Игрок
Шрифт:
Что-то трещит, меня обдаёт жаром, потом раздаётся хлопок и звонкий треск, будто разбили кувшин. Смертельные объятия монстра разжимаются, и я падаю на землю.
Со всхлипом втягиваю в себя воздух. Рёбра болят, саднит горло, но я снова дышу. Кое-как привстаю, поднимаюсь на четвереньки. В груди что-то посвистывает, в глазах плывёт, красная табличка мигает, как будто взбесилась.
Джонни сидит у дерева, прислонившись спиной к стволу, массивные плечи, все в пучках бурой шерсти, поникли, голова свесилась
Нет у него никакой головы. Из мохнатых плеч человекобыка торчит огрызок шеи, похожий на расщеплённый древесный ствол. Между широко раскинутых, мускулистых коровьих ног, заканчивающихся парой увесистых копыт, что-то лежит.
Тупо разглядываю обломки обугленного кувшина, в котором, должно быть, хранили клубничное варенье. Почему-то стенки посудины густо покрыты сажей и пучками кудрявых волос...
Мой желудок скручивает в узел, но внутри пусто. Содрогаясь от бесплодных позывов, пытаюсь отвести глаза от расколотой, обгорелой головы Джонни, и не могу. Пара кривых рогов, один с обломанным кончиком, лежат прямо передо мной. Между ними, как раз посередине, блестит что-то тонкое, длинное, как спица.
Наконец спазмы тошноты сходят на нет. Глубоко вздыхаю, смотрю прояснившимся взглядом на останки. Похоже, котелок нашего монстра взорвался изнутри. Машинально трогаю тонкий блестящий предмет. Тот качнулся, и из ошмётков обгорелой шерсти выглянул заострённый наконечник. Шевельнулось и застыло оперение на другом конце. Стрела.
– -Твою ж мать. Вот так выстрел.
Странно знакомый голос звучит над моей головой.
Переваривая мысль, как стрела могла оказаться в черепе Джонни, медленно поднимаю взгляд. Позади покойника, на верхушке большого серого валуна, стоит тоненькое создание на одной ножке, второй почёсывая лодыжку, и вертит в руках короткий лук.
Стою на четвереньках, рассматриваю лучника. Мишень из меня сейчас - лучше не бывает. Тонкая фигурка в лучах солнца кажется почти прозрачной, кажется, дунь - и улетит.
Невесомое создание спрыгивает с камня, и, неслышно ступая по траве, идёт ко мне. Солнце слепит мне глаза, я вижу только силуэт, да направленный мне в лицо лук с наложенной стрелой.
Маленькие босые ноги переступают по траве, поблескивает наконечник стрелы.
– -Это ты сделал?
– в таком знакомом и одновременно чужом голосе слышится удивление.
Стрела описывает многозначительную восьмёрку и застывает, почти уткнувшись мне в лоб.
– -Что сделал?
– слова вырываются из горла хриплым карканьем. Назойливая табличка продолжает мигать красным. Моя блондинка уже молчит, видно, отчаялась.
– -Ты разнёс ему башку. Мои стрелы не заряжены магией. Это должен быть ты. Больше некому...
Голос прерывается, и уже другой, который я сразу узнаю, произносит:
– -Сейчас ты
Наконечник стрелы уходит в сторону, щёлкает спущенная тетива. Стрела втыкается в землю, выпустив облачко пыли. Крутясь, передо мной падает флакончик толстого стекла. Во флакончике бултыхается тёмная жидкость.
– -Выпей, - говорит Арнольд. Он стоит рядом, лезвие его кинжала прижато к тонкой шее маленького лучника.
Подбираю флакон, одним глотком выпиваю зелье. В глазах немедленно проясняется, красная табличка мигает в последний раз и исчезает.
– -Лучше бы ты ему ткнул в сердце, - угрюмо говорит лучник, и я наконец узнаю его.
Мокрое платьице облепило тонкую фигурку, из-под копны спутанных волос мигают совиные глаза. Видно, Глазастой Энн пришлось побывать в воде, и это пошло ей на пользу. Бело-розовые щёки, чистая шея, длинные ресницы так и хлопают. Стройные ножки, осиная талия, и волосы не грязно-серые, а пепельные, с серебристым отливом.
Девчонка повернулась, взглянула на Арнольда, из массы пушистых, подсыхающих на солнце волос вынырнул кончик розового ушка. Острого, кошачьего уха, совсем как у меня.
Энн перевела взгляд на меня. Огромные, немигающие глаза уставились на меня, и я впервые заметил, как сужаются её зрачки. Проклятье. Она тоже эльф.
– -Нужно было вырезать ему сердце, - повторила она, кривя красивые губы.
– Это же Аристофан. Мешок золотых, и легендарный доспех в придачу. Что смотришь, красавчик? Убей его.
Глава 17
– -Легендарный доспех, говоришь? Мешок золота в придачу?
– красавчик окидывает меня оценивающим взглядом.
– -Чтоб меня разорвали когти Эринии, если я вру!
Кинжал отодвигается от горла Энн.
– -Зачем вырезать ему сердце?
– -За него отдельная плата, - эльфийка оживляется, облизывает губы острым язычком. Совиные глаза возбуждённо блестят.
Поднимаюсь на ноги. Зелье помогло, меня больше не шатает.
– -Сколько за сердце?
– интересуется Арнольд.
– -Больше, чем ты сможешь унести.
Всё, хватит. Сейчас они поделят шкуру неубитого Эрнеста.
Перешагиваю через вытянутые ноги мёртвого Джонни. Раздвоённые копыта в ошмётках травы, мускулистые ляжки. Широкая грудь в буйных зарослях шерсти, ничем не прикрытый, брутальный пах. Кровавый обрубок вместо головы.
Склоняюсь над кучей сваленной у костра добычи, не глядя, бросаю взятую на глазок половину добра в свой мешок.
– -Эй, сизарь, ты куда?
– насмешливо бросает Энн.
– Мы с тобой не закончили!
Легонько толкаю носком сапога обломки черепа Джонни. Оттуда вываливается овальный кусок кости. Мелкими буквами сбоку вьётся надпись, и цифирка в конце.