Иллюзии
Шрифт:
– Пора, мисс Вудард, – сказал он.
Несмотря на прохладный ночной воздух, Риво стянул с себя шелковый жилет, как будто он жег его кожу. Затем он вновь поймал руку Фрэнсис и пошел в дом, увлекая девушку за собой. Камзол маркиза соскользнул с ее плеч. Он вел ее через дом, и Фрэнсис пыталась приноровиться к его широким шагам.
Большинство гостей набились в зал для танцев. Они понимающе перешептывались и отступали в сторону, давая Риво и Фрэнсис пройти. Она была наложницей из Индии. Никто не видел в ней ничего другого, и меньше всех Риво. Интересно, что, по их мнению, это должно означать? Она была тщательно
С готовым выпрыгнуть из груди сердцем Фрэнсис смотрела, как в дверь нетвердой походкой протиснулся Доннингтон. Он был растрепан, помят и неуверенно хихикал. Лицо его было багрово-красным, галстук отсутствовал, камзол топорщился во все стороны. У Фрэнсис мелькнула мысль, что он, должно быть, надел чужую одежду.
Риво отвел ее в дальний конец залы.
– Стойте тут, – хриплым голосом сказал он. – Не уходите. Вам ничего не грозит.
Выпустив ее руку, Риво взобрался на помост, где располагались музыканты. Лорд Доннингтон последовал его примеру. Раздался оглушительный шум: толпа разразилась приветственными криками и затопала ногами. Фрэнсис на мгновение закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание, но ее сердце стучало так громко, что ей никак не удавалось сосредоточиться.
Она слышала, как негромкие слова маркиза падали в толпу:
– Настало время, леди и джентльмены, объявить награду, которую я выиграл у лорда Доннингтона.
Неужели это для него всего лишь шутка? Снова раздались неистовые аплодисменты. Фрэнсис открыла глаза.
В ослепительном сиянии люстр его пристальный взгляд, казалось, пожирал комнату. Темные волосы в беспорядке падали на его пылающий лоб, глаза горели огнем. Распахнутая белая рубашка открывала сильную шею. Все его прежнее изящество исчезло, как, впрочем, и всякий намек на нежность, цивилизованность или сдержанность. Лорд Риво был похож на пирата. И, подобно пирату, он готов был силой взять то, чего жаждал.
Риво поднял руку, и в зале воцарилась тишина.
– По условиям пари он может взять все, что пожелает. – Глаза Доннингтона были затуманены. – Абсолютно все!
Маркиз повернулся к Доннингтону и поклонился. Его непринужденность выглядела искусственной, как будто он с большим трудом управлял своим телом.
– Может, это будете вы, милорд? Наверное, нет. В конце концов, меня считают знатоком. Но я в полной нерешительности. – Его взгляд скользнул по присутствовавшим в зале в поисках Фрэнсис, и их глаза встретились. Она изо всех сил старалась сохранить спокойствие, но оно мгновенно улетучилось, когда маркиз снова повернулся к Доннингтону. – Что мне действительно необходимо, так это галстук.
Бетти вскочила на стул и подняла юбки, демонстрируя повязанный на ее бедре галстук Риво с бриллиантовой булавкой.
– Поскольку я, похоже, лишился своего галстука, Доннингтон, не будете ли вы
Зал вздрогнул от какофонии всевозможных звуков: смеха, приветственных выкриков и аплодисментов. Лицо Доннингтона исказилось судорогой, но он снял галстук и протянул своему мучителю.
– Тогда условия пари будут выполнены, маркиз?
Облегчение в душе Фрэнсис боролось со страхом. Затаив дыхание, она ждала ответа Риво.
Лорд Риво принялся завязывать галстук, но он выскользнул из его рук на пол, будто длинные, гибкие пальцы маркиза были не в состоянии завязать его. Складка в уголке рта выдавала его напряжение.
– Боже мой, Доннингтон, это будет чертовски дорогой галстук! Двадцать тысяч фунтов, правда? В Фарнхерсте есть только одна ценность, которая может удовлетворить условиям нашего пари. – Он повернулся и надменным жестом указал на Фрэнсис. – Кто может найти более экзотическую женщину? Она гораздо дороже всяких рубинов.
Но его зрачки огромны, а глаза серьезны! Что происходит? Фрэнсис ощутила неподдельный ужас, когда Риво сделал слишком быстрое движение и потерял равновесие. По толпе прокатился стон, от которого заколебалось пламя свечей, маркиз упал на пол – довольно-таки грациозно – к ногам первой скрипки.
Боже милосердный, он пьян или болен? Не раздумывая ни секунды, Фрэнсис взбежала по ступенькам и наклонилась над ним. Риво поднял на нее глаза и рассмеялся. Это был дикий, необузданный смех пьяного. Затем веки его опустились, скрыв несфокусированный взгляд широко раскрытых глаз.
– Где я: среди пурпурных полей лотофагов или в дремучих лесах Диониса? – Он перевернулся на спину и затрясся от сдерживаемого смеха. – Увы, мисс Вудард, пора нам покинуть это сборище грубиянов.
– Боже милосердный, – произнес кто-то из гостей, – да он же совершенно пьян.
Риво вновь рассмеялся:
– Но не до такой степени, чтобы не знать, что нужно делать с красивой женщиной, сэр!
Он обхватил ее лицо ладонями и притянул к себе. Она пыталась сопротивляться, но его губы прижались к ее губам. Толпа одобрительно заревела, и он отпустил ее.
Вспыхнув от обиды, Фрэнсис схватила маркиза за грудки и дала пощечину, больно ударившись пальцами о его скулу.
– Вы совершенно распущенны, – прошипела она, – непорядочны и лишены какого бы то ни было благородства.
Его веки, затрепетав, поднялись, открыв все тот же лихорадочный, невидящий взгляд, и он оглушительно расхохотался. Он был опасен, со своим прекрасным лицом и злым юмором, хотя за его буйством скрывалось что-то очень серьезное, куда Фрэнсис никак не могла проникнуть. Зрачки этих темных глаз не сузились до размера булавочной головки, как от опиума, но в то же время лорд Риво и не был пьян.
Маркиз поднял руку и сжал запястье Фрэнсис. Прикосновение его пальцев обожгло кожу.
– Тогда докажем это, дорогая? – спросил он. – Давай, пора в постель!
Неуверенным движением он поднялся на ноги и прижал ее к груди. Толпа буквально обезумела. Буйство било через край. Они пробились сквозь нахлынувшую массу тел, выбрались из зала и стали подниматься по лестнице. Многие последовали за ними. Риво продолжал мертвой хваткой держать ее, обняв рукой за талию и заслонив своим телом, как щитом. Они торопливо миновали коридор и наконец протиснулись в дверь его комнаты.