Игры сердца
Шрифт:
Затем он прошелся по улицам, обогнул полицейский участок сбоку, подошел к внутренней стоянке, сел в свой внедорожник и поехал домой. Дасти должна была готовить на всех ужин — для его детей и семьи Ривера.
Он ехал, решив, что расскажет Рис и Ноу о том, что сделала их мама. Они долго ждали, когда ей станет на них не наплевать. Теперь, когда она стала изменяться, они должны об этом узнать.
Он надеялся, черт возьми, что это не единоразовая акция с ее стороны. Но даже если бы этого было и так — единственный жест, на который она способна, они должны были это узнать.
И они узнают.
* * *
Полдень
Майк и Дасти только что вернулись из аэропорта, следуя за Риверо в их арендованном автомобиле, чтобы выжать последние секунды из их визита, проводив их через таможенный контроль.
Теперь они шли с Лейлой через поле, Дасти, чтобы засесть за гончарный круг, Майк, чтобы поговорить с Фином.
Дасти пребывала в тихом, задумчивом настроении, и Майк правильно истолковал ее молчание как тот факт, что она будет скучать по своим друзьям. Она начала сближаться с Шерил, Вай, Рокки, Феб и их командой, но потребовались бы годы, чтобы создать с этими женщинами нечто такое, что у нее было с Джеррой, хотя повторить то, что у нее было с Джеррой с другими ей все равно не удастся. Майк знал, что все женщины крутых мужчин Бурга были хорошими женщинами, хотя некоторые из них были совершенно чокнутыми. И те отношения, которые в конечном итоге Дасти с ними выстроит, будут хорошими.
Он понимал, что ее настроение было связано с отъездом Ривера, а не с чем-то еще, потому что остальное происходило само собой. Он рассказал ей, что у них есть на МакГрата и Дебби, и она была в курсе их плана заставить их отступить. Он также объяснил, что произошло с Одри. И Ронда вдруг заявила Делле, что предпочла бы сама ходить за продуктами для мальчиков, готовить ужин по вечерам и убираться в доме. Она также взяла на себя кормление лошадей Дасти по утрам. Еще оставалось — укладывание готовой посуды Дасти в ящики, но Ронда наконец-то сделала шаг вперед, уделяя внимание своему дому и семье.
Так что свет в конце туннеля появился. Если бы они смогли обездвижить Дебби и МакГрата, жизнь была бы просто прекрасной.
Он с нетерпением ждал этого.
Они остановились на обширной территории между фермой и домом, она повернулась и посмотрела на него снизу вверх.
— Я пошла, — тихо сказала она, кивнув в сторону сарая, Майк подошел ближе, поднял руку и обхватил ее за подбородок.
— Летом, когда у детей начнутся каникулы, мы поедем в Техас.
Она прижалась подбородком к его руке и прошептала:
— Спасибо, красавчик.
Он опустил голову, коснулся губами ее губ, затем поднял голову и мягко приказал:
— Иди, работай.
Она улыбнулась ему, он опустил руку, и она направилась к сараю. Лейла стояла в нерешительности, переводя взгляд с Майка на Дасти, поэтому Майк поднял руку и указал на удаляющуюся фигуру Дасти, Лейла повернулась и побежала вслед за женщиной Майка.
Он двинулся к дому. Дасти написала Фину, он ответил, что пришел с полей пообедать. Она попросила его задержаться, Майк хотел с ним поговорить. Когда Майк вошел через черный ход, он увидел Фина у раковины с банкой колы, поджидающего его.
Фин опустил руку, посмотрел на Майка и пробормотал:
— Привет, мистер Хейнс. Все в порядке?
Майк отметил, что его глаза были настороженными, но поза расслабленной. Рис и Ноу находились у матери в эти выходные, и сегодня был один из тех немногих случаев, когда каждую свободную минуту Фин не проводил с дочерью Майка. Тем не менее Майк даже не сомневался, что они постоянно переписывались, как и в любое другое время, когда им приходилось
— Да, все отлично. Просто нужно перекинуться парой слов, — сказал Майк, подходя, но останавливаясь в четырех футах от него, прислонившись бедром к стойке. Он оперся рукой о стойку, встретился взглядом с Фином и тихо спросил: — Как с мамой все в порядке?
Фин кивнул.
— Она вышла из своего дерьмового оцепенения… э-э, я имею в виду, кажется, тогда мы ее привели в чувство, мать твою.
Майк пропустил ругательства мимо ушей и кивнул в ответ, пробормотав:
— Хорошо. — Затем продолжил: — Тебе стоит знать, я тут работал с некоторыми из моих парней в участке, а также с другими друзьями. Похоже, у нас есть кое-какие рычаги воздействия на твою тетю Дебби и Берни МакГрата. В следующую неделю или две станет жарко, но то, что у нас есть, выглядит неплохо, они должны будут отступить.
Пока он говорил, внимательный взгляд Фина стал горячим и напряженным, но он просто кивнул подбородком, когда Майк закончил, пробормотал:
— Спасибо, мистер Хейнс. Не знаю, смогу ли я…
— Ты ничего не должен мне. Дасти — моя женщина, а это значит, что она член семьи, так что и ты член семьи. Члены семьи всегда встают на защиту семьи, так что, если ты перебираешь в уме, как сможешь мне отплатить, то остановись. Это жизнь, Фин. Может наступить такое время, когда ты сделаешь то же самое. Так бывает. Отпусти это.
Фин задержал на нем взгляд, затем снова кивнул подбородком.
Майк втянул воздух.
Собирался ли он, черт возьми, сделать это?
Он посмотрел на парня, уже мужчина перед ним, в его голове промелькнули воспоминания, как Фин делал уроки с дочкой Майка, улыбался дочке Майка, держал ее за руку, открывал для нее дверцу машины, вел ее в «Суонк», его рука лежала у нее на пояснице.
Черт, он все же собирался, мать твою, сделать это.
— Ты в курсе, что у меня есть правило, что Рис не ходит на свидания в машине, пока ей не исполнится шестнадцать, — заявил Майк.
Это подогрело интерес Фина, а также заставило его тело дернуться.
Но Фин успокоился и ответил:
— Да. Знаю. Это круто. Все хорошо так, как есть.
— Я отменяю это правило.
Майк наблюдал, как тело Фина становится твердым.
Он хотел побыть наедине с дочерью Майка.
Вот черт.
Мать твою.
Майк сделал еще один вдох и тихо сказал:
— Я отменяю, потому что наблюдал за вами двумя, и я доверяю тебе. Ты дал понять, что она тебе небезразлична. Ты вступился за нее тогда. Защитил ее. Ты сохранил свое лицо в ситуации с этими чертовыми подростками, приняв зрелое решение, что является еще одним способом защитить ее, а не подвергать ее еще большему риску. Я отменяю это правило, зная, что ты не обманешь и не подведешь меня. И под этим я подразумеваю, что моей дочери всего пятнадцать. От меня не ускользнуло, что у тебя имеется некоторый опыт общения… эээ… с девушками. Так что я хотел бы поделиться некоторыми мыслями с тобой на этот счет, Фин. Она переживает за тебя, доверяет тебе, но она слишком чертовски молода, чтобы пойти на что-то большее с тобой. Не сейчас. Не через два месяца. Не через десять. Даже не через год. Я позволяю вам обоим встречаться, так как знаю, что ты не проявишь неуважения к моей дочери, а, следовательно, не проявишь неуважения ко мне. И если я обнаружу, что ошибся на твой счет, я ничего не смогу уже сделать, чтобы что-то изменить. Но я буду чертовски разочарован.