Иммунный
Шрифт:
Объяснениями, что случилось, зачем она здесь, занялся лично мессир Меноний, второй верховный Конклава. Уже через полчаса после того, как Алина очнулась, маг появился в комнате, одетый в тёмно-синюю мантию, с посохом в правой руке.
— Гордись, смертная! — произнёс он с неимоверным пафосом. — Отныне ты — избранная. И если пройдёшь все положенные испытания и посвящения, то вознесёшься на одну ступень с императором.
— Я... невеста Ашкарти? — уточнила на всякий случай Алина.
Маг усмехнулся.
—
Сказал и, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты...
За последующие пять с половиной лет девушка видела его не больше десятка раз. То же самое относилось и к другим членам Конклава. Исключения составляли высокородные Астия и Шайона. Но только из-за того, что обе они были женщинами. Потому что лишь женщины допускались к обучению и воспитанию будущих жён Ашкара.
В «школе невест» помимо Алины числилось четверо девушек. Одна из них через два года стала очередной женой императора, ещё одна просто исчезла. Куда, никто не рассказывал.
Учили здесь не просто строго, а исключительно строго. Настоящих имён «одноклассниц» бывшая нищенка не знала. Невест называли по номерам. У Алины был номер «сто двадцать пять».
Жили они каждая в своей комнате. Одевались все в плотные одеяния, закрывая, в том числе, голову, так, чтобы и сами ученицы не знали, как кто из них выглядит. В разных бытовых мелочах им помогали слепые служанки.
Основными предметами в школе считались история мира, география и культура Империи и сопредельных стран, грамматика, арифметика, риторика, ритмика, а также основы взаимодействия человека, природы и магии.
Последнему уделялось наибольшее число не только учебных, но и внеучебных часов. Невесты, бывало, что сутками напролёт тренировались чувствовать магию в окружающем мире и передавать её... ну, скажем, служанкам. Или учительницам. Или даже дворцовой страже. И хотя никто на территории дворца не мог колдовать, магия тут всё же присутствовала. Она была словно рассеяна в воздухе, камне, воде и живых существах таким образом, чтобы никто кроме императора не мог собрать её в том количестве, которое требовалось даже для самого простенького заклинания.
Именно эта способность — умение собирать магическую энергию и служить её идеальными проводниками — как подозревала Алина, и являлась главным критерием при поиске новых невест Ашкарти, а вовсе не юность, не красота и не ум, как думалось поначалу. И пусть красота в этом деле тоже играла важную роль, но разве мало в Империи девушек гораздо красивее, умнее, а заодно и моложе той же Алины или других невест? Как смог, например, Меноний вдруг разглядеть будущую претендентку на место у трона в какой-то невзрачной нищенке, закутанной с головы до ног в грязные вонючие тряпки? Только с помощью магии. И наверняка только магия подсказала ему, что у этой девчонки есть то, чего нет у других...
В счастливую участь императорских жён Алина не верила ни на йоту. И в то, что, меняя их, император даёт предыдущим свободу — тоже. Спустя год учёбы она уже точно знала, чем расплачиваются несчастные за своё якобы высокое положение. Великий
Что же касается жён и невест Ашкарти...
Как всякий горючий камень рано или поздно сгорал до конца, отдавая людям своё тепло, так и любой собиратель и проводник маг-энергии когда-нибудь должен был перегореть, иссякнуть до донышка, источить себя до конца, полностью потерять тот дар, которым владел. И как у горючего камня, участь такого проводника была незавидна. Пришедший в негодность, он просто выбрасывался, никому больше неинтересный и совершенно ненужный.
Три года. Это и был максимальный срок жизни императорских жён. А затем они умирали. В этом Алина была абсолютно уверена. Поэтому и поставила перед собой цель — бежать. Бежать без оглядки из этого проклятого всеми богами места, пока не станет чересчур поздно и она не окажется в лапах обитающего рядом чудовища...
* * *
Планировать свой побег девушка стала с самого первого дня пребывания во дворце. Однако шли дни, месяцы, годы, а план, имеющий шанс на успех, всё не вырисовывался и не вырисовывался. «Школу невест» охраняли, наверное, тщательнее, чем самого императора. Алина не находила в системе охраны ни единого слабого места, ни единой зацепки. Надежда, что удивительно, появилась только тогда, когда ей торжественно объявили, что она, наконец, выбрана стать новой женой вечно юного повелителя.
В непосредственную подготовку знаменательного события входило обязательное посещение невестой пяти священных городов великой державы — Арладара, Самаана, Ашкулука, Риштага и Шаонара.
Вне стен дворца, как предположила бывшая нищенка, шансов у неё будет больше.
Невесту Ашкарти сопровождали в этой поездке не только полсотни гвардейцев и десяток вполне себе зрячих охранниц-служанок, контролирующих любой её шаг, но и высокородная Астия. Высшая из Конклава в каждом их выходе на городские улицы накидывала на Алину специальную магическую оболочку, вырваться из которой обычному человеку нельзя было и мечтать, но, вероятно, можно было бежать вместе с ней и только потом попытаться избавиться от неё. Пусть и без всякой гарантии на успех.
Проделать это в столице девушка не рискнула.
«Тестировать» защитную оболочку она начала в Самаане и продолжила в следующих двух городах.
Сперва Алина попробовала, позволяет ли оболочка отклоняться от заранее выбранного маршрута. В Самаане она несколько раз «оступалась» и, соответственно, её несколько раз «качало» из стороны в сторону. В Ашкулуке девушка «совершенно случайно» свернула не на ту улицу. Её, конечно, быстро поправили — старший гвардеец аккуратно, но в то же время настойчиво вернул её на прежний маршрут — однако сам факт, что «беглянку» остановили физически, а не волшбой, говорил о многом.