Игрок
Шрифт:
Парень отворачивается, распускает завязки у своего мешка на боку. Ловко перехватывает посох и одним движением пропихивает его в мешок. Оп-ля! Длинная палка пропадает внутри и исчезает без следа. Парень подбирает с земли свой топор, и повторяет фокус с исчезновением предмета.
Вот так штука. Может, и я так могу? А то ходить с саблей в руке не очень-то удобно. И засовывать за пояс штанов чревато. Не ровен час, нарежешь себя на ломтики.
– -Чего молчишь?
Парень двигает губами, морщит лоб. Видно, как в черепушке
– -Я собиратель редких жемчужин и искатель приключений, Добрый Эрнест. Простая жемчужина - три золотых, качественная...
– -Хватит!
– рявкаю. За дурака меня принимает?
– Давай, выкладывай, чего тебе от меня надо?
Глупая улыбка сползает с его лица. Тихо рычу, придвигаюсь к нему вплотную. Он сглатывает, вертит головой, явно ищет, куда бы удрать.
– -Тогда нам лучше присесть, - говорит уже нормальным голосом. Кивает на дверь таверны.
Вот это другой разговор. Мы поднимаемся на крыльцо. Девица за стойкой деловито перетирает тарелки. Улыбается нам навстречу. Вспоминаю, что не выпил вторую бутылку пива. Шарю глазами по залу. Перевёрнутая лавка уже стоит на своём месте, моя бутылка аккуратно пристроена на краешек стола.
Хватаю бутылку, выпиваю одним махом. Что-то меня в пот бросило.
Садимся за стол. Кладу саблю рядом с собой. Мало ли что. Парень замечает мой взгляд на входную дверь:
– -Не бойся, сегодня они уже не вернутся. За попытку убийства полагается заключение в камеру на сутки.
Фыркаю:
– -Что ж так мало?
– -Такие здесь правила.
– Он смотрит мне в глаза.
– Так ты правда не Аристофан?
– -Не знаю я никакого Аристофана. Ни доброго, ни справедливого.
– -Тогда ты новичок. Прости, я сперва подумал, что ты местный. С ними разговаривать не о чем.
– -Почему это?
– -Послушай, я не знаю, почему ты так похож на Аристофана. Он - местная легенда. Мало кто его видел вживую. Но все знают его приметы.
Ощупываю свою физиономию. Что во мне такого?
– -У тебя есть зеркало?
Парень криво ухмыляется. Встаёт из-за стола, уходит к стойке, где прелестная Серена протирает бутылки. Возвращается. Протягивает мне маленький предмет:
– -На, возьми.
Это зеркало. Кругляшок полированного металла на узорчатой ручке.
Смотрю на себя в крохотную лужицу серебра. Ну и рожа у тебя, милок. Лицо правильных очертаний, но кожа синяя, как у покойника. Высокие скулы, раскосые глаза. Зрачки горят красным огнём. Кошу глазами, пытаюсь разглядеть побольше. Вижу край уха. Лучше бы я его не видел. И уши-то у меня, не как у людей. Хищный зверь ты, Эрнест, а не добрый человек и мирный путник. Видно, не зря тебя в подземную тюрьму запихнули,
– -Ты что, никогда себя со стороны не видел?
– с интересом спрашивает красавчик.
Бросаю зеркало на стол:
– -Нет.
– -Это очень странно. Теперь я от тебя точно не отстану. Это приключение стоит десятка других.
– -Не понял.
Красавчик сладко улыбается:
– -Я пойду за тобой в огонь и в воду, Аристофан, ой, прости, Эрнест. Пока смерть не разлучит нас.
Глава 6
Арнольд радостно скалится во весь рот. Не нравится мне его улыбка.
– -Сам в огонь прыгай, если хочется. Я пока на тот свет не собираюсь.
Тот широко открывает невинные голубые глаза:
– -Но мы же все здесь для того, чтобы...
Переворачиваю бутылку, вытряхиваю в рот последние капли пива. Жаль, деньги кончились.
– -Для чего?
Парень слабо улыбается:
– -Я забыл, что ты новичок, Эрнест. Этот мир опасен. Особенно для тех, кто хочет тишины и покоя.
На гладкое, смуглое лицо его набегает тень:
– -Здесь так хорошо, так красиво. Ты, наверное, и сам заметил. Птички поют, бабочки порхают. Солнышко светит...
– -Что плохого в бабочках?
– удивляюсь я. Что за дела. Кому могут помешать птички?
– - Ничего плохого в них нет, - отвечает Арнольд. Кривит красивые губы, водит пальцем по столу.
– Ты видел местных? Ну этих, вроде Серены?
Бросаю взгляд на девицу за стойкой. Серена протирает стаканы. Чувствует, что на неё смотрят, улыбается мне. Блестят ровные зубки, розовые пальчики продолжают уверенно протирать донце стакана.
– -Видишь?
– -Вижу. Красивая девка.
– -Ты ещё не понял, - Арнольд явно недоволен моей тупостью.
– Они тут все симпатичные.
– -Ну и хорошо.
– -Нет, ты погоди, послушай. Бывают такие новички. Любят природу. Бродят по лесам, по дорогам, нюхают цветочки. Этот мир, он... затягивает. Чем больше им любуешься, тем больше хочется здесь остаться. Насовсем.
Молчу. Думаю. Теперь уже я вожу пальцем по столу. Мой заострённый синий коготь снимает с доски тонкую стружку.
Арнольд наклоняется ко мне, почти шепчет:
– -Здесь нельзя быть просто так. За всё надо платить. Если не хочешь стать деревом. Знаешь, как одной книжке написано: "Чтобы остаться на месте, надо идти вперёд. А чтобы продвинуться вперёд, надо бежать изо всех сил". Тот, кто стоит на месте, уходит в небытие. Понимаешь? Ты ходишь, дышишь, разговариваешь, нюхаешь цветы, и потихоньку растворяешься. Кто слабее, тот становится призраком. Дымным облачком. Мимо такого пройдёшь, и не заметишь. Кто посильнее, и травку всякую любит, может стать деревом или кустом. Побродит, побродит по тропинкам, заснёт на травке, и не проснётся. Смотришь, а он уже корни пустил. Торчит из земли, листьями шелестит.