Император
Шрифт:
— Что значит пространство «полторы секунды»? — Мой вопрос предназначался Исидоре, но ответила Ната Сорока:
— Это временное смещение потоков Рубинштейна-Саврасова, позволившее на одной планете возникнуть двум временным линиям. Расхождение в полторы секунды во время появления пространственного временного канала, разделяет время существования планеты в миллионы лет.
— И сколько таких пространственно-временных каналов существует?
— Теоретически-бесконечное множество, — снова вступила в разговор Исидора, — мы обнаружили тысячи миров, где жизнь только зарождалась и где жизнь давно
— Давайте я поясню, — вступила в разговор, молчавшая до сих пор Джоанна Мерц, — время, пригодное для жизни человека, в возрасте планеты, все равно что она минута в течение суток. Практически все обнаруженные нами миры, имевшие свой пространственно-временной канал, на эпохе зарождения одноклеточной жизни на Земле. Земля в тот период, ничем не отличается от Марса или Юпитера: безжизненные камни и вулканическая активность, температура воздуха выше 100 градусов Цельсия.
— Слишком много непонятного, вы говорите нереальные вещи, — я попытался сосредоточиться, прикрыв глаза. — Если я вас правильно понял, миров, имеющих пространственно-временной канал в промежутке Возраста Земли, пригодного для жизни человечества, не так много?
— Да, — в унисон ответили все три девушки.
— И сколько их? Сотня, пара десятков?
— Два, — жестко проговорила Джоанна Мерц.
— Два? — переспросил я, медленно осознавая, что вроде один мир уже освоен Англосаксонской Унией.
— Два, — подтвердила Исидора, — один уже во владении Англосаксонской Унии, и этот второй, в котором живешь ты. И мы прилетели сюда…
— Чтобы прибрать мой мир в свои галактические руки! — перебил я девушку, вскакивая с места. — Хрен вам в глотку, вместо моего мира!
— Это негигиенично и неэстетично, — поморщилась Исидора, призывая меня успокоиться всем своим видом.
— Зато практично и по делу, огрызнулся я, оглядываясь в поисках оружия.
— Максим, постой, — я не сразу осознал, что Ната Сорока обратилась ко мне на русском языке с ужасным английским акцентом. — Никто не отбирает у тебя планеты, просто дослушай Исидору.
На этот мир претендуют все Унии, но по тому, что мы видим, мир может принадлежать только СС — Славянскому Союзу. Если ты официально подтвердишь, что, будучи в момент попадания сюда ты оставался гражданином России. В таком случае, СС являясь правопреемником России, имеет безоговорочные права на этот мир, так как другой цивилизации в этом мире нет. Если бы цивилизация Амонахес, основателями которой являлись англичане существовала самостоятельно, вопрос принадлежности рассматривался бы между Славянским Союзом и Англосаксонской Унией.
— А если я не признаю себя гражданином Славянского Союза? И требую, чтобы вы незамедлительно убирались отсюда, и оставили мой мир в покое?
— Боюсь, в таком случае, мы должны будем доложить Галактическому Совету, что мир не имеет цивилизации и он будет разделен между Униями, согласно их процентному вкладу в финансирование Галактического Униата.
— И каков процент каждой Унии? — вопрос сам сорвался с языка.
— С учетом собственного мира, Англосаксонская Уния имеет 50 процентов влияния в Униате, все остальные чуть больше десяти процентов. В случае признания себя гражданином Славянского Союза, как первооткрывателю мира, вам полагается
Мой мозг лихорадочно работал, пытаясь анализировать услышанное. Сопротивляться экспансии я не смогу, значит, следовало соглашаться. Но что будет с Русами?
— Я созову Императорский Совет и приму решение после консультаций со своим народом, а пока можете быть гостями в моем доме. Нел, — позвал я жену, организуй лучшие комнаты нашим гостям, это тоже великие Духи с Неба, они даже демиурги, — не удержался, чтобы не подколоть трех красивых астронавток, прилетевших, чтобы заполучить мой мир.
— Спасибо, но демиургам есть где остановиться, — вернула подкол Исидора, стрельнув своими глазками так, что я впервые увидел в ней девушку, а не космонавта.
Глава 31. Макс Са вернется
До звездолета «Последний шанс» мы дошли вместе. Меня подмывало войти внутрь, но не хотел показывать свое любопытство. Ната Сорока заметила мое состояние, спросив без обиняков:
— Интересует устройство звездолета? В ваше архаичное время все было совершенно по-другому.
— Да, — просто признался я, и следуя приглашению, взошел на трап, проигнорировав предупреждающие возгласы Санчо и Бера. Выдвижной трап мягко втянулся, и внутреннее пространство звездолета фосфоресцировало голубоватыми огоньками.
— Мы прошли по небольшому туннелю, и оказались в отсеке, где цвет приборов, встроенных в стены, был зеленым. Посреди отсека стояло пять кресел — капсул, а перед ними в воздухе колебалось голографическое изображение панели управления, с огромным количеством разных показателей.
— Это рубка, — пояснила Ната, — рассчитана для одномоментного пребывания пяти человек. Мы надеялись найти двоих космонавтов пропавшей станции, поэтому вылетели с неполным экипажем.
Она прошла до стены отсека, коснувшись ее рукой: створка отсека, спрятанная в стене, отъехала в сторону, открыв новый отсек, где также было пять капсул-кресел, но уже горизонтального расположения.
— Это спасательная капсула, она встроена в сам звездолет. Здесь есть синтезатор пищи и воды, а также реабилитационная криокапсула, на случай тяжёлых травм и увечий, — вступила в разговор Джоанна Мерц, представленная мне как космомедик.
— Синтезатор пищи и воды?
— Да, — Джоанна коснулась панели, засветившейся голубоватым цветом и нажала несколько сенсорных панелей. Из-под панели, выдвинулся аккуратный белый лоток, в котором лежало что-то, похожее на шоколад без обертки.
— Попробуй, — девушка протянула мне батончик, размером с шоколадку «Сникерс».
— Что это? — я взял батончик в руки, отметив, что он не липнет к рукам и по консистенции напоминает мармелад.
— Это полноценный обед, в нем сбалансированное содержание белков, жиров и углеводов, а также двадцать два микроэлемента и десять витаминов. В этом батончике суточная потребность в калориях, для нас, — поправилась девушка, окинув взглядом мою фигуру. Ее взгляд не ускользнул от моего внимания, заставив вспомнить, что поднабрал лишние килограммы.