Шрифт:
Пролог
Все персонажи романа «Играй!» являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми – случайно!
«Какая же она красивая…»
Стоять вдали от неё и не иметь возможности дотронуться – это то ужасное состояние, от которого Мастер скоро собирался избавиться.
Скоро, очень скоро эта прекрасная принцесса будет Его огранённым сверкающим бриллиантом!
«… жаль только сейчас она плачет…» – мрачно подумал человек. – «Непрерывный поток слёз портит идеально светлый
Мастер смотрел на девушку с той любовью, понять которую обычному здравомыслящему человеку не дано.
Он выбрал её из тысячей знакомых и миллиона незнакомых прохожих… услышал, как она играла на скрипке и в нём что-то открылось… «вдохновение» – так бы сказал художник или скульптор. Наверное, именно это причастие к творчеству великих гениев Ему так хотелось ощутить на себе, иначе как объяснить его стремление сделать её ещё лучше?!
Глубоко вздохнув, Мастер растворился в толпе, опять надевая личину обыденности, превращаясь в образ, поддерживаемый годами.
Никто не знал его настоящей сути! Только она… его хрупкая, красивая Виктория, которую он хотел сделать своей личной Победой!
Вика Ташкевич, по мнению самой девушки, была среднестатистической молодой женщиной, в возрасте 23 лет. Облик светлого ангела, так часто рисуемого любителями фэнтези, портил лишь скверный характер Виктории, от которого, впрочем, сейчас ничего не осталось. Лишь личное горе воцарилось в её душе, когда самый надёжный мужчина её жизни погиб, оставив её с мамой наедине с опасностью.
Невысокая блондинка с выразительными голубыми глазами, которые сейчас были мутными от слёз, не позволяла себе моргнуть, держа за руку родительницу, рыдающую в голос над ямой, куда опускали гроб с её мужем.
Отец Виктории погиб, исправляя её ошибку, поэтому эта вина легла девушке в душу, опустившись на дно личной пропасти в образе камня.
«Теперь всё изменилось…» – стучало набатом в голове блондинки. – «Теперь за меня некому заступиться… Я сама не позволю заступиться за себя! Между мной и Мастером больше не останется третьих лиц!»
Неизвестный мужчина, объявившийся несколько месяцев назад, как поклонник её музыкальной карьеры, перешёл от забавных перечислений составляющих её вздорного характера к ужасным поступкам, целью которых было становление идеальной личности девушки!
Почему?!
За что!?
Разве то, что ты слишком долго спишь, должно кого-то волновать!? Или то, что не даёшь себя и своих близких в обиду!?
Последней каплей стало то, что парня, которого Вика полюбила, этот ненормальный маньяк не одобрил. Вот тогда посыпались реальные угрозы!
Разве это достаточная
«Нет! Конечно, нет! Он просто ненормальный!!!» – думала Вика несколько месяцев назад, в душе не веря до последнего, что тот бред, что нашёптывал ей чокнутый псих при очередном звонке с неопределённого номера, может воплотиться в жизнь!
Да, сначала Ташкевич не восприняла эти угрозы, как что-то стоящее, но потом жутко испугалась, когда стреляли в её лучшую подругу, объяснив это тем, что подобная мера – её наказание, в наступлении которого никто, кроме одной Вики, не виноват!
Ташкевич рассказала обо всём папе.
Сотрудник СБР, кем являлся Ташкевич Роман Иванович, сравнительно молодой и перспективный начальник отдела, со своим напарником быстро нашли стрелявшего. Им оказался бывший парень блондинки.
Дмитриев Александр…. мажор, извращенец и ушлёпок.
Да, стрелял он, но один ли?
Когда парня нашли повешенным в тюрьме при загадочных обстоятельствах, сомнения закрались к Вике. Как оказалось, неспроста!
Стоило только вновь начать встречаться с Макаровым, как объявился Мастер, видимо, решивший, что отсиживаться на дне – достаточно глупая затея.
Он украл племянницу, приказав своё излюбленное: «Играй! Играй, пока девочку не спасут, иначе ты её никогда больше не увидишь!!!»
Похороны прошли для Вики, как в тумане.
Девушка до сих пор не могла поверить, что её, всегда такой сильный и невероятно умный папа больше не встретит её улыбкой… или укоряющим взглядом. Ташкевич не могла поверить, что сотруднику СБР удалось привести спасателей! Удалось спасти свою внучку! Но спасти себя… Она не верила, что он погиб!
– Вика? – позвала девушку мама, когда их дом опустел, не оставив никого, кроме самой Вики и Марины Ташкевич, новоявленной вдовы, едва справляющейся со своей потерей… и то, только ради своих дочерей и внучки.
– Да, – прошептала Вика, только сейчас заметив, что сидит на полу.
– Там Антон. Он хочет поговорить…
Макаров Антон, ставший причиной её наказания.
Вика не винила судьбу. Её винить чревато. Вика просто любила… а теперь, не знала, что с этой любовью делать – ведь она под запретом!
– Скажи, пусть уходит.
– Вика…
– Мама. Я устала. И ты устала. Давай просто поспим?
Родительница, чей копией виртуозная исполнительница была, горько усмехнулась, но понятливо кивнула.
– Хорошо.
Едва за матерью закрылась дверь, Вика поднялась на ноги.
«Я подчинюсь Ему! Брошу Антона! Стану идеальной… но только для того, чтобы понять, кто он! И тогда, я убью его! Отомщу за себя, за ребят… за папу…» – стиснув челюсть, снова боясь моргнуть, чтобы новая порция слёз не расчертила солёные дорожки по её лицу, молодая женщина с трудом сглотнула горечь, скопившуюся у неё во рту, и проследовала в кабинет отца.
Впереди её ждала особенная подготовка.