Император
Шрифт:
— Мы падаем, Ната сделай что-нибудь!
— Мы падаем на планету без торможения!
— Ната!!!
Глаза закрылись, будто их придавило целой тонной веса. Я чувствовал, как меня несут по воздуху, словно воздушный шарик, открыть глаза
— Макс Са не вернется, — прошептал, ощущая руку Наты на своей. Я обманул свой народ, пообещав им вернуться, а сейчас, нахожусь черт знает где, не имея сил даже открыть глаза.
— Никто не вернется, — словно сквозь туман до меня доходили слова девушки, — «Рубинада» взорвалась, звездолет падает на планету, я успела донести тебя до спасательной капсулы и отстыковаться.
Эпилог
Огромный полярный медведь, зарыв свой черный нос в снег, терпеливо поджидал у полыньи. Нерпа нырнула в воду давно, но медведь знал, это знание передалось ему с молоком матери, что нерпа должна дышать. Надо было только дождаться, когда она вылезет на лед. Когда усатая голова нерпы показалась из полыньи, медведь напоминал ледяной торос: такими торосами была усыпана вся белая равнина.
Медведь торопливо ел внутренний жир: вначале надо съесть жир, пока не появились конкуренты в лице других медведей. Шум, достигший его ушей, заставил поднять окровавленную морду в поисках врага. Но ледяное пространство было безжизненным, хотя шум нарастал, вызывая страх у матерого хищника. Шум был такой сильный, что бывалый хищник пустился наутек, чтобы скорее добраться до берега и спрятаться в пещере. Впереди, довольно далеко от него на землю опустился странный предмет, расплавив снег под собой. Оцепеневший зверь смотрел, как над странным предметом, возникло странное свечение, интуитивно чувствуя, что предмет очень опасен. Свечение стало сильнее, и медведь бросился бежать в сторону: непонятная штука опустилась на землю рядом с его пещерой, в которой он отлеживался после удачной охоты.
Отбежав на порядочное расстояние, медведь остановился: из непонятного свечения вышли две странные фигуры. Таких зверей раньше он не видел, но инстинкт, передаваемый с молоком матери, подсказывал, что эти двуногие очень страшный и непонятный зверь.