Иммунный

Тимофеев Владимир

К очередному участку с рунами Алина вышла на утро четырнадцатого дня своего «путешествия». Рунная запись располалась в низинке между холмами-барханами, и это представлялось хорошим знаком. Старый магический след мог оказаться не складом боевых заклинаний, а запасом чего-то полезного. Например, целебно-лекарственного, которое вылечило от ожогов в начале пути, а сейчас могло бы добавить здоровья и силы, чтобы хватило ещё дней хотя бы на пять. За это время, как считала беглянка, она, сто процентов, добралась бы до одного из притоков

Тила.

Результаты вливания в руны магической силы превзошли все мыслимые и немыслимые ожидания. Сначала низину окутал густой туман, а когда он рассеялся, взору Алины предстало круглое озерцо с удивительно прозрачной водой и взметнувшиеся вокруг него пальмы. Сперва это показалось ей вызванными жаждой и голодом галлюцинациями, но затем, когда она подошла ближе и, присев на корточки, тронула рукой озёрную воду — настоящим чудом.

Вероятней всего, какой-то неведомый «чернокнижник» древности спрятал здесь личный оазис, а после то ли забыл о нём, то ли просто не смог воспользоваться.

Бывшая невеста Ашкарти провела в этом райском месте весь день, до самого вечера. Плескалась голышом в чистом и тёплом озере, стирала и сушила одежду, наслаждалась пальмовыми плодами, набивала ими рюкзак, наполняла опустевшую баклажку водой из обнаруженного среди растительности колодца, наслаждалась покоем и негой в тени гигантского «фикуса». А вечером, когда на небе зажглись первые звёзды, долго смотрела на них, лёжа на берегу озерца, вспоминая о прошлой жизни, размышляя о том, чем займётся в ближайшем будущем, и даже не заметила, как заснула...

Пробудилась Алина от какого-то странного запаха, резкого и достаточно терпкого, словно мускус. Приподняла голову, потянулась, протёрла глаза и... испуганно замерла.

Прямо перед ней на песке, шагах в десяти, сложив ноги крест-накрест, сидели трое. Двое мужчин в походных бурнусах, с мечами на коленях, и одна женщина в цветастом халате и круглой шапочке с опуском, полностью закрывающем волосы и уходящем под ворот халата. Позади этой троицы всхрапывали и перетаптывались копытами шесть лошадей (три осёдланы, ещё три чем-то навьючены). Видимо, лошади, как сообразила беглянка, как раз и являлись источником разбудившего её запаха.

Мужчина, сидящий в центре, заметив, что Алина проснулась, встал на ноги и приложил руку к груди:

— Мы просим прощения у уважаемой пери, что потревожили её сон, но... — обвёл он рукой вокруг, — эта пустыня считается пограничьем, и устраивать в ней оазисы — не самое лучшее из решений.

— Где хочу, там и устраиваю, — мгновенно сориентировалась Алина, тоже поднявшись и приняв надменную позу.

— Вы, наверное, много и давно путешествуете? — смиренно спросила вставшая вслед за мужчинами женщина.

—

С чего вы решили? — удивилась беглянка.

— Здесь уже третий год неспокойно. Контрабандисты, разбойники... Даже боевые саиры нечасто отваживаются забредать сюда в одиночку, а возводить такие оазисы... — дама осенила себя молитвенным знаком, — тем более.

Алина мысленно чертыхнулась. «Саирами» у южан-чернокнижников называли создателей рун. «Пери» являлись их женскими воплощениями. Наверно, поэтому с ней и обращались максимально почтительно. И даже вопрос, откуда она здесь взялась, задали в иносказательной форме.

— Вы правы. Да. Я действительно давно не была здесь, — кивнула она, нарочито тяжко вздохнув. — Причина простая и, увы, не слишком приятная. Всё дело в том, что пять с лишним лет моей жизни я провела в плену. Там.

Несостоявшаяся наложница махнула рукой в сторону севера. Сказать правду... за исключением некоторых важных деталей, показалось ей наилучшей тактикой.

Она не ошиблась. Уловка, на самом деле, сработала.

— Прекрасную пери держали в плену имперские нечестивцы?! — яростно вскинулся второй из мужчин.

— Да, — опустила голову девушка. — Меня готовили в жертву их императору. Но я сумела сбежать и... надеюсь, что здесь они меня не достанут.

— Пусть только попробуют! — первый мужчина выдернул меч из ножен и отсалютовал им Алине. — Я — Халеш, батыр великого взира Бшагата. Моя невеста Гиана, — он указал на стоящую слева женщину и повернулся направо. — А это её брат Давлет. Мы рады служить вам, пери...

— Алина, — помогла ему бывшая невеста Ашкарти.

— Мы рады служить вам, пери Алина, — продолжил батыр, — и готовы сопроводить вас, куда прикажете.

— Я принимаю ваше служение, — с достоинством кивнула беглянка. — И я прошу вас сопроводить меня... ну, скажем, до ближайшего крупного поселения.

— Ваша просьба — закон для любого ривийца, — поклонился Халеш, а следом за ним склонились в поклоне Гиана и её брат.

«Ещё бы припомнить, какие у них тут города и традиции... — мелькнула у девушки в голове запоздалая мысль и тут же ушла, сменившись на более позитивную. — Ну, да и ладно. На месте определимся. А там будь, что будет...»

Эпилог

Это была уже двадцатая по счёту атака. Рей для чего-то считала их и, что удивительно, за целую ночь ни разу не сбилась. С каждой такой они отходили от «моста» всё дальше и дальше, прикрываясь камнями.