Игры сердца
Шрифт:
— Если я не вернусь с тобой назад, то буду скучать по разыгрывающемуся подростковому роману Финли Холлидея и Клариссы Хейнс, тогда определенно не смогу сыграть обалденную, крутую, в ковбойских сапогах, художницу гончара фею-крестную тетю Дасти.
Майк решил заткнуться.
Это было хорошее решение, учитывая, что Дасти еще не закончила.
— Ноу хочет, чтобы я спела с его группой в следующий раз, когда буду дома и они будут репетировать. Рокки классная, и она мне нравится. Мерри веселый, и он мне действительно понравился. И Ноу, и Рис далеко не готовы самостоятельно сесть на лошадь, так что уроки верховой езды нужно продолжить,
Она замолчала.
Поэтому Майк счел нужным спросить:
— Ты закончила?
— Нет, — ответила она, а затем закончила: — Самое главное, что здесь, нет тебя.
Черт.
Мать твою.
— Ангел, — прошептал он, но больше ничего не сказал. Его грудь горела, он обнаружил, что не может из-за этого сильного жара в груди произнести ни слова.
— Техас не смоет волной, если я уеду, Майк, — мягко произнесла она. — Ты знаешь, я решила, что не буду продавать ранчо. Я собираюсь его сдавать. Я не закрываю здесь двери. Но одна некоторое время назад дверь открылась, и я думаю, ты помнишь, что я вошла в ту дверь.
— Я не хочу, чтобы ты о чем-то сожалела потом, — мягко ответил Майк.
Она покачала головой и снова прижалась ближе.
— Я участвовала во множестве сердечных игр, красавчик. Бросая кости снова и снова, много рисковала, часто терпела неудачу. Наконец-то, кажется, у меня появился шанс выиграть. Я не хочу сейчас перестраховываться.
Бл*дь.
Черт побери.
— Ты очень сильно хочешь, чтобы я познакомился с Джеррой и Хантером? — спросил Майк.
Он наблюдал, как она моргнула, затем спросила:
— Прости?
— Ты очень сильно хочешь, чтобы я познакомился с твоими друзьями?
— Э-э… сильно. Так же сильно, как они хотят встретиться с тобой.
— Понятною Они очень разозлятся, если мы опоздаем на час или два?
Забрезжил свет, ее глаза вспыхнули, ему пришлось бороться, его член стал твердым, но даже когда на ее лице отразилась нежность, ее губы ухмыльнулись.
— У них есть няня. С тех пор как я позвонила свой подруге в среду и сказала, что мы приезжаем, Джерра словно с ума сошла, можно подумать, будто я ей сказала, что приеду с Чарли Ханнэмом. Она звонила семь раз. Если мы опоздаем хотя бы на десять минут, она сойдет с ума.
— Кто такой Чарли?
— Чарли Ханнэм, Джакс из «Сынов анархии». Она смотрит этот сериал с благоговением. У нее есть кофейная кружка «Сыны анархии». Пепельница «Сыны анархии», хотя она и не курит. Футболка «Сыны анархии». И у нее есть бумажник «Сыны анархии», которым она действительно пользуется, с надписью: «Что бы сделала Джемма?» Она сказала Хантеру, если Чарли Ханнэм появится в дверях ее дома и скажет, что она женщина его мечты, она бросит Хантера и детей. Хантер обычно непринужденно относится ко многим увлечениям Джерры, но, учитывая, что он наполовину американец мексиканского происхождения, наполовину представитель среднего класса, темнокожий, черноволосый и абсолютно не похож на Чарли Ханнэма, не говоря уже о том, что он на десять лет старше Чарли, он, по какой-то причине, не находит это забавным. Так что выше голову, детка. Не упоминай «Сынов анархии» и ни в коем случае не упоминай Чарли Ханнэма, иначе полетят искры, и я обещаю, что ты обожжешься. («Сыны анархии», или «Дети анархии» (англ. Sons of Anarchy) —
— Итак, подводя итог всему сказанному, ты говоришь, что я не могу затащить тебя в постель и трахнуть, чтобы сказать спасибо за то, что мне стало легче.
Она растаяла на его теле, но тихо ответила:
— К сожалению, не можешь.
Она была права. Это было прискорбно.
— Тогда нам лучше выдвигаться.
Она не пошевелилась и не отпустила его.
Вместо этого позвала:
— Майк?
Он скользнул рукой обратно к ее подбородку и ответил:
— Да?
— Уверен, что полегчало?
Он посмотрел ей в глаза и прошептал:
— Да.
— Ты видишь, как я от многого отказываюсь. Но не думаю, что ты получаешь то, что приобретаю я.
— Я получаю.
— Тогда я не уверена, что ты понимаешь, как много это значит для меня.
Он втянул воздух, и жжение в груди вернулось.
— Ну, если бы я не спросил, — его глаза устремились в окно на темнеющий горизонт, затем они вернулись к ней, — теперь я знаю.
Она выдержала его взгляд.
Затем улыбнулась.
Затем прошептала, сжимая руку:
— Хорошо.
Затем приподнялась на цыпочки, быстро поцеловала его, опустилась на ноги, затем они сели во взятый напрокат внедорожник и поехали в «Шуба».
* * *
— Если хочешь, я могу найти тебе кожаный ремешок, и ты сможешь прикусить его. Это не облегчит боль, но это будет означать, что ты не будешь кричать.
Это был Ривера, дававший техасский совет, как сидеть в салуне и бездельничать, наблюдая, как твою женщину в третий раз выбрасывает из седла механический бык.
Да, в третий раз.
Очевидно, она часто пыталась объездить механического быка, но лучше не становилось. Майк понял потому, что через две секунды после произнесенных слов Риверы Дасти вылетела из седла и приземлилась в кучу поролона, покрытого множеством, такой же кучей опилок.
Она вскочила на ноги, волосы развевались, опилки полетели во все стороны, немного пошатываясь, пытаясь удержать баланс на поролоне. Обретя равновесие, она вскинула вверх руки и завизжала:
— Пошла!
Толпа обезумела.
Да, в третий раз.
— Господи, — пробормотал Майк.
— Это твоя расплата, — пробормотал Ривера в ответ, и Майк оторвал взгляд от своей женщины, стряхивающей опилки, на красивого, наполовину мексиканского американца, наполовину «среднего класса» мужчину, сидевшего с ним за столом и улыбающегося широкой белозубой улыбкой.
— Что прости?
— Ты уложил ее на лопатки, — напомнил ему Ривера. — Так вот, я мог бы позвонить и предупредить тебя, перед тем, как вы приехали, что «Шуба» — не то место, куда стоит… — Он замолчал, — приводить Джерру и Дасти. Мы могли бы пойти в кантину «Дель Рио». Лучшая мексиканская кухня за пределами Мексики. Тихо, пока группа мариачи не начнет играть между столиками. И хотя текила и сок лайма льются рекой, а эти две женщины становятся громкими от выпитого, там нет механического быка, на которого можно забраться, и нет ди-джея, которого можно умоляя, уломать, чтобы он сыграл «Achy-Breaky Heart». (Билли Рэй Сайрус «Achy-Breaky Heart»