Игрок
Шрифт:
Шелестят балахоны, дрожит огонёк свечи. Незнакомцы уже показали нам спины, как вдруг из-за бочки, где прячется Арнольд, раздаётся душераздирающий чих. Двое в балахонах останавливаются и смотрят на меня в упор. Заметили-таки. Улыбаюсь и машу им рукой. В другой у меня сабля.
– -Привет, друзья, - говорю вежливо.
– Не подскажете, как пройти... к выходу?
Мужик с рогатым посохом отступает на шаг, перехватывает древко наперевес, тычет в меня рогулькой. Ба-бах! Вспышка, громовой удар, мне в лицо летит сгусток
Лежу у стены, в ушах стоит дикий визг и звон. Здорово мне попало. Немного левее, и конец. Отчаянно верещит что-то моя невидимая блондинка, тревожно мигает перед глазами надоедливая табличка.
Пытаюсь встать, ноги подгибаются, кряхчу, как старый дед. Помирать, так с музыкой. Не хочу, чтобы меня добили лежачего. Кое-как встаю на ноги. Сквозь красную пелену вижу, как выскакивает из-за бочки Арнольд, размахивается, и в лоб брюнету летит здоровенный булыжник. Ну да, там ведь груда битого кирпича.
Брюнет шатается, падает навзничь. Его товарищ выкрикивает:
– -Это всё, на что ты способен?!
Красавчик, с ножом в руке, прыгает вперёд, но спотыкается о кирпич, и кувырком летит под ноги лысому. В мгновение ока на полу образуется куча-мала.
Шатаясь, делаю шаг к барахтающимся противникам. Лысый, даром, что волосы все седые, прижимает парня лицом к пыльному полу, выкручивает руку с ножом. Крепко перехватываю эфес потными пальцами, размахиваюсь, рублю сплеча.
Брызжет кровь. Лысый застывает и медленно валится набок. Красавчик сталкивает его с себя и вскакивает на ноги. Лицо его в кровавых кляксах белее простыни.
– -Живой?
– спрашиваю. Голос сипит и срывается.
Арнольд кивает, не отводя глаз от тела. Да, зрелище не для слабонервных. Лысый лежит на боку, дёргает ногами, из перерубленной шеи хлещет кровь. Рядом неподвижно застыл брюнет, на лбу у него набухла здоровенная шишка. Непонятно, дышит он или нет.
Перевожу дыхание, наклоняюсь над зашибленным. Щупаю пульс. Вроде живой. За спиной у меня красавчик сгибается пополам, отходит в угол, и его тошнит на обломки кирпичей.
Развязываю кушак на поясе брюнета, и связываю бедолаге руки. Потом снимаю пояс с лысого, и повторяю тот же номер с ногами. Пусть отдохнёт.
Возвращается Арнольд. Утирает рот ладонью, гладкое личико порозовело, глаза блестят. Парень присаживается рядом с лысым и сноровисто снимает с трупа синий балахон. Вертит в руках и откладывает в сторонку. Снимает сандалии, тоже откладывает. Оглядывает кинжал, радостно цокает языком. В мешок летит какой-то свиток, пара стеклянных пузырьков, и невзрачный камушек.
Красавчик переходит к брюнету, и скоро тот уже лежит на полу в одних подштанниках. Арнольд сияет,
– -Это мы удачно с тобой сюда зашли, Эрнест!
– сообщает, улыбаясь, как сытая акула.
Нагибаюсь над брюнетом, вытираю клинок о его подштанники. Поднимаю с пола балахон, натягиваю на себя. Одёжка оказывается мне коротка, подол болтается над полом, как юбка, синяя ткань трещит подмышками. Подбираю второй балахон, протягиваю красавчику:
– -Надевай.
Арнольд морщит нос, неохотно одевается. На нём балахон болтается, как на вешалке.
– -Думаешь, так будет теплее?
– -Думаю, они тут не одни. Кто зажёг эту свечу?
Парень кивает, улыбка сползает с его лица. Подбирает с пола рогатый посох, пристукивает древком о камни:
– -Триста золотых. Я богач, Эрнест. Теперь бы ещё найти парочку старых бочонков с нубинийским вином, и можно идти к Серене.
Глаза его мечтательно закатываются:
– -Она мне обещала кое-что дать...
– -Дай-ка сюда кинжал, - говорю сухо. И когда это красавчик успел договориться с Сереной?
Парень моргает. Неохотно вытаскивает из мешка длинный нож лысого, и отдаёт мне. Разглядываю нож. Странный материал рукоятки, не то кость, не то камень. Клинок гладкий, блестящий, от рукояти вниз идут затейливые буковки надписи.
Арнольд склоняется над клинком, разглядывает надпись:
– -Странно. Никогда не видел ничего подобного.
– -Что тут странного?
– -Руны. Тут написано: "Вечная жизнь". Никто не желает противнику вечной жизни.
Пожимаю плечами. Мало ли кто что напишет?
– -Ты не понимаешь, Эрнест. Это магическое оружие. Здесь должно быть написано его свойство. Удар ледяного клыка, например. Или укус змеи. Ожог молнии, наконец. Но кому нужен вечный враг?
Провожу пальцами по клинку, гладкий металл обжигает кожу ледяным холодом. Плечо, ушибленное ударом посоха, внезапно скручивает судорога. Я вздрагиваю, разжимаю пальцы, и кинжал со звоном падает на пол.
Глава 10
Беру кинжал за головку рукоятки, как гадюку, двумя пальцами, поднимаю с пола. Распускаю завязки у мешка. Блестящий клинок пропадает в тряпичной темноте. Утираю ладонью потный лоб. Здорово меня приложили той рогулькой. Левый бок горит огнём, рука словно чужая.
Красавчик провожает жадным взглядом канувший в мешок кинжал. Я выглядываю в коридор. В глубине мрачной каменной кишки мягко светят огоньки свечей.
Что ж, если назад пути нет, остаётся идти вперёд, и будь что будет. Надвигаю на лоб капюшон и выхожу в темноту.
Арнольд топает следом, пристукивает древком посоха по каменным плитам. Два диковинных монаха идут на неведомую службу.
В полутьме коридора перед нами мигают огоньки, и на грани слуха раздаются приглушённые голоса. Они множатся, и звучат гулко, как в бочку. Должно быть, эхо.