Импульс
Шрифт:
– Но ты же не девственница, Крисси.
– Опять ты подслушивала в мужском туалете, Рафаэлла!
Но все в результате оказалось очень просто.
Эл Холбин отнюдь не был болваном. Он обнаружил, что Рафаэлла имела доступ к их информационным службам и проштудировала всю библиотеку «Трибюн». И поскольку все темы касались либо частных торговцев оружием, либо Доминика Джованни, либо Порто-Бьянко, ему не пришлось слишком много раздумывать, чтобы найти объяснение ее поступкам. Эл как раз решил, что надо бы поподробнее расспросить Рафаэллу о ее намерениях, когда она собственной персоной появилась
– В чем дело, Раф? Не можешь справиться со страстями, бушующими в редакции? Тебе придется привыкнуть к зависти. В скором времени сама можешь начать завидовать.
– Не в этом дело.
– Логан или как его там? Из офиса окружного прокурора? Он над тобой издевается?
– Логан уже в прошлом. Нет, это не связано ни с работой, ни с мужчинами. Я решила, что мне надо больше, чем просто отпуск. Я хочу попросить отпуск за свой счет, Эл.
Тот уставился на нее, озадаченный:
– Я что-то не понял.
Рафаэлла изо всех сил старалась держать себя в руках. Что сказать?
– Это из-за матери? Ты хочешь быть рядом с ней?
Рафаэлла начала было врать – ведь он дал ей для этого такую прекрасную возможность. Но потом опустила глаза и покачала головой.
– Это как то связано с Порто-Бьянко?
– Значит, ты знаешь.
– Только о твоем расследовании. Почему тебя интересует этот остров? И торговля оружием? И Доминик Джованни?
Рафаэлла глубоко вдохнула воздух.
– Ты можешь помочь мне попасть на Порто-Бьянко? В качестве гостя?
Теперь пришла очередь Эла пристально посмотреть на Рафаэллу Холланд. Она могла попросить отчима, Чарльза. Стоило ему щелкнуть пальцами – и Рафаэлла ближайшим рейсом уже летела бы на Карибское море. Но она попросила его, Эла. Помедлив с минуту, он кивнул:
– Да, я могу тебе помочь. Сенатор Монро – член клуба, и он у меня в долгу.
Рафаэлла встала:
– Для меня в жизни сейчас нет ничего важнее, чем попасть туда.
Рафаэлла остановилась. Она стояла на узкой, извилистой тропинке – одной из целой дюжины тропинок, тянувшихся от курорта к пляжу и обратно. Рафаэлла перешла на шаг, направляясь к главной дороге, ведущей к ее маленькой вилле. Помимо роскошного главного здания, на курорте было еще сорок вилл, и Элу удалось поселить ее в одну из них.
Вот она наконец здесь, так близко к Доминику, и это только начало. У Рафаэллы был план: она тщательно обдумала, потом изучила его, потом снова немного обдумала. Он сработает. Просто она должна сосредоточиться, сохранять равновесие и ни на что не отвлекаться. Рафаэлла ощутила знакомую смесь из страха и волнения, отчего сердце ее забилось сильнее и дыхание стало чаще.
Глава 6
Остров Джованни
Март, 1990 год
Рафаэлла съела еще один кислый ломтик грейпфрута. Губы сразу свело, и она одним глотком допила остатки кофе.
Ее усадили завтракать на одной из четырех открытых веранд, верх которой был увит тропическими лианами с ярко-красными и пурпурными цветами, которые защищали сидящих от палящего солнца. Взгляду Рафаэллы
Не больше пяти-шести гостей завтракали на воздухе – было всего восемь тридцать утра. В этот час термометр, как обычно, показывал примерно сорок градусов жары, на небе не было ни единого облачка, несмотря на то что каждое утро около одиннадцати часов на остров обрушивался сильнейший ливень и длился примерно двадцать пять минут. После снова начинало ослепительно сиять солнце, и жизнь текла своим чередом, как будто дождя и в помине не было.
Рафаэлла не спеша ела и одновременно рассматривала отдыхающих. Эти красивые люди, как ей казалось, отличались ото всех остальных представителей человечества. Они выглядели более худыми, более подтянутыми, на них как-то ровнее лежал загар, и, что самое поразительное, даже у тех, кому было и сорок и пятьдесят, она не заметила на лице ни единой морщинки от солнца. И ни капли жира на бедрах у женщин. Как же им это удавалось?
Мужчины выглядели божественно в белых теннисных шортах и вязаных рубашках, а на длинноногих женщинах красовались шелковые накидки ручной работы от Лагерфельда, брюки от Армани, шелковые платки от Валентине и сандалии от Тантри: по крайней мере работы этих модельеров Рафаэлла могла распознать после пройденного ею трехдневного ускоренного курса на тему последних новостей в мире моды.
Отдыхающие выглядели изнеженными и безупречно красивыми. Она случайно подслушала разговор за соседним столиком между мужчиной лет пятидесяти и девушкой, на вид не старше Рафаэллы. Поначалу она приняла их за отца и дочь.
Боже, до чего же она была наивна. Они оказались любовниками, и молодая девушка, совершенно не стесняясь, положила руку на колено мужчине и запустила пальцы ему между ног. Рафаэлла изумленно уставилась на них.
– Еще кофе?
Рафаэлла так и подпрыгнула на месте. Рядом с ней стояла официантка, в глазах ее промелькнуло любопытство.
– О да, большое спасибо.
– Они выглядят намного слаще, чем есть на самом деле, не так ли?
– Что? Кто?
– Ваши грейпфруты, – произнесла официантка.
– Ой, разумеется. Я такая глупая.
– Я была такой же, когда впервые попала сюда. Это похоже на театр. Не думайте, что здесь самое чувственное место на земле, это не так. Вы увидите совсем зрелых женщин с такими красавцами, что глазам не верится. Надеюсь, что вам здесь понравится. Должно понравиться. Это прекрасное место.
– Я тоже надеюсь, – ответила Рафаэлла.
С такой внешностью официантка вполне могла сделать блестящую карьеру манекенщицы. К слову говоря, сегодня Рафаэлла надеялась наконец встретиться с Коко Вивро, французской любовницей Доминика Джованни, в прошлом превосходной моделью.
Рафаэлла покинула веранду и устремилась в буйные пестрые заросли. Легкие, казалось, не могли вдохнуть разом столько ароматов. Все было разноцветное: столько листвы и столько цветов. Рафаэлла насчитала двадцать одного садовника. Они как будто сливались с зеленью и работали абсолютно бесшумно. Акры и акры прекрасных садов, и ни один из них не казался строго выстриженным, как английский газон Чарльза Ратледжа.