Имир
Шрифт:
– Почему ты молчишь?
– вновь раздалось в моей голове.
– Нет, боюсь что нет, - сообразив наконец, что девушка обращается ко мне через имплантат, я тоже перешел на внутренний формат общения: - даже если бы здесь была работающая мед капсула.
– Уцелела спас капсула, в ней установлен мед блок, - голос Саши звучал безжизненно и я по прежнему ее не видел.
– Ты где?
– обернувшись, я напряг свое внутреннее зрение и наконец-то смог обнаружить
Несколькими скупыми выстрелами из лазерного пистолета Саша срезала удерживавшие мое тело футуристические конструкции. Получив степень свободы, я переборол собственное желание побыстрее добраться до спас капсулы и задержался у останков Марины на несколько мгновений.
– Нет, уже ничем не помочь, она мертва, - констатировал я.
– Я не понимаю, как ты еще жив, но тебе в спас капсуле будет явно лучше, чем здесь, - выйдя из мимикрии, Саша подлетела ко мне.
– Хорошо, - согласился я, принимая ее помощь в транспортировке.
Капсула мерцала собственным защитным полем, и являлась единственным неповрежденным устройством кубического корабля после выстрела деструктора. Оказавшись подле нее у меня открылся доступ к интерфейсу. Запасов жизненной энергии становилось все меньше и я не испытал ни малейшего угрызения совести, забираясь в ее внутренности. Саша осталась снаружи, закрывшееся крышка разъединила нас прочной преградой.
– Ты как?
– был ее вопрос спустя пару минут.
– Теперь буду жить, - активировав мед блок встроенный в ложемент, я наконец-то смог слегка расслабиться.
Пауза, повисшая между нами, не была тягостной. Каждый думал о погибшей Марине, не нуждаясь в словах, мы чувствовали, что думаем ободном и том же. Новый формат понимания друг друга хоть и был неожиданным, но под гнетом последних событий, воспринимался как само собой разумеющееся.
– Куда теперь?
– поинтересовалась Саша, после того как долг памяти был отдан.
– Домой?
– предложил я.
Молчаливое согласие, как и бессловесная просьба запомнить координаты данной точки пространства, были поняты.
– Спасибо, - после того, как все было исполнено, сказала Саша.
Маршрут, который составил для нас астро по договору на освобождение, имел конечной точкой назначения ближайшую к Солнечной системе торговую станцию. Зная теперь где находится наша родная планета, мне не составило большого труда выбрать азимут на нужное светило.
– Ты там как, нормально?
– озаботился я здоровьем Саши: - нам лететь почти два месяца.
– Автономность более пятисот лет, - успокоила меня девушка: - я на буксир повисла, если что, стучись в личку.
–
Для себя я запустил третий цикл ген модификаций головного, а затем и спинного мозга. Аппаратура спас капсулы была на несколько порядков лучше тех мед капсул, что стояли в госпиталях на моей родной планете. Скорость, как и качество проводимых операций не шло ни с какое сравнение с тем, с чем мне пришлось работать в самом начале. Так что еще до прибытия домой, я надеялся завершить все изменения в своем организме.
Глава 37
Еще на подлете к Солнечной системе спас капсула выдала предупреждение, что мы входим в запретную зону. Сделав соответствующий запрос, я получил исчерпывающую информацию о том, что любой космический объект, после того как окажется внутри запретного пространства, лишается возможности покинуть данный сектор космоса.
– Нам ведь это не страшно да?
– передав информацию Саше и дождавшись от нее отклика, я высказал свое мнение.
– Дома уж всяко лучше, чем с этими ошибками генома, - ставшая яростной ксенофобкой, девушка теперь ненавидела любой вид разумных, отличавшихся от человека по внешним признакам.
Заключенная в силовую сферу, родная звездная система находилась словно за мутной пленкой. Спас капсула прошла видимую невооруженным взглядом преграду без усилий, но стоило нам ее преодолеть, как имплантат сообщил о потере связи гипер сигнала. Спас капсула в свою очередь уведомила о разрушении преобразователя фотонных частиц в гравитационные поля частот.
– Да и фиг с ней, - ставшая чувствовать мои эмоции, Саша высказала свое отношение к отсутствию доступа в галосеть галактики.
Не решив еще, как я сам отношусь к появившейся между нами "связи", я решил оставить решение "на потом". В конце концов, между нами был заключен договор, только вот его "сила" истекла в момент вхождения в запретную зону. Механизм, контролирующий право законности сделок, а так же наказание за нарушение по договору, перестал функционировать с момента объявления планеты Земля "запретной".
Спас капсула теперь могла использовать только аналог планетарного двигателя, работающего на антигравах. Выбрав местом приземления окраину своего родного города, я с волнением наблюдал за приближающейся поверхностью. Уверенности в том, что мощности антиграва хватит на "мягкую" посадку и меня и буксируемой Саши, у меня не было.
– Сбавь скорость на три процента, у меня защита из мимикрии норовит выйти, - ставшая за два месяца непрерывных тренировок в вирте настоящим профи, Саша сухо констатировала наиболее комфортные условия для ее брони.