Империя
Шрифт:
– Я видел алларисиев, но не сталкивался с ними. Что за люди? – Нарушил молчание Эрман.
– Братство казар с берегов Гурганского 18 моря. Их курени разбросаны в правобережной лесостепи Итиля, где не смолкают крики чаек. А золотые, потому что золота, в виде браслетов и цепей носят на себе больше, чем сейчас в кошелях у нас троих вместе взятых, – ответил Сивый.
А Алан изложил историю появления алларисиев подробнее:
– Поначалу на земле золотых алан в устье Итиля, рахдониты поставили небольшой перевалочный караван-сарай со складами – Астархан. А сами обосновались
18
Современное Каспийское море.
Около двухсот лет назад, великий полководец дамасского халифа Мерван Кру 19 перешёл горы, где стоят жилища Асов, по-персидски – Кавказ, и разорил резиденцию кагана в устье реки Терек. Сам каган Хазарии был взят в плен. Униженный и разоренный он смиренно принял веру пророка Мухаммеда 20 и признал себя вассалом дамасского халифа. Мерван, удовлетворенный, что распространил халифат на земли Хазарии, вернулся с богатой добычей в Дамаск.
19
Мерван по прозвищу «Кру» («глухой»), Марван II (688 – 6 августа 750) – последний, четырнадцатый, арабский халиф (744—750) династии Омейядов, правивший в Дамаске. Известный полководец.
20
Мохаммед , (араб.) Мухаммад, (рус.) Магомет или Магомед; (571-632 г.) – арабский религиозный и политический деятель, проповедник единобожия и центральная фигура ислама.
После такого удара каган уже не смог оправиться. Он переселился на один из островов возле Астархана. Вскоре его первый визирь, а по совместительству председатель Всемирной торговой организации рахдонитов, сам стал государем. А Великий каган хазар постепенно скатился до начальника гвардии на службе у малеха. Так Хазарский каганат превратился в Атильское царство. А войско «золотых» алан стали укомплектовывать гулямами. Воинами, попавшими в рабство. Или наемниками с юга.
– Ну и как? Дождались деревенские «золотых чаек»? – спросил Рыжий. Он долго поглаживал усы, усваивая рассказ от Алана.
– Дождались, – угрюмо ответил Сивый. – Они хотели забрать всех детей не старше двадцати. Семь девушек и пять мальчиков. Всех!
Мужчины снова помолчали. Жестокость торговцев людьми задевала некую тонкую струну в их душах, давно потерявших чувствительность на войне. Каждый думал о своем.
– Я предложил уряднику двадцать золотых монет. Тех, что я заработал за год войны. Этого должно было с лихвой окупить долг деревенских жителей. Но спесивый пес рассмеялся мне в лицо и нагло велел не вмешиваться.
– Ха. На рынке Багдада они получили бы эти деньги за одного. А за девственниц намного больше, – прокомментировал их отказ Алан.
– Зря он не взял мои золотые. Гусь всегда бьет чайку, хоть и покрытую золотом, – усмехнулся Сивый.
– Только если не нарвется на стаю. Сколько же их было? – с любопытством
– Всего пятеро. В одного я метнул нож, к другому вскочил сзади на коня и свернул шею. Еще двух положил на мечах. Но один ушел.
– Четыре волка, четыре воина: Один давал тебе знак, – подытожил Рыжий.
– Да я так и понял.
– Ну а дальше то что? – спросил Алан.
– Что, что. После того как я разобрался с алларисиями деревенские собрали свой нехитрый скарб, спалили дома и ушли в лес. Я отдал им половину того золота, что снял с трупов. С этим золотом да на новом месте заживут, как бояре. За ними следом и я подался в бега. Идти назад в Россию, минуя Саркел, царскую крепость малеха, я не решился. Алларисии мстительны. А их хозяева найдут меня и в Войсковом братстве. И даже атаман не спасет. Вот я и подался сначала на пороги Дон-бире, а оттуда с купеческим кораблем на имперские земли. Пережду, пока поутихнет немного. Как думаешь, Алан, смогу я здесь наняться на службу?
– Мозгами Бог не наградил, зато сердцем не обидел, – подытожил Рыжий.
– Сын своего отца, – добавил Алан и объяснил свою фразу для Эрмана:
– Его отца зовут Кутуз Убейволка, то есть бешенный. Ну, а он сын своего отца – Кутузов. – Алан хлопнул приятеля по плечу. – Конечно, оставайся, друг. Найду тебе дело. Только, для начала, тебе придется отрастить волосы на голове и избавиться от волос на подбородке. По поверьям местных ты выглядишь, как выходец с того света, – весело оскалился Алан. К нему присоединился загоготавший Рыжий, а Сивый Конь озадачено почесал бритый затылок.
Так они балагурили, неспешно потягивая винцо, наблюдая за суетой порта, морем и облаками.
А ярмарка в городе продолжала бурлить. На сколоченные подмостки выходили те, кто зарабатывал на развлечении толпы. После выступлений бродячих жонглеров и фокусников, на подмостки вышли мимы. Площадь замерла в предвкушении зрелища.
– Уважаемая публика! Сегодня перед вами выступят лучшие мимические актеры города…
– А-а-а! Спасайтесь! Пираты! – внезапно донесся истошный крик со стороны порта.
Наступила тишина, предшествующая буре. Потом крик подхватили. С быстротой степного пожара страшная весть охватила весь город. Люди заметались, опрокидывая товары, лавки и друг друга. Это показалось страшное лицо того, что предшествовало любому появлению пиратов – паника. Начавшись в порту, волна панического ужаса докатилась и до центральной площади. Внезапно послышалась тревожная дробь барабанов. Это стража города добавила свою лепту в общий переполох. Затем на улицах города появились вооруженные группы пестро разодетых людей. Следуя планам своих капитанов, пираты знали точно, куда идти и что захватывать в первую очередь.
При появлении первых признаков нападения с моря Алан не стал терять ни минуты.
– Эрман, Сивый! Помогите мне. Будем пробиваться отсюда к площади. Надо забрать жену и дочку со сцены, – прокричал Алан своим спутникам, для надежности сопровождая свои слова жестами.
– Давай сначала соберем моих людей! С ними мы сможем атаковать их корабли в порту, – предложил Эрман, стараясь перекричать вопли снующих людей.
– Нет времени! – прокричал в ответ Алан. – Да и где ты будешь искать их в этой кутерьме? – Понимая, что Эрман тоже, прежде всего, думает о своих людях, добавил: – Не маленькие. Позаботятся о себе сами. Найдем их потом! И побежал в сторону центра города. Его спутники бросились за ним следом.