Игрушки
Шрифт:
Джакс Мур встретил Лизбет у дверей и отвел в сторону.
— Какие новости о Хэйзе? — спросил он, держа в руках незажженную сигару.
— Все идет, как мы и рассчитывали, Джакс. Хэйз думает, что вернулся в свой прежний мир. Он считает, что попал в больницу после того, как подрался с тем скунсом на мотоцикле. О Европе никаких воспоминаний. Ему смутно запомнились только какие-то голоса, называвшие его человеком, но я быстро его успокоила.
На морщинистом лице Мура появилась широкая улыбка.
— Представляю — как!
Лизбет лукаво
— Тебе не нужно ничего представлять, верно?
— Ты исполнила свой долг. Отличная работа. Президент Джаклин будет счастлив, — кивнул Джакс Мур. — Теперь мы отправим его к сестрице, и когда один убьет другого — не важно, кто кого, — мы победим.
Лизбет продолжала улыбаться, но в ее взгляде мелькнула чуть заметная горечь.
— Конечно, победим. Последние тридцать лет элиты выигрывали все сражения. Разве может быть иначе?
Мур не заметил легкой тени, скользнувшей по ее лицу.
— Сегодня ты — герой дня, — продолжал он. — Так что давай раздобудем тебе выпивку и увенчаем тебя лаврами. Надо достойно встретить День семь-четыре.
Он щелкнул пальцами, и проворный робот-официант подал на подносе бокал превосходного мартини. Джакс Мур повернулся к остальным гостям. Разговоры стихли, и все выжидающе взглянули на него.
— Думаю, вам известно, что обычно Агентство не проводит брифинги в виде вечеринки с коктейлями, — начал он и подождал, когда стихнут смешки. — Но теперь особый случай. Сегодня у нас вечер сюрпризов, хотя сюрпризы предназначены не для нас. Когда наступит День семь-четыре, для людей это станет самым большим шоком за всю их чертову историю. Друзья мои, всего через восемьдесят часов человеческая раса полностью исчезнет с лица земли. Величайшая угроза миру перестанет существовать. Да будет так!
— Мы долго ждали этого дня, — добавила Лизбет. — Слишком долго.
Гости взволнованно загудели: для сухих и сдержанных элитов это был почти невероятный всплеск эмоций.
— Кроме того, я хочу сообщить, что успехом грядущего события мы во многом обязаны этой очаровательной даме, — заключил Мур и дружески обнял ее за плечи. — Я поднимаю тост за Лизбет Бейкер — ослепительную звезду этого вечера. Никто не сделал так много для победы, как она!
В зале дружно звякнули бокалы, и все наперебой бросились поздравлять Лизбет.
В ответ она грациозно подняла свой бокал и одарила всех еще одной обаятельной улыбкой. Но через пару минут Лизбет незаметно отделилась от толпы и нашла спокойный уголок, чтобы побыть наедине с собой. Радость долгожданного триумфа омрачалась неприятной мыслью, которая разъедала ее изнутри. Основой ее жизни был всегда холодный разум, и она презирала тех, кто позволял себе любые сантименты. Но что делать, если они поселились в тебе самой?
Ей было плевать, если эти тошнотворные людишки исчезнут с поверхности планеты. Для нее они были все равно что насекомые, если не хуже: чем скорее они перестанут существовать, тем будет лучше для всех, даже для них самих.
Ее беспокоила совсем другая
Когда она узнала, что он человек, то, разумеется, пришла в ярость. Именно она придумала, как превратить мужа в пешку в войне против собственных сородичей, а потом вычистить все эти события из его памяти. Еще несколько часов, и он умрет: любящий отец и муж, истинный герой, человек, который сделал ее жизнь такой увлекательной и яркой. Ее уже начинала разъедать горечь потери, и никакой интеллект ничего не мог с этим поделать. Она все еще любила его — вот в чем была проблема.
«Кончай это, Лизбет! — сказала она себе с яростью. — Хэйз всего лишь презренный человечишка».
Когда она направилась назад к гостям, кто-то похлопал ее сзади по плечу. Она обернулась и увидела бывшего друга и партнера Хэйза, верзилу Макгилла. Тут курил сигару, как и его наставник Джакс Мур.
— Как тебе секс со скунсом? — осведомился Макгилл, открыто пялясь на ее бюст.
Наверное, слегка перебрал на вечеринке.
— Хэйз должен быть счастлив и спокоен до тех пор, пока от него есть польза, — холодно ответила Лизбет. — То есть до Дня семь-четыре. Я всего лишь исполняю свой профессиональный долг.
— Ладно, но скажи мне, когда захочешь чего-то поострее — с другим профи.
«Лучше я пересплю с бабуином», — вертелось у нее на языке, и сравнение было очень верным. Хотя… разве это не станет лучшей местью мужу, который нанес ей такой предательский удар?
— Что ж, вдовушкам всегда нужно утешение, — ответила она и в первый раз за вечер улыбнулась от души.
Теперь она снова была сама собой: разумной, уверенной, а если нужно — беспощадной.
— Я буду рядом, — пообещал Макгилл и добавил: — В конце концов, я тоже должен выполнить свой профессиональный долг. Мы ведь элиты, верно?
Она весело рассмеялась и тоже закурила сигару.
Глава 80
Я вышел на улицу с туманом в голове и отправился на свою любимую дорожку, тянувшуюся по извилистому берегу озера Империал.
Уже по дороге я начал разминаться, а потом перешел на легкую трусцу, проверяя, как реагирует тело. Кто знает, может быть, последствия ранения более серьезны, чем мне показалось на первый взгляд?
Но я чувствовал себя отлично, намного лучше, чем можно было ожидать, и через пару минут уже легко и свободно летел по набережной длинными десятиярдовыми прыжками.
Это место нравилось мне еще и потому, что на прибрежном шоссе почти всегда было мало машин. Скоро меня обогнал одинокий фургончик, принадлежавший службе доставки какой-то медицинской компании, и спустя сотню ярдов свернул к станции техобслуживания.
Когда я поравнялся с фургоном, водитель как раз пытался вытащить из него какой-то громоздкий механизм.
Я немного сбавил ход.
— Нужна помощь? — крикнул я.
Лизбет всегда ругала меня за эти «бессмысленно-добродетельные импульсы», как она их называла.