Игроки
Шрифт:
– Бернар? Ты же не собирался сегодня приходить?
Загадочный Бернар наконец меня обогнул и оказался не кем иным, как маркизом де Вализьеном. Так близко я его видела впервые. Впечатление он производил скорее отталкивающее, несмотря на приятную внешность и глубокий красивый голос. Жесткие носогубные складки делали его лицо много старше. А глаза… глаза выглядели жутковато: полопавшиеся кровеносные сосуды окрасили белок в ярко-алый цвет, расширенный зрачок казался черным. Неоднородная темнота в нем клубилась, словно стараясь скрыть за собой что-то странное… что-то нечеловеческое. Именно нечеловеческое: от маркиза веяло какой-то потусторонней
– Анри, разве я могу пропустить бал, на котором так много хорошеньких женщин, – усмехнулся одними губами маркиз. Глаза же его в улыбке не участвовали. Липко-изучающие, алчные, жаждущие, они осматривали меня с ног до головы. И взгляд был такой, что хотелось немедленно пойти и вымыться. Почти тут же маркиз выдал: – Инорита, вы очень красивы. Не хотите посмотреть на мою спальню?
От неожиданности я растерялась и не нашла, что ответить на столь вопиющую наглость. Зато не растерялся лорд Эгре. Выдвинулся чуть вперед, так чтобы оказаться между мной и этим нахалом.
– Инорита Лоран – моя невеста, – с нажимом сказал жених.
– Хочешь, пойдем с нами, – предложил маркиз. – Втроем даже интереснее.
Глаза его не то чтобы заблестели, в них начали пробиваться настоящие огненные всполохи, но огонь казался каким-то… грязным, что ли? Интерес маркиза был явный и однозначный. На главу службы собственной безопасности он не смотрел, даже когда столь щедро предлагал поделиться с ним мной.
– Бернар, мне кажется, ты слишком много выпил сегодня.
К моему удивлению, в голосе лорда Эгре прозвучала неприкрытая угроза. А маркиз де Вализьен стушевался, сказал пару слов, долженствующих показать, что он передо мной извинился, и попробовал удрать. Но лорд Эгре его догнал и начал что-то говорить. Зал они покинули вместе, и больше в этот день я не видела ни одного ни другого.
Вскоре появилась герцогская чета, и наконец начался бал. Удовольствия от него я не получила даже без жениха под боком: весть о том, что я невеста лорда Эгре, широко разнеслась и отпугивала от меня кавалеров не хуже, чем от соседней девицы ее собственная внешность, пусть и приправленная «флером». Мы с ней грустно подпирали стены почти все время, в конце вечера разговорились и дружно решили, что хуже бала до сих пор не видели.
Глава 8
То, что папа отсутствовал на балу не просто так, я поняла по его довольному виду, но решила, что исчезал он по своему основному увлечению. Найти пустующее помещение в герцогском дворце и перекинуться в карты партию-другую не составляло проблемы. Удивительно, что он вообще вспомнил, зачем там появился, и нашел меня в зале.
Я уже пожалела, что не согласилась, чтобы инора Маруа поехала на бал: все не так скучно было бы стоять, поскольку компаньонка вызывала у меня самые живые, хоть и отрицательные эмоции. Да и отец, возможно, побыл бы с ней рядом. А сейчас я чувствовала себя обиженной: те два танца, на которые меня все-таки пригласили, не утолили жажду движения, а лишь сильнее ее распалили. Я тихонько постукивала каблучками в такт поскрипыванию экипажа и думала, что быть чьей-то невестой не так весело, как казалось не так давно. Особенно если этого кого-то все боятся до заикания, и невеста – не исключение.
Я ругала про себя Гастона на все лады: если бы не он, не думаю, что привлекла
Легкое папино прикосновение к руке оказалось для меня полной неожиданностью. Обернувшись, я увидела, что он приложил палец к губам. Я удивленно осмотрелась, но ничего странного не заметила и вопросительно посмотрела на папу. Он усмехнулся и извлек из внутреннего кармана точную копию моего кольца, выданного лордом Эгре. Я чуть не завизжала от радости, но вовремя спохватилась. Кольцо вертела и так и этак, прикладывала к своему, но не нашла ни малейшего отличия. Нет, не зря тот инор говорил о своем профессионализме! Что там на магическом плане, я понятия не имела, но надеялась, что имитация на таком же уровне.
– Нужно сразу твои драгоценности в сейф положить, – с деланым позевыванием сказал папа. – А то в прошлый раз Марта так ругалась, так ругалась…
Он выразительно улыбнулся, и я подхватила игру:
– Теперь в мою комнату через окно не попадешь, там же полог. Да и в прошлый раз к нам пытался не вор забраться, а Гастон. Хотя лучше бы вор…
– Я бы тем более полог поставил, – рассмеялся папа. Он забрал у меня кольцо и положил во внутренний карман фрака. – Все же за Гастона отдавать тебя замуж предпочтительнее, чем за непонятно кого, проникнувшего в наш дом с целью его ограбить.
– Так вор бы и не полез ко мне… – Я с сожалением посмотрела туда, где скрылось кольцо. У папы, конечно, свои соображения, но я предпочла бы не выпускать из рук свое спасение. Точнее, пока лишь надежду на него. – Что у меня брать-то? Правильный вор сразу направится к сейфу, в кабинет.
– У нас сейф хорошо защищен, – гордо сказал папа.
Сказал, скорее, для возможного слушателя, чем для меня. И далее разразился целой лекцией о том, с какими сложностями придется столкнуться взломщику, если ему вдруг придет в голову нас ограбить. Сложности оказались столь обильны и разнообразны, что я бы на месте криминальной личности сразу наметила себе в жертву кого-нибудь другого, с защитой попроще.
Из экипажа я выпорхнула в отличнейшем настроении, к папиному сейфу согласна была бегом бежать, лишь бы скорее этот отвратительный артефакт, что на моем пальце, перекочевал в замечательную коробочку, способную полностью лишить его возможности каким-либо образом на меня влиять, а также передавать что-то, интересующее моего жениха. Но папа двигался неторопливо, отыгрывая роль отца, утомленного дочерними капризами. И не зря – инора Маруа ждала нас в холле, хотя время было уже позднее и она могла пойти к себе и сладко спать.
– Как прошел бал, инорита?
– Скучновато, – ответила я не слишком дружелюбно.
Этим и собиралась ограничиться. Вести светские беседы с инорой, которая меня раздражала, не хотелось, а уж рассказывать ей про лорда Эгре – тем более.
– Герцогский бал вам показался скучным? – с насмешкой сказала она. – Наверное, вы в пансионе привыкли к более изысканным развлечениям. Посты, молитвы и тому подобное. Разве может с этим сравниться какой-то жалкий бал?
– Не поверите, – резко ответила я. – Но этому балу я бы точно предпочла пост и молитву. Тогда бы мне не пришлось выслушивать от маркиза де Вализьена подобную мерзость.