Игры ночи
Шрифт:
Эта... девушка..., не лгала ему...
Ротан не касался ее, как и Теодорус... как и еще, дьявол все раздери, хоть кто-то, другой!
Не то, чтобы это имело значение для Максимилиана...
Он не знал, имело ли такое смысл... у него, никогда не было девственниц.
Вампир не желал иметь их, не считая теми, кто будет способен вынести его методы получения удовольствия...
Но, в тот момент, когда осознание ее правды, потонуло в бездне заполонившей его тьмы...
Когда ее зубы, так крепко, но, все же...,
Что-то, неведомое и недостижимое ранее, вырвалось на волю, из глубины существа вампира. Что-то, что было яростней, и страшнее его безумия.
Примитивное и дикое, сметающее любую, чудом оставшуюся мысль в его голове, заменяя их - горловым рыком.
Что-то, что заставляло его тело, раз за разом погружаться в нее, не зная и не имея пощады... Только, та, что была в его руках, и не просила ее, обвивая его талию своими ногами, лишь облегчая скольжение плоти того, кем стал Макс в ее узком и тесном, одурманивающем вампира, жаре...
А когда, девушка застонала, так и не отпуская его, прикушенной ею руки, начиная биться в судорогах,... не смерти... удовольствия... Максимилиан нарушил слово, которое сам дал себе, предшествующим вечером, погружая свои клыки, одновременно с очередным толчком тела, в точку перехода ее шеи в плечо.
Жадно и неистово глотая эту ароматную, переполненную наслаждением, алую кровь...
И сам, почти разрушаясь, в оргазме...
А, спустя бесконечное время, когда услышал, как протяжно и неторопливо, стал биться ее пульс, вампир задал единственный вопрос:
– Как твое имя?
Однако, еще до того, как хриплый и надломленный, рожденный измученным горлом, голос, тихо прошептал :
– Элен...
Вампир уже знал, что лишь одно понятие "МОЯ", будет определять ее для него...
***
– Как ты смог упустить ее?!!
– Теодорус, со всего размаху, отбросил Ротана на стену, практически, впечатывая колдуна в нее.
– ГДЕ ХЕЛЕН?!
– Я не знаю!
– Закричал в ответ, разозленный Ротан, не обращая внимания на свои, довольно значительные повреждения.
Он вампир, увечия ему не грозили. Если только... колдун зарычал, вспоминая о своем, изуродованном лице... Виновные в этом, так и не отплатили ему, за ту боль...И, если вспомнилось уж об этом...
– Там был Максимилиан.
– Задумчиво проговорил Ротан, поддевая носком сапога безвольное и безжизненное, человеческое тело.
Эта дура им, только, испортила все.
Но, они ей достойно отплатили. Впрочем, никто, и с самого начала, не собирался обращать Саманту, даже не понятно было, отчего эта женщина - так решила. Еще раз пнув тело, колдун отбросил обескровленный труп со своей дороги, и начал метаться туда-сюда по залу.
– Там был Макс...
– Повторял он, просчитывая варианты...
Вспоминая о том, как этот вампир
Если, конечно, тот причастен к исчезновению Хелен.
Аристарх не смог ничего внятного сказать. Он был растерян, хоть и скрывал это за гневом. В конце концов, их заказчик, так же, многое терял при таком положении в общем деле. Значит, он не откажется помочь, в конце концов, Максимилиан его творение...
Теодорус застыл, словно каменное изваяние, безразлично наблюдая за метушней своего компаньона. Он ждал, не имея многих талантов своего творения. Но, ведь именно для этого, Вампир когда-то и обратил колдуна, не так ли? А значит, он просто дождется, когда тот, вернет ему их потерю.
И древний вампир продолжил свое наблюдение.
Ротан начал совершать новый круг по огромному помещению.
Мог ли Макс что-то знать? Или же, просто поддался своему безумию и искушению? Уничтожая женщин, которые оказывались в его поле зрения?
У чернокнижника был неплохой вариант узнать, жива ли, еще, их Хелен. Мужчина замер посреди зала и, закрыв глаза, начал искать отголоски ее сущности, которую успел довольно неплохо узнать, за все это время...
А потом, потом в игру вступит Аристарх, и колдун выяснит, имеет ли тот безумец к этому, хоть сколь значимое отношение.
***
Максимилиан смотрел на спящую, измученную им девушку, которая, лежа на животе, прижималась к его телу, вновь рождая в вампире неудовлетворенную боль желания. В который раз, заставляя напрягаться и твердеть его плоть.
Какого дьявола, она сотворила с ним?!
Какого, безумного, проклятого дьявола?!
Почему он вот так повел себя с этой... этой...
Элен...
Вампир уже не смог назвать ее девкой...
Он никогда не спрашивал имен своих жертв, сколько бы с ними не забавлялся. Если же Мастер обращал кого-то, у них было только одно определение - низшая. Никто не удостаивался имен.
Никто...
Но не Элен.
И вот это, так же, как и непонимание происходящего - бесило его.
Какого черта, бездна его поглоти?!
Вампир не понимал себя... Это что, новая разновидность безумия?
Но, еще опаснее было то, что он не понимал... Элен, и свое к ней отношение.
Это дезориентировало и раздражало Макса.
Прерывисто вздохнув, девушка перевернулась в кровати, ложась на спину, ближе подвигаясь к нему. Еще теснее, чем до этого, прижимаясь к вампиру. Вызывая из груди мужчины низкий, полный желания обладания - рык.
Максимилиан попытался взять себя в руки. Это не было характерно для него. Отнюдь.