Именинник
Шрифт:
— Серьёзно, — повторил он. — Боишься что ли?
И последовав интуиции, я рывком вскочила с дивана, но даже шагу сделать не успела. Обхватив меня в кольцо рук, мужчина сжал мою талию, обрушился на мое тело и повалил своим весом на пол. Нет, такого просто не может быть. Я будто все еще находилась во сне, в прострации, где угодно, но только не здесь. Не на полу. Не на мягком, белом ковре, прижатая телом мужчины, который возвышался надо мной как опасная, хищная птица, при этом презрительно оскалившись.
— Пожалуйста, —
Сергей поджал мое тело под себя, грубо стянул плед, небрежно обернутый уже где-то вокруг нижней части бедер, куда подальше. Почувствовав через тонкую ткань своих коротких шорт-велосипедок эрекцию бывшего парня, я отвернулась к панорамному окну инстинктивно, надеясь на помощь зевак-соседей, бездумно глядящих из окна. Но никаких соседей в доме напротив, не было. Мой мобильный лежал на прозрачном журнальном столике, до которого невозможно было дотянуться.
Мужчина наклонился и оставил на моей шее липкий поцелуй, стремясь ниже, к верхушкам груди, бесстыдно оголенным. Полупрозрачная майка едва скрывала грудь и торчащие соски, и как же мне хотелось умереть, только бы никогда больше не чувствовать на себе сальный, похотливый взгляд этого человека.
— Соскучился по тебе, — шепнул он мне на ухо, прикусывая мочку.
Из моего горла вырвался одиночный, отчаянный всхлип. Казалось, будто он эхом разнесся по комнате, впечатываясь в стены. Шершавые пальцы Сергея сжали кожу где-то в районе бедер, скользнули выше к ягодицам и остановились на шелковой полоске нижнего белья.
— Не трогай меня, — взревев, схватилась за его руки, вонзая ногти в ладони. — Не смей…
Оскалившись снова, он наклонился, предпринял попытку накрыть мои губы своими и потерпев очередное фиаско, размашисто ударил меня по лицу, едва не отключая. Из уголков глаз брызнули слезы, а его пощечина настолько сильно оглушила, что я не сразу сообразила здраво, слабо расслышав на подкорке сознания треск и характерное жужжание молнии, когда мужчина отцепил замок на своих брюках.
— Не надо, пожалуйста, — всхлипнув, я сжала его ладони и осекшись, не учла физической силы мужчины.
Сергей рывком захватил мои запястья в тугое кольцо рук, развернул меня лицом к полу и навис надо мной.
— Ты думала, у меня дубликата ключей нет? — засмеялся он неожиданно.
Слова сыпались из его уст как из рога изобилия. Сердце за грудиной стучало отбойным молотком, отзвуки которого звенели в ушах, оглушая. Буквально прибив мое лицо к полу, Сергей ослабил свою хватку на моих руках и свободной рукой потянулся к своим брюкам. Заерзав, я бессвязно прокричала, умоляя его прекратить.
Он швырнул фотографии прямо перед моим носом. Фотографии у ЗАГСа. Фотографии, на которых мы с Русланом в Старом городе в Праге. Фотографии с фотосессии в нашей студии.
Фотографии, где мы с Русланом в ирландском пабе через несколько дней после его
— Ты думала, я такой тупой, да? Думала, с этим ублюдком будешь безнаказанно мне изменять?
Этому подлому ублюдку все было известно с самого начала. В тот день, когда я сообщила ему о своей неверности и желании прекратить отношения, Сергей обо всем знал. Отпустить меня и позволить быть счастливой с его братом ему не позволила его гордость и завышенное чувство собственного достоинства.
— Так вот значит, кто твой любовник…
— Он — мой муж, — решительно заявила, глотая слезы. — Руслан — мой муж, — повторила громче.
— Замуж даже за него выскочила, — засмеялся он, с силой выкручивая мне руки.
Застонав от режущей боли в запястьях, я выгнулась дугой под ним рефлекторно. Слезы слепили глаза от глубочайшей обиды. Потому что в данную минуту, меня некому было спасти.
— Сука, — брезгливо протянул он. — Какая же ты блядь, — и свободной рукой юркнув мне под шорты, он сжал ягодицу.
Я мгновенно закричала, ощутив не физическую, а моральную боль, будто тысячи мелких игл вонзились в мое тело. Липкий пот прошелся по позвоночнику от мысли, что Сергей этим вечером посмеет применить насилие над моим бедным телом. Надругается, осквернив не тело, но и душу.
— Отказывала мне, — цокнув языком, он выдохнул. — Трогать себя не разрешала, — и его ладонь сжала мою грудь пальцами, болезненно дергая за сосок. — А под него сразу легла, — и развернув к себе как тряпичную куклу, он снова ударил меня с силой так, что звук пощечины снежной лавиной пронесся по гостиной.
В глазах потемнело, а на языке почувствовался металлический привкус крови.
Он изнасилует меня и после такого унижения, я не смогу посмотреть в глаза своему мужу. После этого, никакого будущего у нас с Русланом не будет. Мой ребенок останется без отца. Заплакав навзрыд, я застонала, задыхаясь от слез, льющихся водопадом из глаз.
— Ты в курсе да, что он нищий?
Едва не потеряв сознание, я отвернулась в сей раз к входной двери, сглатывая. Надеясь, что мои крики все же были слышны соседям и они обязательно позовут на помощь.
— Я перережу ему глотку, — с чудовищным спокойствием шепнул он мне на ухо. — Он же скоро придет сюда к тебе, правильно? — улыбнулся он и его глаза блеснули. — Ты станешь вдовой, понимаешь?
— Умоляю, не надо, — покачав головой, молила я. — Не трогай его. Только не его…
Он заткнул мне рот своей рукой, заставляя проглотить рвущийся наружу, вопль. Слова помощи застыли на губах.
— Будешь молчать, — хихикнув, он накрыл обеими мощными ладонями мою грудь, с силой вонзаясь ногтями уже в нежную плоть. Я вскинула подбородок вверх, морщась от боли, но послушно замолкая. — И стиснешь зубы, пока я буду тебя трахать, — говорил он. — Может и оставлю его в живых.