Игры ночи
Шрифт:
– Что же ты молчишь?
– Голос Сирины мягко поплыл в воздухе ночи. Не было, никакого, крика.
– Я - не запрещала тебе говорить, Михаэль.
Мужчина усмехнулся.
– Туше, малыш.
– Склонил он голову, признавая попадание ее "словесной рапиры".
– Но, я был вынужден запретить высказываться тебе.
Михаэль подошел ближе, зная, что она подпустит его, даже если ее окружает защита из силы. Между возможностями двоих, не было уже разделения в общем единении. Они не стояли на месте, адаптируясь к тому, во что вампир обратил их.
–
– Мужчина остановился рядом с любимой, кончиками пальцев обводя контур лица девушки. Просто потому, что не мог не ласкать.
– Ты - не человек, более. Ты - вампир, милая. А мы, живем и общаемся по иным законам... Хотя, это лишь человеческая иллюзия, малыш. И в том мире, всем управляет - большая сила.
Она молчала.
А Мастер, он не мог понять, что осознает девушка, из того, что он говорит.
Это было невероятно, но... она старалась отгородиться от него. Отстаивая свое право на личное пространство.
Дьявол!
Это бесило вампира!
Между ними не должно было стоять НИЧЕГО! Михаэль не хотел терпеть этого!
Его пальцы погрузились в ее волосы, захватывая тяжелые, льнущие к его рукам, локоны. Это была ее, собственная, тьма. Но, она признавала, и покорялась ему, как и сама Сирина. Потому что, черт все забери, именно так и должно было быть.
Потому что - это было желание мужчины!
– Не смей отстраняться от меня, малыш.
– Он притянул ее лицо к себе, собирая пряди в пригоршни.
– Между нами не будет пространства. Между нами не будет ограничений.
– Он говорил тяжело, коротко, прерывисто. У него не было сил сдерживать свою тьму, из-за ее попыток себя огородить. Михаэль прижал горячее тело девушки к своему, наглядно демонстрируя то, что требовал от любимой.
– Мы - единое целое. Что тут не ясно, Сирина?
– Меня утомляют твои постоянные требования, Михаэль.
– Не смотря на столь, ... покоренное положение, Сирина не утратила все той же, холодной сдержанности, которая была в ней с момента ухода.
Это, только больше распаляло тьму самого мужчины.
Очевидно, эти два чувства пытались друг друга погасить, чтобы привести их к прежней, эйфоричной гармонии.
– Сколько можно пытаться столкнуть меня с реальностью, большой и жестокий вампир?!
– Приподняла бровь Сирина, обвивая его шею руками, погружая свои пальцы, в его волосы. Но..., продолжая возмущаться им внутри.
О, он великолепно ощущал ее гнев. В самом деле.
– Я не хочу жить так!
– Она положила свои пальцы на его щеку, словно сомневаясь, что он не слушает ее. Будто боясь, что любимый отведет глаза, отметая ее доводы.
– Я не буду поступать так, как ты считаешь нужным, только потому, что тебе пожелалось обратить меня, Михаэль. О, и кстати, если тебя так напрягает разделение - где ты был эти десять лет? Что-то, я не наблюдала твоего явного присутствия в моей жизни.
Ему нечего было сказать на это. Он не был готов признать свои опасения и страх. Более того, даже не представлял, что хоть когда-то созреет для подобного. Михаэль не
Дьявол его забери!
А потому, мужчина просто молчал, выслушивая негромкие и справедливые упреки любимой.
– О, можешь не говорить.
– Усмешка появилась на ее губах, но она не нравилась Михаэлю. Он хотел стереть эту горечь, касанием своих губ. Лишь бы, она позволил подобное. Но, навряд ли стоило упоминать о таком сейчас.
– Ты ушел, Михаэль. И я сама училась убегать от реальности. Так не надо, теперь, этим способом, упрекать меня.
Сирина смотрела ему в глаза, и мужчину мучила ее боль.
Он никогда не хотел, чтобы ей было так больно!
Дьявол! Нет!
Но, сам и причинил подобную муку...
– Я привыкла иметь много друзей, Михаэль. Потому что, тогда - мне было легче скрываться от действительности за ними. И - я буду и дальше так жить, черт тебя забери!! Ох, и да, мне плевать, что все мои друзья - будут демонами и кровожадными, сумасшедшими вампирами. Не это должно меня волновать, не так ли?! Не после того, кого я так полюбила!
– Рина хотела отвернуться, отойти.
Но, и понимая, разделяя ее чувства, Михаэль не собирался отпускать от себя Сирину. Он уже давно определил узор их танца. В их паре нет расстояния. Чтобы ни считала любимая. Хотя, и она, меньше всего, желала отступить.
– Я буду смотреть на мир так, как мне легче видеть его, и ты будешь принимать это, Михаэль! Просто потому, что никакие твои требования, не изменят этого. Я не могу воспринимать свою жизнь иначе. Если ты не согласен - можешь делать что хочешь. Только, проще будет просто убить меня, и найти себе более сговорчивую рабыню.
Она издевалась над ним?!
Сирина его убивала тем, что говорила!
– Я не смогу сделать этого, малыш. Мне не нужен никто другой. И ты...
– Михаэль обхватил ее подбородок пальцами, возвращая контакт их глаз.
– Ты - не рабыня. Ты часть меня, Сирина.
Вампир наклонился, почти соприкасаясь с ее кожей, не имея более сил терпеть отчаяние, нарастающее внутри девушки.
– Я не тот, кто станет на колени, вымаливая прощение, малыш.
– Хрипло произнес Мастер, касаясь губами уха любимой. Но, даже ощущение ее дрожи, ее потребности в нем, не приносило ему облегчения из-за того, что затаилось в ней, за этими порывами.
– Но, если это необходимо для того, чтоб ты простила меня ...
Сирина остановила его, положив свои пальцы поверх шепчущих губ.
– Я не хочу, чтобы ты менялся или ломал себя ради меня, любимый. Я принимаю тебя именно таким.
– Ее голос, впервые за это время, прорезался чувством.
– Но, - она усмехнулась, - я ТРЕБУЮ такого же отношения и к себе. Неужели, это составляет сложность для тебя, Михаэль?
– Ты подвергаешься опасности.
– Мастер не хотел отрываться от ее пальцев, обхватывая ее кисть своей рукой, и продолжая убеждать ее, целуя внутреннюю поверхность ладони Рины при каждом слове. Дразня, медленным шевелением своих губ.