Империя алмазов

Браун Джеральд

– Вы, – обвинял Линдер, – заказали дополнительные партии у всех, с кем вы сотрудничаете.

– Кроме нас, – закончил он.

Килинг отхлебнул портвейн. Линдер пыхнул дымом. Они не сводили глаз с лица Мичема. Внешне Мичем был невозмутим, хотя в душе он кипел негодованием по поводу их необычайной осведомленности. Он осознал, что совершил непростительную оплошность, исключив Советы из переговоров о срочной закупке камней. Он мог придумать оправдание всему, но не этому. Тоном, в котором, как он надеялся, звучало сдерживаемое возмущение, он произнес:

– Система не

обязана отчитываться перед Кремлем в своей повседневной деятельности. – Килинг и Линдер переглянулись. – Это наше дело, и вас оно не касается, – Мичем продолжал делать вид, что смертельно обижен.

– Разумеется, однако вы можете понять обеспокоенность министра, – Килинг немного сбавил тон.

Это ободрило Мичема:

– Как я уже говорил, резерв из Йоханнесбурга мы заказываем регулярно. Все прочие действия мы предприняли в целях дальнейшего развития отрасли.

– Вы хотите развивать торговлю контрабандными камнями? – поинтересовался Линдер.

– Мы применяем новую тактику в этой области, – пояснил Мичем. – Мы стремимся перекрыть поток контрабанды через Бейрут и Тель-Авив. Хотя я сильно сомневаюсь, что вашим советским друзьям это понравится. Как вам хорошо известно, источник этих камней находится по ту сторону вашего «железного занавеса». – Мичем говорил резко, почти грубо. – Несмотря на ваши возмутительные источники информации, – продолжал он, – вы должны сознавать, что Система знает все особенности мирового рынка алмазов гораздо лучше вас обоих и вашего чересчур нервного министра в придачу.

Килинг бросил взгляд на плоский черный чемоданчик из кожи антилопы, который Линдер поставил рядом со своим креслом. Линдер взял чемоданчик и достал оттуда листок бумаги розового цвета.

– Может, – предложил Мичем, – имеет смысл мне самому поговорить с господином министром и все объяснить ему лично?

На его предложение не обратили внимания. Линдер сверился с розовой бумажкой.

– По нашим данным, в настоящее время у вас хранится три миллиона сто двадцать пять тысяч шестьсот карат советских алмазов.

– Совершенно верно, – согласился Мичем. Килинг спросил:

– Алмазы, закупленные у Советов, хранятся отдельно от остальных, не так ли?

– Да, отдельно, – сказал Мичем.

– Вам, конечно, известны условия договора, заключенного между Системой и управлением в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году, в Москве? – спросил Линдер.

Мичему это было хорошо известно: он участвовал в переговорах.

– Советы могут изъять свои алмазы в любой момент без предварительного уведомления, – напомнил Килинг.

– В этом-то и заключается смысл отдельного хранения, – сказал Линдер.

– Ближе к делу, – не выдержал Мичем.

– Министр хочет воспользоваться этой возможностью, – заявил Килинг.

– Весь запас советских камней должен быть возвращен в Москву. Вы будете отгружать их партиями по триста шестьдесят тысяч карат через каждые два дня. Через Аэрофлот, разумеется. Мы все устроим. Вся операция займет не больше месяца.

– Очень хорошо, – согласился Мичем, сохраняя внешнее спокойствие в то время, когда внутри у него все упало. Он знал, что не может

сделать того, чего сейчас с полным правом требуют Советы. Теперь огласки не избежать. Система погибла. Он погиб. Возможны последствия на самом высоком уровне, вероятно, даже дипломатический кризис. Он сказал:

– Мы сразу же начнем готовить груз к отправке. Килинг допил свой стакан.

Линдер потушил сигару.

– Я надеюсь, министр найдет более удобный и выгодный способ продажи советских алмазов, – заметил Мичем.

– Прошу прощения, – улыбнулся Килинг. – Боюсь, мы недостаточно ясно выразились. Возвращение алмазов в Москву только временная мера, просто чтобы успокоить министра. Я уверен, у него нет намерения расторгнуть договор между Советами и Системой.

Мичем под столом развел скрещенные ноги и скрестил их по-другому.

Линдер объяснил:

– Если по прошествии месяца или двух все будет в порядке, алмазы снова вернутся в Систему, и наша торговля продолжится, как обычно.

– Вас это устраивает? – спросил Килинг, заранее уверенный в положительном ответе.

– Нет, – заявил Мичем. – Согласно условиям нашего договора, если вы изымаете свои запасы, то Система считает себя свободной от всех взятых на себя обязательств.

– Но…

– Потребуется заключить новое соглашение.

– Но…

– Совет его рассмотрит. И, если говорить откровенно, я должен сразу предупредить вас, что некоторые довольно консервативно настроенные члены совета директоров с самого начала решительно возражали против сотрудничества с Москвой. Так или иначе, у вас не должно сложиться впечатление, что продажа ваших алмазов будет возобновлена автоматически.

Килинг теребил манжеты.

Линдер задумчиво смотрел в свой плоский чемоданчик.

Мичем резко встал и вышел не попрощавшись, оставив их сидеть на своих местах.

Он вернулся в свой кабинет. Здесь его никто не видел, и ему не нужно было подавлять нервную дрожь. Он снял пиджак и обнаружил, что рубашка вся мокрая. Сев за стол, Мичем положил руки на инкрустированную поверхность ладонями вниз. Чтобы они наконец остановились. Через некоторое время он поднял руки и с отвращением посмотрел на влажные отпечатки, потом повернулся и нашел глазами далекий купол собора Святого Павла. Он безмолвно молил о чудесном, милостивом вмешательстве.

Через полчаса зазвонил телефон.

Это был Килинг.

Было сказано: ему только что позвонили из Москвы, к сожалению, слишком поздно, чтобы предотвратить их с Линдером визит к Мичему. К глубокому сожалению, потому что к этому времени министр убедил Комитет оставить алмазы там, где они есть. Само собой разумеется, министр ни минуты не сомневался в Системе как в надежном партнере.

Это означало: Килинг и Линдер позвонили в Москву и сообщили о результате своих переговоров с Мичемом. Чтобы сохранить свое выгодное положение, они поддержали версию Мичема относительно недавних действий Системы. Но на самом деле наиболее убедительным для министра аргументом против изъятия алмазов послужила вероятность новых переговоров и возможность лишиться поддержки Системы на рынке алмазов.