Империя Масок
Шрифт:
— Три недели, — сказала Селина, — или месяц, в лучшем случае. Чуть дольше — и у меня не будет выбора, придется действовать. Дворяне захотят хоть каких-то знаков, что проблема решается, перед тем, как отправятся по своим зимним резиденциям.
Лелиана поклонилась.
— Ваше Императорское Величество.
Шпионка Верховной Жрицы покинула церковь через скрытую боковую дверь, и Селина вернулась на скамью. На этот раз, вспомнив своё обучение, она села, не издав ни звука и не смяв своего платья.
Еще три недели сжимать зубы и терпеть Великого Герцога Гаспара, который вместе с некоторыми
А наградой за твёрдость ей будет Гаспар с его рёвом о том, что она уступила власть Церкви, будто бы власть была мечом, который может находиться в руках только у одного человека. Власть была не такой. Власть была подобна танцу партнёров, знающих, когда нужно вести, а когда следовать, а когда просто наступить на подол платья соперницы, чтобы та рухнула с позором.
Дай власть в неосторожные руки, и она может сокрушить величайшую империю в Тедасе. Селина должна была защищать культуру и историю всего Орлея.
Именно в такие минуты она наслаждалась простыми радостями, например, подчинить непокорного профессора своей воле.
– Три недели, — промолвила Селина, и позволила себе на мгновенье понаблюдать за тем, как лучи огненного цвета играют с витражным стеклом.
Под стать своим господам, никогда не показывавшимся на публике без своих полумасок, слуги тоже носили маски, пусть не такие экстравагантные и разнообразные, как у представителей знати, которые могли себе позволить менять маски так часто, как того требовала мода. Если фамильной маской господина был лев, вырезанный из слоновой кости, инкрустированный ониксом и золотом, то и его прислуга носила маску льва, окрашенную в чёрный цвет с полосами из латуни. Маски защищали слуг, куда бы они ни направлялись, предупреждая торговцев и купцов, что оскорбив слугу, они тем самым могли оскорбить и его хозяина. А еще маски были полезны, когда встречались слуги из разных домов — они помогали распознать возможного союзника… или потенциального врага.
Слуги королевского дворца в Вал Руайо, которые работали на виду, носили маски, повторявшие маску императрицы Селины. Там, где её маска была инкрустирована лунным камнем, их маски были просто лакированными, или инкрустированы слоновой костью у тех слуг, что выше по положению, а фиолетовый и золотой цвета были нанесены краской. Часть лица ниже маски слуги дворца красили белым, что было знаком дополнительного статуса.
Постороннему наблюдателю, взглянувшему на это море бледных лиц, отделанных золотом и фиолетовым, все слуги показались бы одинаковыми. Женщины носили платья для прислуги, мужчины — облегающие бриджи, сшитые по последней моде и окрашенные в императорские цвета. Своих лиц не скрывали только стражники и те слуги, которые не показывались на публике — кухарка и её помощники, например, или чистильщики туалетов.
Но маски слуг предназначались для демонстрации, а не для анонимности. Иначе, маска скрывала бы эльфийские уши Бриалы.
— Эй, ты! Кролик! — позвала её кастелянша, когда Бриала вышла из главного зала.
Бриала повернулась.
—
— Выгнали, да?
Кастелянша снова посмотрела в сторону главного зала, где слуги, стоя на лестницах, старались расположить огромное фиолетовое знамя так, чтобы золотой лев рода Вальмон, из которого происходила Императрица Селина, висел на нужной высоте.
— Может, тебе и позволяют одевать Её Императорское Величество в обычные дни, но для бала все должно быть безукоризненно, — она снова перевела взгляд в сторону. — Поднимите слева повыше!
Бриала видела много раз, как кастелянша готовилась к балам. В такие времена женщина всегда была сердитой и встревоженной, срывая своё раздражение на ком только можно. Но сегодня что-то было иначе. Её колкость была не такой злой, как обычно, и все слуги знали, что Бриала хорошо ладила со всеми девушками, которые одевали Селину для официальных мероприятий. Ей приходилось ладить с ними — иначе они стали бы соперницами.
Более того, из-под маски кастелянши выбивалась прядь непослушных волос, промах, совершенно недопустимый ни для кого из слуг императорского дворца. Кастелянша не могла этого не заметить, если только она не снимала маску, чтобы в спешке надеть её обратно.
— Да, госпожа, — ответила Бриала.
Она прислуживала Селине с детства, когда императрица была лишь одной из бесконечного числа соперничающих меж собой претендентов на престол. Теперь, в Вал-Руайо, Бриала была одной из немногих эльфов, которым было дозволено носить маску на публике.
— Значит, можешь оказаться полезной. Сбегай на кухню и поговори с кухаркой и ее девчонками. Погода засушливая, нельзя чтобы и мясо высохло.
Она повернулась к Бриале.
— Прошлой осенью леди Монтсиммар сказала, что в Круге магов утку подавали лучше, чем у нас, — сквозь щёлочки в маске было видно, как её глаза сузились со злостью. — Передай им, что если в этом году такое повторится, то их выпорют.
— Да, госпожа, — повторила Бриала и склонила голову в знак уважения. Иерархия среди слуг дворца была чёткой и строгой, и хоть положение личной служанки Селины и ставило Бриалу в особое положение в порядке подчинения, но отнюдь не освобождало её полностью.
— Ох, да не волнуйся, кролик, — кастелянша фамильярно похлопала Бриалу по плечу, и Бриала заметила, что застёжки на манжете женщины расстегнуты, ещё одна ошибка, которую служанки, одевавшие кастеляншу, никогда не допустили бы. — Это просто чтобы напугать бездельниц до смерти. Тебя бы мы никогда не отхлестали. А теперь иди.
— Да, госпожа, — повторила Бриала в третий раз и ушла, а кастелянша вернулась к своим делам и снова стала кричать на слуг, чтобы они опустили левую сторону флага пониже.
Спускаясь вниз по большому коридору, пол которого был застлан изысканным ковром из Неварры, а стены покрыты классической росписью и завитками лепнины, Бриала думала.
Кастелянша верно служила Селине вот уже больше десяти лет. Она трепетно относилась к своей работе и никогда бы не позволила себе отвлечься в день бала, если только она не была чем-то скомпрометирована. Застёжка и непослушная прядь указывали на нового любовника, который добился благосклонности и украл пару её мгновений.