Император всего
Шрифт:
– Настал твой час, – сказал он. – Веди нас внутрь.
В тот же миг, когда с него сняли поводок, двойник, казалось, преобразился, стал выше ростом.
– Разумеется, – сказал он величественно.
Он пошел к мостику, словно уже находился в своих владениях, и остальные пошли за ним треугольником, Хаксли и Олбени непосредственно за спиной двойника, а Руиз замыкал шествие.
Под светом ярких ламп зала Руиз чувствовал себя страшно уязвимым. Он приказал себе не смотреть на дуло взрывного устройства, которое торчало над шлюзом безопасности,
Марионетка не обращала никакого внимания на устройство и величественным шагом подошла к шлюзу. Без малейшего колебания двойник приложил глаз к сканеру сетчатки, а ладонь к пластике замка.
К великому облегчению Руиза армированные двери шлюза разошлись. Они столпились внутри, двери захлопнулись, и открылись внутренние двери.
– Входите, – сказал двойник.
Он повел их из шлюза в жилые комнаты Юбере.
Внутри охранник-Дирм, привалившись, стоял возле стены. Он как раз поворачивался к ним, когда Руиз ножом перерезал ему глотку. Охранник умер только со слабым бульканьем в глотке, а Олбени помог Руизу уложить тяжелый труп на пол.
Руиз вопросительно посмотрел на Хаксли. Киборг изучал свои детекторы, потом покачал головой и улыбнулся.
Они прошли сквозь большую приемную-гостиную, украшенную в довольно суровом вкусе, с чисто-белыми стенами и ковром, скромно обставленную кушетками с резными ажурными спинками, вырезанными из какого-то черного блестящего дерева. Эффект был какой-то странно нереальный, словно они сошли со старой выцветшей фотографии.
Зал, полный великолепных картин, вел в личные апартаменты жилища. Руиз прошел мимо них, даже не взглянув, но даже взгляд искоса убедил его, что картины оставляют тревожное впечатление: яркие жгучие цвета и искаженные фигуры – взгляд безумца.
В конце зала из бельевой появилась горничная и, заслышав их шаги, подняла на них глаза. Она ахнула и уронила сверток полотенец, которые несла, потом развернулась, будто собиралась бежать. Но потом она увидела, что один из закованных в броню людей был Юбере, и лицо ее исказилось от смятения и непонимания.
Руиз прыгнул к ней, нанес ей удар кулаком в висок, потом осторожно положил ее на пол.
– Сентиментальное ты существо, – прошептал Олбени. – Она наверняка генчирована. Когда ты станешь уходить отсюда, она проснется и вырежет живьем твое сердце.
Вероятно, Олбени прав, мрачно подумал Руиз. Он решил в следующий раз быть более решительным со следующим слугой, которого они встретят, но они больше никого не увидели, пока не дошли до своей цели.
17
Юбере они нашли в ванне. Его облицованная белым кафелем ванная была совершенно непримечательна – невелика, а серебряно-золотая ванна не того сорта, куда легко влезут дюжины три ближайших друзей. Но она была очень и очень красива. Ее удобно наклоненная спинка была инкрустирована полудрагоценными камнями: черные
Объект был один и намыливал себе спину щеткой с длинной ручкой, когда они ворвались в дверь.
Казалось, его не очень удивило их внезапное вторжение. Он перевел взгляд от нацеленного на него оружия на лица тех, кто это орудие держал, и ностальгически улыбнулся.
– А вы ведь от Публия, да? – спросил он.
Он посмотрел на двойника, словно восхищаясь великолепной работой, которую Публий проделал.
– Хитроумное чудовище, – сказал он и вздохнул. – Никогда мне не следовало быть таким алчным, чтобы докатиться до совместных дел с Публием.
Он посмотрел на Руиза, и выражение какого-то кисло-сладкого изумления отразилось на миг на его лице и пропало. У Руиза осталось нелогичное, но очень неприятное впечатление, что Юбере узнал его. Нет, сказал он себе, такое невозможно.
– Убейте его, – сказал двойник.
– Какие у тебя данные? – спросил Руиз у Хаксли.
Киборг пожал плечами.
– Ничего. Странно это. Ни тебе сигнализации, ни сенсоров, ни дистанционного наблюдения.
Дублет улыбнулся.
– Мы люди, избранные судьбой, а, Алонсо? Какое нам дело до той защиты, которая так нужна людям меньшего масштаба?
– Совершенно верно, – согласился Юбере. Он внимательно смотрел на Руиза. – Что же такое мог тебе пообещать Публий, что ты согласился сюда прийти? Ты не генчирован. Уж это я могу сказать с первого взгляда.
Руиз не обращал на него внимания. Он был все равно что мертв.
Но Юбере заговорил снова.
– Полагаю, что я должен испытывать некое удовлетворение от того, что знаю точно, что ты ненадолго меня переживешь.
Он стал снова тереть себе спину, закрыв глаза. На лице его появилось чувство удовольствия.
Руиз выпустил очередь, которая снесла верхнюю половину черепа Юбере и забрызгала симметричными каплями крови бабочек и бамбуковые стебли. Он закинул оружие за спину и отвернулся.
– Порежь его на кусочки и сунь его в утилизатор, – сказал Руиз Олбени.
Он слепо держался за свою цель и решительно отказывался думать о том, что он только что сделал. Он слышал бульканье и шипенье, потом выразительные звуки, которые сопровождали расчленение тела на такие мелкие кусочки, которые потом можно было бы засунуть в утилизатор ванной комнаты.
Глаза марионетки сверкали, и он повернулся к Руизу словно для того, чтобы поздравить его. Он протянул ему правую руку, но Руиз прихлопнул эту руку к краю ванны и, ударив своим соническим ножом, рассек указательный палец двойника и его одноразовый лазер.
Фальшивый Юбере ахнул и вздрогнул, попробовал было отдернуть руку назад, но потом стоял смирно, пока Руиз не убрал нож и не отпустил его руку.
Кровь полилась из бронированной перчатки двойника, капая на кафель. Он прижал пораненный палец другой рукой и посмотрел на Руиза, но в глазах его не было обвиняющего выражения.