Витька усмехнулся и перевернул книги обратной стороной обложки, на которой было изложено краткое содержание каждого из томов. Как оказалось, все книги имели разные концовки. В одной из них Наташа Ростова выходила замуж за Андрея Болконского, которому после тяжелого ранения врачи чудом сохранили жизнь, хотя и отняли левую ногу до колена и правую руку аж по плечо. Во второй она выходила замуж за Пьера Безухова – почти канонический вариант, если не считать того, что Андрей Болконский вновь, как в первом варианте романа, каким-то чудом оставшийся в живых, немного погодя убивал беднягу Пьера на дуэли. В третьем варианте романа Наташа выходила замуж за Анатоля Куракина. А в четвертом – попросту выходила на панель.
– Здорово, да? – весело посмотрел на меня Витька. – Каждый может выбрать концовку себе по вкусу.
Когда он клал книги на лоток, это были уже не четыре варианта «Войны и мира», а четырехтомник Кэндзабуро Оэ.
– А как тебе вот эти сочинения? – спросил я у Витьки, указав на глянцевые обложки книг Трепищева.
– Литература не моего сорта, – презрительно поморщился Витька.
– Понимаю, – кивнул я. – Но не кажется ли тебе странным, что, какие бы изменения ни происходили в книжном ассортименте, эти пять
– Серьезно?
Витька внимательнее присмотрелся к творениям Трепищева.
– А ты знаешь… – сказал он. – Вон ту книгу, на которой изображена полуголая девица на фоне звездолета…
– «Специальный посыльный»? – уточнил я.
– Именно, – кивнул Витька. – Ее я видел на столе у Агамемнона.
– Ты уверен?
– Точно! Я запомнил картинку на обложке.
– Интересно. – Я потер двумя пальцами подбородок, на котором начала пробиваться жиденькая бородка.
– Должно быть, у Агамемнона дурной вкус, – сделал свой вывод Витька.
– Я не о том, – тряхнул головой я. – Если эти книги не исчезают при любых возможных вариантах реальности, значит, их положение строго зафиксировано с помощью клиппера направленного действия. Точно так же, как я не давал тебе погибнуть, кто-то другой не дает исчезнуть книгам Трепищева. Иного объяснения я не вижу.
– И что это значит?
– Пока не знаю. Я тебе говорил, что Трепищев мой сосед?
– Да. И еще ты говорил, что он порнограф.
Постоянно меняющийся ассортимент книг на лотке можно было изучать без конца. На нем то и дело всплывали такие книги, о которых я никогда прежде не слышал, но которые с интересом полистал бы. Однако пора было покинуть магазин, мы и так задержались значительно дольше, чем следовало.
Мы уже почти достигли выхода, когда Витька неожиданно крепко ухватил меня за локоть.
– Команда Одиссея, – сдавленно прошептал он.
Я тоже заметил за стеклянными дверями магазина четверых парней в серо-стальных костюмах, с одинаково безучастными ко всему лицами. У одного из них в руках был какой-то прибор, издалека похожий на дистанционный пульт управления, на который все они сейчас тупо уставились. Должно быть, от показаний прибора зависело, решат ли подручные Одиссея войти в магазин или проследуют мимо.
Мы с Витькой замерли в ожидании. Прав был Парис – нам не следовало долго оставаться на одном месте.
Парень, державший в руках прибор, коротко кивнул. Двое других распахнули двери, и вся команда вошла в магазин.
– Наверх, – негромко произнес я и быстро зашагал к лестнице, ведущей на второй этаж магазина.
К счастью, на первом этаже было много народу, и нам с Витькой удалось добраться до лестницы, проскочив буквально под носом преследователей.
Когда мы поднялись на половину лестничного пролета, я оглянулся.
Парни в серых костюмах стояли квадратом, спина к спине. Им было известно, что мы где-то рядом, и они всматривались в лица заполнявших торговый зал покупателей, пытаясь отыскать нас.
Один из парней медленно поднял взгляд.
Я побежал вверх по лестнице, надеясь скрыться за поворотом прежде, чем он меня заметит. Но именно этого мне делать и не следовало. Парень тотчас же обратил внимание на слишком быстро перемещающегося человека и, вскинув руку, указал на меня своим приятелям. Вся четверка устремилась к лестнице.