Император-дракон

Якобсон Наталья Альбертовна

Когда я вышел из шатра, на небе, покрытом тучами, алела полоса багрового света. Только сейчас, смотря на отдаленные горы, я вспомнил, что был здесь раньше. На том бесформенном огромном валуне еще недавно я сидел в оцепенении, наблюдая за мрачным представлением театра теней. Выходит, и в этот раз все шло, как по расписанию. Война началась после того, как над призрачным сражением сомкнулся занавес тьмы.

Худая бледная рука Анри вынырнула из складок шатра и вцепилась в лацкан моего камзола.

– - Пожалуйста, всего одно заклинание, - успел шепнуть он, прежде чем я стряхнул цепкие пальцы со своего рукава. Все-таки ему удалось меня убедить. Одно заклинание не повредит. Даже на расстояние я мог видеть построение вражеского войска, ряд шлемов и блестящих нагрудных

кирас, лес острых копий и блестящие наконечники заранее подготовленных стрел. Они слишком зловеще блестели в багровой закатной полосе. Всего одно заклятие, твердо решил я и пусть оно будет направлено на то, чтобы ни одна из этих стрел не достигла цели.

– - Я сделал все, что мог, - объяснил я Анри и королю, и покинул поле битвы еще до того, как к багрянцу заката примешался нестерпимо яркий, пурпурный цвет пролитой крови. Я не хотел чувствовать запах смерти и будить зверя, который после долгих ночных полетов беспокойно спал внутри, ожидая своего часа. Я знал, кто победит еще до того, как огласили победу. Отбив первую атаку с помощью потусторонних сил, в последующих боях Анри будет вынужден решать все самостоятельно.

С вершины высокого холма я всего лишь раз оглянулся на поле боя, а потом никто не смог заметить, как взметнулся к тучам золотой силуэт. Только жители в Ларах, любившие веселиться по вечерам, видели, как распластавший крылья дракон пролетел над чередой городских крыш. Над ними гулял ветер, а внизу на узких улочках только гравий скрипел под ногами. Никто из прохожих, встретивших меня, бесцельного бродившего по замкнутому городскому пространству не смог бы догадаться, что еще минуту назад я не шел по земле, а наслаждался песней ветра в облаках. Вот и тот переулок, где еще вчера я спешил за мечтой. Там, на булыжной мостовой остановился так некстати появившейся экипаж. Где теперь та карета? Даже следов не осталось от ободьев колес. И самое главное, где теперь она - муза?

У одного яркого освещенного бального зала я остановился и запрыгнул на просторный балкон второго этажа. Погода стояла теплая, поэтому стеклянные двери, ведущие на веранду были распахнуты настежь. Тихо колыхались шторы, ряд стройных колонн отделял бальный зал от раскинувшегося на балконах цветника. Я перепрыгнул через мраморную балюстраду и, оказавшись на просторной веранде, стал наблюдать за танцующими парами. Прежде я никогда не бывал в этом доме и сам не знал, что здесь меня так привлекло. Я забрался сюда просто по наитию и теперь увлеченно осматривался.

Оркестр расположился на высокой галерее менестрелей. Из бального зала к ней вела спиральная лестница, видны были мраморные перила. Я даже видел, как поблескивают в свете канделябров отполированные корпусы нескольких скрипок, слышал, как опоздавший музыкант в спешке настраивает свой инструмент, подтягивает колки, чтобы привести в порядок струны, достает смычок. Где-то в уголке перешептывались две нарядные сплетницы, прикрываясь веерами. Я мог расслышать даже, о чем они шепчутся, до меня долетели обрывки фраз о какой-то принцессе. Откуда ей взяться в Ларах? Стоило переключить внимание на других гостей, на элегантных дам и кавалеров, на то, как они разговариваю, шутят, флиртуют, делают тур вальса и вновь возвращаются в какой-нибудь укромный уголок, освещенный настенным бра. В этом зале все были живыми, никто не помышлял о бессмертии, никто не мог прочесть мысли своих собеседников, и никому не нужно было трепетать перед властью всемогущего, всезнающего императора. Я невольно позавидовал им. Мне бы вернуть былую беспечность и неприкосновенность, чтобы войти в зал, заранее зная, что это не аметист позвал меня, что я снова юн, смертен и свободен, как за день до памятного пожара.

Что-то внутри вздрогнуло, сокрушаясь о потерянном, а другая темная половина моего существа напротив радовалась тому, что я могу узнать все о каждом, присутствующим здесь. Разве не причина торжества то, что все они смертны, а я единственное высшее существо во всей этой великолепной, облицованной мрамором зале.

Я уже хотел смело выйти из-за колонн, но тут мое внимание привлекли

два странно сочетающихся цвета - черный и алый. Почему? Я вспомнил лишь через минуту. Ведь после того, как начали погибать женщины из-за перстня, я по какой-то странной прихоти запретил являться ко мне в замок или в резиденцию фей в алом, потому, что это цвет крови, самый распространенный оттенок покрытых мелкими шипами кустовых роз. Но, ведь здесь не моя империя. Это просто один из знаменитых, процветающих городов - один из центров цивилизации. Здесь часто бывают праздники и вечерние балы, но не часто удается увидеть на них нечто подобное. Девушка в пышном алом платье грациозно двинулась через зал. Я слышал, как шуршат оборки на бальном наряде, видел, как блики свечей ложатся на изящные обнаженные плечи. У нее была чистая кожа удивительной белизны. Один темный локон, как бы случайно, упал на обнаженное плечо. Выразительный и загадочный взгляд устремился на ту колонну, за которой прятался я. Видела ли она как мелькнул край алого плаща, как мои ногти оцарапали мраморную поверхность колонны. Я пристально следил за ней из своего укрытия, но не смел подойти ближе. Ведь она настоящая, живая, а я здесь на положении призрака. Разве можно омрачить своим появлением еще и ее жизнь.

Однако, роковой шаг был сделан. Я ступил в зал, и музыка на галерее менестрелей стихла. Я просто не мог уйти, найдя здесь ту самую музу, которая уже однажды промелькнула на темной площади перед зачарованным домом. Остановив первого пажа, который попался на пути, я по какому-то странному наитию спросил:

– - Ее имя - Роза?

Паж посмотрел в ту же сторону, что я и коротко кивнул в ответ, при этом предупредив:

– - Не советую вам ухаживать за ней.

– - Почему?
– его замечание показалось мне довольно фамильярным, и надо было до боли сжать кулаки, чтобы удержаться от искушения как следует встряхнуть неучтивого мальчишку.

– - Ну все знают чем кончаются такие ухаживания...- чуть замявшись сказал он, надеясь, что остальное я сам домыслю и крайне удивился, когда я серьезно поинтересовался:

– - Чем?

– - Разбитым сердцем, - доверительно сообщил он и с излишней поспешностью скрылся за углом, а оттуда поспешил в комнату для прислуги, где никто из гостей уж точно не сможет его потревожить. Ни у кого не возникло подозрения, что на бал проник кто-то не приглашенный лишь потому, что мой необычный мерцающий взгляд предупреждал всех и каждого " я везде свой и любая хижина или любой дворец, если я захочу равно мои владения". Кто-то отворачивался сразу, другие были любопытнее, а иногда какая-нибудь незнакомка подолгу и с восхищением разглядывала меня, но я смотрел только на девушку в алом.

– - Роза!
– зловещим, но с какой-то незнакомой толикой нежности шепотом повторил я, и в голове тут же пронеслась странная мысль "вот она - истинная любовь, и то, что я ощущаю сейчас не повториться уже никогда, потому что все чувства, переживания и страсти до этого мига были всего лишь вихрем теней".

Я хотел подойти к ней и открыть ей душу, или просто сказать " Я дракон лишь благодаря проклятой случайности и до сих пор я жалел о том, что стал чародеем, но стоило пережить вечность, чтобы увидеть тебя".

Вдруг Роза обернулась. Темные локоны приятно зашелестели. Она двинулась ко мне через весь зал. Я позаботился о том, чтобы люди на балу не видели больше ни ее, ни меня. Они отошли к краям залы и стали всего лишь фоном для еще одной роковой встречи, для нового готического романа. Такое уже не раз случалось между драконом и его жертвой, но на этот раз все было особенным.

Присутствующие были заняты своими пустыми светскими разговорами и не обращали внимание на красавицу, идущую на зов смерти. Оркестр все еще молчал. С галереи менестрелей не доносилось ни звука. Роза остановилось возле меня, но вместо того, чтобы сделать реверанс, как это положено, протянула руку и осторожно коснулась золотого локона, упавшего на щеку, провела пальцами по бархатным складкам плаща. И я снова подумал, будь проклят колдун, который заставил обреченных любоваться мной за миг до своей гибели.